Черный Беркут (СИ) - Горъ Василий - Страница 15

«Ну да: раз плотность магофона медленно, но неуклонно растет, граница перемещается, а „единички“ и „двойки“ постепенно выдавливаются более высокоранговым зверьем в нашу сторону, значит, перспективы вырисовываются безрадостные…» — угрюмо подумал я и решил, что в свете новых данных наша сфокусированность на личном развитии выглядит еще выигрышнее. Потом «лидер» заехал на пристань, к которой было пришвартовано три перевертыша, «навелся» на три группы людей, и мне стало не до досужих размышлений.

Я припарковался чуть в стороне. Между лимузином Веретенниковой и «Уралом» генерала Ляпишева. Заглушив двигатель, дал девчонкам команду экипироваться, а сам выбрался из салона и подошел к группе из двух человек. Дмитрию Львовичу пожал руку, Ксении Станиславовне улыбнулся и пожелал доброго утра, а «мутантам», стоявшим чуть поодаль, приветливо кивнул.

Мужики ответили поклонами, целительница радостно поздоровалась, а куратор сходу взял быка за рога:

— Рюкзаки с составными частями артефактных комплексов загружены в трюм второго бронекатера, на головном поплывете вы, Ксения Станиславовна и ее слуги, а третий повезет Великого Князя Виктора Михайловича — младшего сына Цесаревича — и его телохранителей…

«Так вот почему Ляпишев попросил не брать с собой Иру!» — подумал я и вслушался в продолжение монолога генерала:

— Откровенно говоря, я не понимаю, зачем в этот рейд отправляется Великий Князь, и как его вообще отпустили, но привык выполнять приказы, соответственно, сделал все, чтобы он не пострадал. И если вы поторопите напарниц, то предельно подробно опишу границы, за которые желательно не заступать.

Поторопил. И порядка десяти минут анализировал чуть ли не каждое слово куратора. А когда он иссяк, отрицательно помотал головой:

— Прошу прощения, но в таком режиме мы в Пятно не пойдем.

— Почему? — мгновенно потемнев взглядом, спросил он.

Я пожал плечами:

— Мы — не военнослужащие и, тем более, не слуги. Поэтому встраиваться в чужую вертикаль власти и выполнять команды абы кого не будем. И не только из-за того, что не имеем представления об уровне квалификации лица, которому поручено командовать столь представительным отрядом. Я не горю желанием делиться личными наработками с кем бы то ни было и дал слово обеспечить безопасную установку артефактных комплексов, а не изображать куклу на веревочке. Поэтому предлагаю альтернативу: мы уйдем с места высадки в автономном режиме, к примеру, под предлогом необходимости осмотра и зачистки подступов к заимке, доберемся до нее в своем темпе и спокойно подождем прибытия основного отряда. В том же режиме продолжим действовать и дальше: встретив отряд, проводим носильщиков к оврагам, дадим возможность спокойно собрать и проверить артефакты, доведем до заимки, уйдем к реке тогда, когда сочтем нужным сами, а не кто-нибудь еще, загрузимся на «наш» катер и вернемся на эту базу. Что скажете?

— Боюсь, что отдельным личностям это не понравится… — начал генерал, понял, что переигрывать решение я не буду, и криво усмехнулся: — Но это их проблемы. Так как мы не вправе требовать больше того, что было обещано. Особенно с учетом того, что вы и так радикально изменили свои планы на этот сезон…

…Мои коррективы действительно не понравились… абсолютно всем воякам, телохранителям Великого Князя и свите последнего, невесть зачем прибывшей провожать ни разу не ребенка. А сам Виктор Михайлович счел мои требования более чем логичными,

повелительным рыком заткнул особо недовольных личностей, подошел к нам, вежливо поздоровался, сообщил, что является большим поклонником моего таланта, и… удивил неожиданным признанием:

— Кстати, «Стихию», на которой вы выиграли гонку серии «Спорт-Элит», выкупил я, на прошлых выходных покатался по столичному автодрому и получил море удовольствия как от невероятной управляемости, так и от дикой мощи воистину сумасшедшей зверюги!

