Поверь в мою Любовь (СИ) - "Кислинка" - Страница 44

— Не волнует говоришь? Когда ты останешься с голой задницей, так же будешь говорить, идиотка⁈ Или ты думаешь нужна ему будешь потом? — зловеще засмеялся отец.

— Нужна будет! Я люблю вашу дочь! — возразил ему Дима.

— Любит он, ты здесь никто! Только мне решать с кем она будет! И точно не с тобой.

— Нет, отец, ты не разлучишь нас! Не посмеешь!

— Замолчи! — и тут я ощущаю резкий удар пощёчины, слезы тут же появляются на глазах. — Смеешь мне перечить? Дрянь!

— Ах ты, урод! — яростно рычит Дима и бросается к отцу, но его задерживают охранники.

— Не посмею говоришь? Уведи её.

Приказывает отец своему охраннику, он берёт и закидывает меня на плечо. Я начинаю кричать и бить его по спине.

— Убери руки от неё! Тварь! — кричит Дима и вырывается.

— Нет, отец! Не делай этого! — рыдаю я и тянусь к Диме, мы успеваем ненадолго соприкоснуться пальцами. — Дима!

— Любимая!

И больше я ничего не слышу, потому меня уносят из кабинета.

63. Что это с ним?

— НЕЕТ! — из моего горла вырвался дикий крик.

Чувство паники и ужасного страха переполняло меня. Но вдруг словно издалека, до меня донёсся голос подруги.

— Лера, просыпайся. Лера! — я почувствовала, как Олеся трясет меня за плечо, пытаясь вернуть к реальности.

Глаза открылись, но мир вокруг казался неясным, словно я всё ещё находилась в плену своего кошмара. Я огляделась по сторонам и поняла, что нахожусь в комнате.

«Это всего лишь был сон!» — мысли путались в голове, и этот шок не отпускал.

Тело моё дрожало, невольные слёзы катились по щекам, как будто все переживания выбились наружу. Сердце все еще бешено колотится в груди, а холодный пот покрывает лоб. Я лежала, не в силах понять, что никто меня не тащит, что это всего лишь плохой сон, и подруга рядом. Олеся гладила меня по руке, чтобы успокоить меня.

— Это был всего лишь плохой сон! Дыши, всё хорошо. — её голос звучал успокаивающе, но я не могла оторваться от чувства неуверенности.

Я слышала Олеси слова, но они казались далеко от меня. Я пыталась сосредоточиться на её голосе, на её поддержке, понимая, что наяву мне ничто не угрожает. Я глубоко вздохнула, медленно освобождаясь от воспоминаний о ночном страхе.

— Ну, ты как? Пришла в себя? — спрашивает подруга и всматривается в мое лицо. — Я перепугалась за тебя. Ты так кричала и вертелась на кровати. Что тебе снилось?

Я на мгновение закрываю глаза, пытаясь собраться с мыслями, чтобы объяснить ей, что произошло. Я начинаю рассказывать Олесе о своих переживаниях. Каждое слово отзывается отголоском страха. Я вижу, как она внимательно слушает, и это немного успокаивает.

Когда я заканчиваю, подруга смотрит на меня с пониманием и заботой. Она начинает меня успокаивать.

— Всё хорошо, это всего лишь сон. Постарайся забыть его.

Я стараюсь верить ей, но воспоминания все равно терзают мое сознание. Олеська начинает шутить, делать легкие комментарии, чтобы отвлечь меня от тяжелых мыслей. Постепенно я начинаю чувствовать, как страх отступает, и вместо него приходит спокойствие, которое дарит мне ее присутствие. Мы смеемся, и это помогает мне забыть об ужасе сна. Я понимаю, что с подругой рядом мне не страшно.  К ни го ед . нет

После разговора, мы начинаем собираться на учёбу. Приняв быстро душ, и приведя себя в порядок мысли о сне улетучились. Беседуя с Олеськой о том, как проведём сегодня день в универе, подходим к шкафу и начинаем в нём рыскать. Выбрав, в чём сегодня пойдём, направляемся к своим кроватям. И в этот момент раздается громкий стук в дверь.

Подруга встаёт и идет открывать. Я смотрю на неё и надеюсь, что это просто кто-то из соседей. Когда дверь открывается, то видим, что на пороге стоит наш куратор. Я сразу ощущаю легкое беспокойство, потому что её серьезное выражение лица говорит о том, что что-то не так. Алла входит в комнату.

— Доброе утро, девочки. Лера, тебя вызывает ректор, срочно. — произносит и покидает комнату. Эти слова как гром среди ясного неба.

