Черный Беркут (СИ) - Горъ Василий - Страница 29

Первый совет помощницы «придумал» после обеда, путем несложных, но достаточно долгих экспериментов определил, какой процент объема марева Оли снимает воздушное лезвие, и какой кулон «отключает» соответствующий энергетический узел, нарезал девчатам персональные задачи и потерялся во времени. А в четверть девятого вечера, продавив блокирующее воздействие куска минерала, вывалился из медитации и попросил супругу «подставиться» снова.

Атаковал, естественно, не в проекцию тела, а по касательной к мареву и понял, что у нас все получилось, по сумасшедшей радости, которой вспыхнули глаза моей красавицы. Правда, потом чуть не оглох от радостного верещания девчонок и чуть не завалился на спину от одновременного «удара» двух тушек, разогнанных рывками, но нисколько не расстроился. Наоборот, утащил подруг на матрас, лег, прижал их к себе, поймал за хвост интересную мысль и сразу же поделился ею с самыми внимательными слушательницами во Вселенной:

— Следите за мой мыслью. Итак, по официальным представлениям нашей науки, в процессе развития Дара мы, Одаренные, последовательно проходим десять мини-мутаций энергетических систем. Причем переходы с седьмого на шестой, с пятого на четвертый, с третьего на второй и со второго на первый ранг почему-то даются нам значительно тяжелее, чем «обычные». Теперь одно личное наблюдение: переходы с седьмого на шестой ранг вы перенесли по-разному. И если допустить, что ты, Оля, мучилась намного сильнее Светы из-за того, что взлетела к переходу слишком быстро, тем самым, не успев развить ту самую «магическую мощь», то можно допереть до двух весьма вероятных выводов: у «магической мощи» должен быть свой предел насыщения и… сила негативных эффектов, испытываемых Одаренным при переходе, обратно пропорциональна уровню его «магической мощи».

Моя благоверная медленно кивнула, безмолвно согласившись с моими выкладками.

А мелкая весело хохотнула:

— Игнат, последнее определение просто создано для нового учебника по теоретической магии!

— Не-не-не, это знание — только для семьи! — хохотнул я и посерьезнел: — В общем, концепция тренировок временно меняется: завтра после завтрака мы пройдемся по коридору, найдем точки, в которых наши ядра полностью «отключаются», сядем на маты для медитаций и приложим все усилия, чтобы продавить «аструмовую блокировку».

— Еще одно предложение примешь? — подняв руку, спросила жена.

— Конечно!

— Мне кажется, что стоит раз в день записывать показания определителя магического ранга. Чтобы отслеживать динамику и воочию видеть прогресс.

— Будем! — твердо сказал я.

— Черт, для чистоты эксперимента было бы неплохо замерить динамику развития и при тренировках в «обычном» режиме… — буркнула Уфимцева. — Но если наши догадки верны, то мы потратим впустую очень важные сутки.

— Угу… — кивнул я. — А еще, по-хорошему, стоило бы отодвинуть начало прокачки второго этапа метаморфизма, но с этим мы уже опоздали.

— Ничего, прорвемся! — уверенно сказала Оля и сменила тему беседы: — Ладно, с планами на завтра более-менее понятно. Поэтому считаю нужным доложить, что мы со Светой тоже не бездельничали и продавили самые мелкие кулоны.

— Умнички!

— Ага, мы такие… — мурлыкнула мелкая, посмотрела на часы и заявила, что нам пора ужинать.

Девчата и в обычные дни заботились обо мне с недетским энтузиазмом, но в этот раз превзошли сами себя — летали по пещере, сияя, как два маленьких, но очень теплых солнышка, фантастически согласованно превращали скатерть из полиэтилена в очень неплохое подобие праздничного стола, ласково лупили слабенькими оплеухами и электрошоками, радостно подшучивали, при любой возможности дотрагивались и, на самом последнем этапе, легли так, чтобы касаться меня хоть чем-нибудь.

Мне тоже было здорово. И из-за предвкушения новых качественных прорывов на пути освоения магии, и из-за режима «Носорога», из которого я так и не вышел. Поэтому тормоза отпустились сами собой, неподдельное счастье в глазах подруг послужило сумасшедшим катализатором, и в этот раз шуточную перепалку устроил я. Мало того, быстро поймав кураж, чуть было не прервал трапезу, ибо и есть, и истерически ржать почему-то не получалось.

