Пожиратель. Книга IV (СИ) - Опсокополос Алексис - Страница 52

Не то чтобы это было отличным вариантом, но для меня однозначно лучшим, чем лежать на полу, придавленным огромной тушей. К моему счастью, англичанин захотел смотреть мне в глаза во время удушения, поэтому развернул меня к себе лицом. И это было вообще замечательно — я тоже схватил его за горло. И не успел я даже начать сжимать пальцы на шее противника, как он расхохотался — видимо, ему мои потуги показались очень смешными. Расхохотался и принялся меня душить.

Я перекинул всю свою магию на укрепление шеи, покрыл её сначала ледяной бронёй, затем алмазной, нарастил каменную кожу дракона — вспомнил всё, что знал, всё, что хоть как-то могло помочь. Ну и, конечно же, принялся высасывать из противника магию.

А Джаггернаут держал меня за шею, приподняв над ареной примерно на полметра, душил и при этом хохотал как маньяк. Я в какой-то момент попытался работать ногами, стараясь попасть в живот или пах соперника, но быстро понял, что это бесполезно: все мои удары не доставляли громиле никакого дискомфорта. Зато трибуны от такого развития событий быстро ожили: народ на них захлопал, восторженно заорал и засвистел, словно и не аристократы вовсе.

Я довольно быстро понял: всё, что я могу — это душить англичанина в ответ. Точнее, пытаться душить, потому как было глупо всерьёз думать, что можно как-то воздействовать на толстенную, перекачанную и покрытую защитными заклятиями шею. Надо было делать вид, что душу, а на самом деле выкачивать из противника магию. И уже потом, если мне удастся ослабить Джаггернаута, можно было бы думать о том, как его победить.

Но хотя бы так, хотя бы у меня была возможность вытягивать из англичанина магию. Ведь могло быть всё намного хуже, схвати он меня за шею сзади. Я постарался ухватиться за противника как можно сильнее. На всякий случай нарастил на своих ладонях шипы, как во время предыдущего боя — чтобы руки не соскользнули и Джаггернаут не освободил шею. Но похоже, он и не собирался освобождаться от моего захвата, он явно был уверен, что сможет задушить меня раньше, чем я создам ему хоть какие-то проблемы.

А я продолжал концентрировать всю свою магию в шее и руках и полностью открылся для магии противника, жадно её поглощая. И почти сразу же чуть не поплатился за эту жадность — поток магии, идущей от Джаггернаута, оказался настолько мощным, что я чуть не потерял сознание. Пришлось даже немного закрыться, чтобы меня в буквальном смысле не разорвало от переизбытка магии.

Но довольно быстро я разобрался, что мне делать в этой ситуации — я наложил на себя ещё несколько заклятий, не особо мне и нужных в этот момент, но очень затратных в магическом плане. Например, Притяжение Земли. На максимальном уровне оно само по себе требовало много магии, а благодаря тому, что противник оторвал меня от пола, затраты магии на удержание этого заклятия увеличились раза в три. Ну а заодно и Джаггернауту стало хоть немного, но тяжелее.

Таких заклятий я наложил на себя почти с десяток, и на максимальном уровне они «сжирали» очень много магии. В режиме обычного боя, без подпитки от противника, мой магический ресурс исчерпался бы наполовину уже через минуту, но теперь, он оставался на максимуме, зато поток магии от Джаггернаута ко мне усилился в несколько раз. Правда, я не заметил, чтобы это хоть как-то усложнило жизнь англичанину.

Но всё же в какой-то момент я заметил, что магическая дымка вокруг противника стала уже не такой густой, как была прежде — его ресурс был огромным, но не бесконечным. А за несколько секунд до гонга он даже поставил меня на пол — не смог бороться с Притяжением Земли.

К чести противника, он убрал руки с моей шеи в тот же момент, как прозвучал гонг. Я сделал то же самое и побрёл в свой угол. Пока сидел на стуле, отдыхал и пил воду, думал о том, что начинать вытягивать магию из противника надо в самом начале раунда. Но не факт, что даже трёх минут на это хватит. Скорее, точно не хватит — не так-то легко «выпить» всю магию из такой туши. И понимание этого факта сильно меня обескураживало.

На пятый раунд я вышел не то чтобы в растерянности, но с чётким пониманием, что вытянуть за три минуты магию из Джаггернаута я не смогу. Надо было предпринимать что-то другое. Но что? Что можно было сделать с этой машиной?

Противник, как оказалось, тоже решил, что тактика прошлого раунда его не устраивает, и еда только прозвучал гонг, Джаггернаут с какой-то невероятной прытью бросился на меня. Но в этот раз он не собирался меня бить, а растопырил свои лапищи, чтобы поймать меня.

Надо признать, такая тактика застала меня врасплох — ну не ожидал я этого. Попытался увернуться, но не вышло — здоровяк ухватил меня за левую руку. Тут же подтянул к себе, крепко меня обхватил и принялся ломать. Натурально ломать — в прямом смысле этого слова, я прям почувствовал, как захрустели мои рёбра.

Укрепление тела, конечно, работало, но ставить дополнительные защиты на весь торс было сложнее, чем на шею. Да ещё левую руку здоровяк прижал к моему телу, что тоже было крайне неприятно. Конечно же, я схватил правой его за горло и снова принялся душить, но со стороны это, наверное, выглядело очень смешно — пытаться одной рукой задушить такого быка.

Но как выяснилось, чужая магия и одной рукой забиралась так же активно, как и двумя, а ещё я понял, что за минуту перерыва, противник полностью не восстановился — ещё к середине раунда я заметил, что его магическая дымка уже значительно тоньше, чем была в начале. Но в любом случае до конца раунда я всю магию у Джаггернаута не заберу — это было понятно, просто не хватит времени.

Да и к тому же не факт, что я сам дотяну до конца раунда — казалось, что противник сломал мне уже все рёбра и пробил все защиты. Боль была просто невыносимая, и я боялся, как бы не потерять сознание от болевого шока. Надо было срочно что-то предпринимать — что-то такое, чего от меня не ожидают. Но что можно было придумать в такой ситуации?

Мне бы очень пригодилось то заклятие, при помощи которого японец превращал свои ладони в лезвия, чтобы начать кромсать противника, но я такого заклятия не знал. Из тех, что знал, для нанесения ран лучше всего могли подойти Когти тигра. Это заклятие сильно укрепляло пальцы, покрывало их металлом и превращало ногти мага в некое подобие звериных когтей — невероятно прочных и острых.

По большому счёту в бою от них толку немного — очень уж они короткие, у того же Ледяного клинка эффективность в разы больше. Когти хорошо работают, когда надо куда-то вскарабкаться или что-то разорвать. Но здесь и сейчас это был практически идеальный вариант, потому что, в отличие от того же Ледяного клинка, Когти тигра из-за своего размера не выходили за рамки ограничений, установленных правилами турнира.

Вот только как их использовать? Просто царапать противника и наносить ему раны? Это несерьёзно — такому бугаю даже раны от Когтя тигра нипочём. Ну потеряет немного крови, ну испытает дискомфорт. По большому счёту, и всё. Нужно было действовать более радикально.

Пока я быстро прикидывал варианты, Джаггернаут продолжал меня ломать, и я с ужасом почувствовал, что силы меня начинают покидать. Причём магии было в избытке, её перекачка от противника не уменьшилась, просто физические мои силы были на исходе. А когда такое происходит, то и магия уже не в силах помочь. Она укрепляет и улучшает, но должно быть хоть что-то, что можно укрепить и улучшить. А сил у меня уже почти не осталось.

Но к моей радости противник тоже ослабевал — по крайней мере, его магическая дымка иссякла чуть ли не на три четверти. Да и хватка ослабла — если в начале раунда я вообще не мог пошевелить левой рукой, прижатой к телу, то теперь при желании можно было даже попробовать её высвободить.

И у меня созрел новый план. Я таки быстро активировал заклятие Когтя тигра, но только на левую руку, после чего смог вывернуть эту руку так, что моя ладонь оказалась в районе груди Джаггернаута — с правой её стороны. Это хорошо, что с правой — задеть сердце и убить соперника мне не хотелось. Хоть это и допускалось правилами, но меня не прельщало становиться убийцей из-за пяти миллионов франков.