Этот парень моего возраста однозначно не играл и не строил из себя Прелестный Пуп Планеты, поэтому я повел себя заметно свободнее, чем было положено:

— Ваше Императорское Высочество, открою страшную тайну: я совсем недавно затюнинговал сестренку той самой «Стихии», которая доставила вам столько удовольствия, опробовал ее на гоночной трассе и за два с половиной тренировочных дня не раскрыл и трети потенциала еще более сумасшедшей зверюги!

У Воронецкого загорелись глаза:

— Она настолько хороша⁈

— Я выматывал себя до состояния нестояния и после каждой тренировки просил жену довезти меня до дому…

— О-о-о!!! — восхитился он, заметил, что генерал Ляпишев смотрит на часы, кинул взгляд на свой механический хронометр и вздохнул: — Ладно, этот вопрос мы еще обсудим, а сейчас нам пора грузиться на катера…

…Мне и моей команде выделили две крошечные каюты на головном перевертыше, но я не собирался разделяться с девчатами, поэтому загнал их в первую показанную, зашел следом, соорудил из трех рюкзаков еще одно ложе, соединявшее две боковые полки, и дал команду располагаться. В этот момент Веретенникова, проходившая мимо распахнутой двери, вдруг зарулила к нам, склонилась к ушку Уфимцевой, шепнула от силы пару фраз, подмигнула всем остальным и отправилась дальше.

Увидев наши вопросительные взгляды, Света проартикулировала слово «потом», закрыла дверь и заблокировала замок, завалилась на левую полку, дождалась, пока я улягусь на рюкзаки, ввинтилась под руку и закинула колено мне на бедро! Отзеркаль она аналогичную последовательность действий Оли и обойдись без колена, я бы не напрягся. А так включил голову и сообразил, что каюта, вероятнее всего, «заряжена» по полной программе, и наблюдатели будут анализировать все, что видят и слышат, до тех пор, пока не выгорит вся электроника.

Жена пришла к тому же самому выводу, поэтому подкатилась ко мне с «законной» стороны, привычно пристроила голову на плечо, придавила коленом свободное бедро и переплела пальцы с пальчиками мелкой. Я тоже не остался безучастным — притянул напарниц к себе, ласково погладил по спинкам, дал команду как следует выспаться, закрыл глаза, переключился на прозрение и порядка часа изображал здоровый сон с любимыми женщинами, а потом заснул на самом деле и дрых, как убитый, до стука в дверь и чьего-то крика, сообщившего о прибытии на место высадки.

Напарницы, естественно, тоже проснулись и, видимо, пойдя на поводу у паранойи, решили, что электроника может оказаться экранированной. Так что продолжили играть — супруга одарила меня поцелуем в губы, а «немного замешкавшаяся» Света обозвала ее врединой и припала к шее. Я выдал партию еще веселее — попросил потерпеть до возвращения домой, по разику шлепнул по обеим попам, вздохнул и «заставил» себя встать. Потом закинул за плечи рюкзак, помог девчатам, открыл дверь и показал пример скоростного подъема на палубу. Там огляделся по сторонам, узнал любимую излучину и чинно спустился на берег по уже опущенному трапу.

Великий Князь Виктор Михайлович «возник» на третьем бронекатере минут через пять, что-то раздраженно рыкнул телохранителю, заступившему ему дорогу, сбежал к нам, оценил внешний вид всей команды и задал один-единственный вопрос:

— Уходите?

— Да, Ваше Императорское Высочество.

— Что ж, значит, встретимся на заимке…

Ксения Станиславовна оказалась еще лаконичнее — помахала нам ручкой и переключила внимание на что-то еще. А на толпу суетящихся вояк мне было наплевать с высоких орбит, так что я молча развернулся на месте и перешел на бег трусцой. После того, добрался до опушки и прошел между деревьев метров сто и понял, что две энергетические структуры не просто отошли по нужде, а сели нам на хвост, выдохнул слово «теневики» и условным жестом приказал ускориться «на минималках». Оля со Светой отработали команду, как часы — переключились на перемещение сильно укороченными рывками, причем без окаменений и тонусов.