Не знаю, до какого состояния я бы в конечном итоге довел девчонок, но всего минут через десять после уничтожения десерта Уфимцева дохохоталась до икоты, и мне пришлось понизить градус веселья. Пока Света отходила от переизбытка смеха, мы с Олей убрали со стола и перебрались с ковриков для медитаций на матрас. Я, не задумываясь, улегся посередине, развел обе руки и обнял подружек, «возникших» на своих местах буквально через мгновение. А мелкая, пристроив предплечье на мою грудную клетку, расфокусировала взгляд и грустно вздохнула:

— Эх, сюда бы еще и Иришку. Окажись она здесь, я бы, не задумываясь, уступила ей свое место…

Глава 14

6 июня 2513 по ЕГК.

…Третий двадцатисантиметровый «шаг» я сделал во вторник, шестого июня, минут через тридцать пять после завтрака. Да, «аструмовая блокировка» и в этот раз продавилась с очень большим трудом, но появление чуть более плотного марева еще раз подтвердило правильность наших догадок и подняло настроение в заоблачную высь.

Часа через три после меня тот же «шаг» сделала Уфимцева. А Ольге он дался минут за пятнадцать до окончания тренировки. Так что с ковриков для медитаций и самодельных деревянных «приблуд», компенсирующих наклон коридора, мы встали усталыми, но довольными, потерли основательно затекшие задницы и поплелись в душевую. Приходить в себя после страшно занудного, но безумно эффективного процесса раскачки «магической мощи».

Когда вышли под открытое небо, моя благоверная вдруг остановилась, развернулась на месте, посмотрела на скальную стенку, уходящую «в небо», и задумчиво хмыкнула:

— Если аструмовая жила находится прямо под дном расщелины, то за четыре дня каторжных тренировок мы приблизились к ней ориентировочно сантиметра на двадцать два-двадцать четыре. С одной стороны, это немного. Особенно по сравнению с высотой этих стен. А с другой…

— С другой мы двигаемся к своей цели! — сварливо пробурчала мелкая, цапнула ее за руку и потянула вниз по ступенькам. Не унялась и после того, как спихнула подругу с последней и потащила ко входу в душевую. — Кстати, на мой взгляд, надо думать о другом. О том, что если динамика развития Искр не изменится, то числа пятнадцатого-шестнадцатого мы с тобой теоретически сможем прорваться в Рынды, а в первых числах июля Игнат станет Гриднем. Вернее, МОГ БЫ стать. Будь у нас возможность задержаться тут еще на месяц и не вызвать нездоровый интерес ни у одной паскуды!

— Не бурчи… — мягко попросил я и потрепал ее по волосам.

— Буду! — злобно воскликнула она. — Эти твари, вечно сующие нос не в свое дело, дико бесят!

— … а наш Игнат должен развиваться быстрее нас и стать сильнее всех? — весело спросила Оля.

— Да! И это не смешно!!! — в сердцах воскликнула Света, первой вошла в душевую, раздраженно сорвала с себя верх от купальника, швырнула на свою полку, «вышла» из плавок, отправила их по тому же маршруту, вломилась в кабинку и «открыла» воду.

Девчонка не играла, а бесилась по-настоящему. И с каждым днем все сильнее и сильнее ненавидела «паскуд», мешающих нам развиваться в «самом лучшем режиме из всех возможных». Ну, а я за четверо суток врос в режим «Носорога», перестал задумываться о странностях нового статуса Уфимцевой и привык считать, что она моя. Нет, никаких шагов навстречу больше не делал — видел, что ей комфортно чувствовать себя частью семьи, быть рядом с нами круглые сутки, с упорством горнопроходческого комбайна рваться к одной цели на всех и радоваться нашим успехам, но в то же самое время понимал, что в данный момент времени всего вышеперечисленного мелкой хватает за глаза. В общем, я совершенно спокойно шагнул следом за ней, развернул к себе и ласково коснулся губами нахмуренного лба: