Секреты в тумане (СИ) - Драх Виктория - Страница 23

— Раньше был территорией слуг и гостевой зоной, — подтвердила я. — Ни тайников, ни ценностей, во всяком случае таких, о которых мы бы знали.

— Понял, как у всех, — буркнул себе под нос Морриган и закрыл свой блокнот. — На сегодня тогда все. Вам есть, куда идти? В доме ночевать не рекомендую хотя бы пару дней, задохнетесь.

— В общежитие на сегодня, — не задумываясь, за нас двоих ответил Калеб, успевший продумать план действий. — Завтра уедем к моему клану в Хайвилль. И Фае вещи нужны, просто войти на второй этаж можно ненадолго? Я соберу.

— Я сама! — с трудом вытащив из-под свитера недовольного и сонного Золотко, я вручила его другу и потянулась к дверце машины.

— Там грязно и может быть опасно, — попытался вразумить меня оборотень, но я ткнула его пальцем в грудь.

— Ты не будешь копаться в моих чулках!

Судя по выражению лица Калеба, о том, что мне понадобится не только одежда, он и не подумал, однако под смешок Катарины, даже не пытавшейся скрыть веселье, вылез из автомобиля вслед за мной.

— Там все равно грязно и опасно, — упрямо буркнул смущенный оборотень. — И сумка наверняка тяжелая будет.

Я кивнула и украдкой улыбнулась. Как я ни старалась держаться, мне все еще было страшно, а еще я безумно устала, и Калеб прекрасно это понимал. Взяв меня за руку, друг, не позволяя остановиться и осмотреться, провел меня сквозь первый этаж к подкопченной, но не сгоревшей лестнице — как оказалось, полыхал лежавший на ней ковер, но сами ступеньки и перила, защищенные многослойными чарами, больше испачкались, чем пострадали. На втором этаже было лучше — сюда огонь не проник, однако дыму и гари щиты оказались не помехой. Калеб поспешил поставить вокруг лестницы завесу от запахов, так популярную в общежитии — от уже имевшегося смрада не спасет, но по крайней мере за ночь второй и третий этажи не пропахнут еще сильнее. Аккуратно ступая по поскрипывающей под ногами черной пыли, я прошла в свою комнату.

С защитой наших спален Калеб постарался на славу — внутри не оказалось никакой грязи кроме той, которую я принесла на себе. Если бы не Золотко, о пожаре мы не узнали бы до приезда огнеборцев. Сбросив наконец-то огромные ботинки, я кинулась к шкафу, стараясь не запутаться в сползающих на ходу длинных брюках.

— Много не набирай, завтра вернемся со свежей головой и соберемся по нормальному! — крикнул из соседней комнаты Калеб. Я кивнула, забыв, что друг меня не видит, и кинула в чемодан теплое платье, натянула прямо так, под брюки, шерстяные чулки, вторые швырнула вслед за платьем. Туда же полетели белье, мыло с шампунем — помню я, что за гадость стоит в ванной Калеба, расческа, шпильки, Золоткина игрушка, пара полотенец и теплый банный халат. Решив, что этого должно хватить, я вытащила из шкафа самые теплые из осенних сапожек — все мои зимние вещи были внизу, в подкоптившейся гардеробной у входа, и даже если там что-то уцелело, рыться в поисках у меня уже не было сил, а старую одежду, которую я не носила, успели забрать Лия с Тессой. По примеру Катарины я замоталась поверх тонкого осеннего пальто в каким-то чудом завалявшийся в шкафу цветастый шарф и выглянула в коридор.

— Собралась? — оборотень забрал у меня чемодан, вручив взамен Золотко и его миски, в одной из которых был предусмотрительно насыпанный корм. — У тебя телепорта, случайно, нет под рукой? Моя машина у университета осталась.

— Сумка лежала внизу, — покачала я головой. Идти до общежития было совсем недалеко, но не с вещами в руках после сумасшедшего дня и безумной ночи. Мне вообще казалось, что я держусь на ногах на чистом упрямстве. Калеб поудобнее перехватил кошачий лоток.

— Ладно, доберемся, — попытался подбодрить меня друг. — Смотри под ноги, не споткнись обо что-нибудь.

— Ты не рассказал про свое расследование, — вспомнила я уже на лестнице. Калеб на секунду замер и обернулся.

— Зато уже сказал Ройсу про пожар, — улыбнулся он мне. — Он сам передаст Морригану все, что посчитает нужным. Так будет лучше.