Внутри меня замирает сердце. Я роняю свои вещи на кровать, а Олеся обеспокоенно оборачивается ко мне. Я не знаю, что и думать: в голове проносятся мысли, что тот ужасный сон начинает сбываться.

Я смотрю на подругу с ужасом и смятением в глазах. Дрожь охватывает меня, и я делаю глубокий вдох, стараясь успокоиться, но не получается. Олеся, замечая моё состояние, быстро подходит ко мне и берёт за руку, пытаясь передать свою уверенность и поддержку.

— Походу, Олеся, мой сон начинает сбываться. — дрожащими губами шепчу.

— Так, подруга, отбрось панику! Я пойду с тобой. Я не дам тебя в обиду! — уверенно произносит Олеська.

В этот момент мне становится ясно, что, как бы ни было страшно, я не одна, и может быть, вместе мы справимся с любой сложностью.

Быстро одевшись, покидаем комнату. До кабинета дяди, я иду вся как на иголках. Но с компанией подруги, всё же немного легче. Дойдя до кабинета, я начинаю колеблиться, но перед поддерживающим кивком подруги, я пересиливаю себя и стучусь в дверь.

Через пару секунд, я слышу знакомый голос. «Войдите», — прозвучал он бодро, отчего я немного удивилась.

Когда мы с Олесей зашли, по спине у меня пробежался холодок, подруга это почувствовала, и чтобы успокоить взяла за руку. Мой отец сидел за столом рядом с дядей. Увидев не меня одну, а с подругой, папа в изумлении изогнул бровь.

— Здравствуйте! — приветствует их уверенно Олеська, а у меня слова в горле застряли от страха.

— Здравствуй Олеся. — здоровается с ней дядя.

— Здравствуй, рад познакомиться с подругой моей дочери. Лера, ты так и будешь молчать? — произносит спокойно отец, что повергает меня в полный шок. Что это с ним? Он так может?

— Здравствуй папа, дядя. — прочистив горло, сипло приветствую их.

— Ты чего такая зажатая? — интересуется папа. — Вроде не на расстрел пришли.

Папа подавляет смешок, и я выпадаю из реальности. Чего он так добренький?

— Папа, с тобой всё хорошо? — спрашиваю его, и удивлённо хлопаю ресницами.

— Да, что за вопрос?

— Просто ты… — я не договариваю, меня прерывает стук в дверь. Затем она открывается, и в кабинет заходит Дима.

64. Куда вы хотите забрать Леру?

Дима приветливо здоровается с дядей и моим отцом, затем лёгкой походкой подходит ко мне и тут же переплетает наши пальцы.

— Все будет хорошо, не волнуйся. — шепчет мне и улыбается уголками губ. Дима на расстоянии понял, что я переживаю? Ого, вот это парень.

— Ну вот, теперь все в сборе. — довольно произносит папа и складывает ладони вместе. — Вы присаживайтесь, не стоите.

— Мы постоим. — одновременно произносим с ребятами.

— Ваше право. — усмехнувшись, пожимает плечами отец.

— Пап, что это всё значит? — задаю вопрос и вглядываюсь в него, пытаясь прочесть его поведение, но ни черта не понимаю.

— И как давно вы вместе? — отвечает вопросом на вопрос папа, и осуждающе смотрит. — Когда собиралась сообщить нам?

— Три с половиной месяца. — отвечаю с волнением в голосе. — А как ты? Подожди… Я была права, эта твоя машина была тогда…

— Да, и если бы случайно не увидел вас, до сих пор не знал. — сердито произносит папа, а затем переводит взгляд на дядю. — И ты, тоже мне брат, молчал.

— Я думала, что ты разозлишься, когда узнаешь. Мама постоянно это твердила, поэтому я попросила дядю молчать.

— Мама значит, понятно. — папа как-то странно хмыкнул, замолчал и начал думать над чем-то, а затем, кивнул своим мыслям. Что это значит, это точно мой отец?

— Пап, ты не злишься? — осторожно спрашиваю его, и крепко сжимаю руку Димы от волнения.

— Нет! Что за глупости? — довольно отвечает он.

— То есть, вы не против, чтобы мы встречались? — серьезно спрашивает Дима, немного напрягаясь.

— Нет, я рад.

— Рады? — удивлённо восклицает подруга, и я её понимаю, потому что я сама шокировано смотрю на папу. Это точно не сон?

— Пап, это точно ты? — не сдерживаюсь, подхожу к нему и прикасаюсь. Папа начинает смеяться. Ну, точно, подменили.