Про оставшихся снаружи Катарину и Морригана мы совсем забыли, а вот они про нас — нет. Я едва не расплакалась от облегчения, услышав, что нас подвезут до общежития. В хорошо знакомую комнату друга я шагнула из последних сил.

— Подожди, не засыпай, — попросил оборотень, заметив, что я сползла на его стул и собираюсь отключиться. — Фаюшка, у тебя лицо в крови, надо отмыть и обработать царапины. Потерпи еще немного.

Калеб разгреб вторую кровать, освободил несколько полок в шкафу, поставил в угол миски и лоток Золотка. Помог мне выпутаться из шарфа — я так старательно в него замоталась, что сама не смогла его развязать, затем убрал в шкаф пальто. На попытках снять с меня свитер я все-таки очнулась и собрала остатки воли, чтобы сходить в ванную. Едва не рассмеялась вслух, увидев себя в зеркале — всколоченные волосы покрыты сажей, чужая одежда висит мешком, но из-под темно-красного свитера торчит кокетливая кружевная оборка моей ночнушки. На лице темно-коричневая корка и серо-черные разводы. Красота невероятная! Сил хватило только чтобы улыбнуться уголками губ, открыть краны и, скинув пропахшую гарью одежду, встать под струю воды. Царапины на лице защипало, но горячая вода смывала не только грязь, но и усталость. Дом сгорел? Ну и что? Я все равно никогда его не любила. Только на душе почему-то было тяжело.

Через четверть часа я вышла из ванной, сладко благоухая шампунем и кутаясь в любимый банный халат. Калеб молча усадил меня на кровать и собственноручно нанес на три глубокие царапины, протянувшиеся от левого виска до подбородка, насыщенный магией ранозаживляющий эликсир. Считалось, что достать это снадобье без визита к целителям невозможно, но после добытого другом учебника из Норвестля я уже ничему не удивлялась. Закончив, оборотень покосился на опустевшую маленькую баночку.

— Пожалуй, надо купить еще, пригодится, — задумчиво проговорил себе под нос оборотень. Я попыталась сказать, что тоже не верю, что на этом мои неприятности закончатся, но не смогла — силы окончательно меня покинули, и я заснула, не успев коснуться головой подушки.

Глава 9

Я сидела на столе в комнате Калеба и смотрела в непривычно темные глаза стоявшего передо мной друга. Руки оборотня, неизвестно когда оказавшиеся под задравшейся выше колен юбкой, обжигали, а легкие невесомые касания пальцами голой кожи над резинкой шелковых чулок заставляли вздрагивать и сбивали дыхание. Мы ничего не говорили, только, не отрываясь, смотрели друг на друга, словно ждали, кто первый сорвется. Наконец Калеб медленно, неспеша склонился так близко, что я почувствовала его дыхание на своих губах. Еще мгновение, и…

Я распахнула глаза и не сразу поняла, где я нахожусь. В предрассветных сумерках с трудом узнала комнату оборотня, полежала немного, вслушиваясь в бешенный стук сердца, отдающийся одновременно в груди и в ушах. Воспоминания о прошедших сутках — дуэли, бегстве, экзамене, пожаре, нахлынули одновременно, смешиваясь со странным, пугающе приятным сновидением. Кажется, последние события что-то сдвинули в моей голове. Привидится же такое! Стараясь не шуметь, я покосилась на улыбавшегося чему-то во сне Калеба и позавидовала его безмятежности. Я была уверена, что больше мне заснуть не удастся, однако всего через несколько минут накопившаяся усталость взяла свое, и глаза сами собой закрылись.

*

В следующий раз я проснулась ближе к полудню, как раз чтобы увидеть выходящего из ванной оборотня в одном полотенце на бедрах. Бесшумно прокравшийся через комнату друг не заметил, что я не сплю, и открыл тихо скрипнувшую дверцу шкафа, отгородившись ей от меня. Только брошенное в сторону кровати полотенце, вылетевшее из-за дверцы, заставило меня наконец-то прийти в себя и закрыть глаза рукой. Словно назло, еще и сон вспомнился, опалив щеки огнем. Как будто мне больше подумать не о чем!

— Фаюшка? Я тебя разбудил?

Дверца шкафа снова скрипнула, и я рискнула приоткрыть глаза. Калеб успел надеть брюки и рубашку, хотя ее стоило бы еще и застегнуть. Поймав себя на том, что бесстыдно пялюсь на его будто высеченные из камня мышцы на груди и животе, я судорожно вздохнула и натянула одеяло повыше, прячась от вопросительного взгляда друга. Меня точно ничем вчера не приложило? Или я дымом надышалась?