Алхимики Лума (ЛП) - Кова Элис - Страница 4

— Что-то лучшее, чем удовлетворение от убийства Дракона и награда в виде свежего сердца? — Она хмыкнула. — Сомневаюсь.

— Я дам тебе благодеяние5.

Ари сделала паузу, обдумывая сказанное. Она уже слышала о благодеяниях, но они были редкостью. Дракон редко опускался до того, чтобы дать благодеяние, а уж тем более Фентри. Драконы рассматривали Фентри как слугу, а не наоборот. Благодеяние делало его своим.

— Любое мое желание. — Глаза Дракона то и дело устремлялись в небо. — Ты можешь потребовать от меня все, что угодно, согласно условиям благодеяния.

— За то, что позволишь тебе сохранить свое сердце?

— За то, что возьмешь меня в Гильдию Алхимиков.

Для Ари не имело значения, что именно она должна сделать для получения дара. Желание. Было так много вещей, которые она могла бы пожелать. Столько старых ошибок она могла бы исправить с бесспорной помощью Дракона и его магии. Это может стать шансом на искупление и месть.

Или, в крайнем случае, она всегда могла пожелать, чтобы он вырезал свое собственное сердце и отдал его ей. Тогда она получила бы удовольствие, наблюдая, как он это делает.

— Хорошо, Дракон. — Согласие было отвратительным магическим мазком на ее языке, когда благодеяние было сформировано. Вкус был отвратительный, с примесью ненависти. — Договорились.

2. Кварех

Мы ведь туда не пойдем, правда? — Кварех изобразил, что щурится в темный люк. На самом деле он прекрасно видел.

Женщина бросила на него тусклый взгляд и указала в дыру.

— Вперед.

— Оно пахнет прогорклым. — Он сморщил нос. Он знал, что для побега от Королевских Всадников ему понадобятся знания Фентри о Луме, но надеялся на что-то или кого-то более… элегантного.

— Так что не дыши.

— Ты, должно быть… — Кварех не договорил. Ее ноги были плотными, как свинец, а резкий удар в поясницу заставил его поджать руки, чтобы не упасть.

Он приземлился почти головой вперед, предпочитая переломать несколько костей в запястьях, чем принять еще одну атаку на свое лицо. Земля была покрыта тонкой холодной пленкой, которая заставила его судорожно тереть руки о стены — не чище, чем когда он стоял. Грязно, грязно, грязно.

Женщина задвинула крышку люка на место и медленно спустилась по металлической лестнице, вмурованной в стену портала.

— У тебя есть фонарь? — спросил он, массируя заново сросшиеся кости на запястьях.

— Боишься темноты? — спросила она через плечо. Она уверенно зашагала по узкой тропинке, которая была единственным препятствием на пути к канализационным стокам.

— Ах, моя дорогая…

— Я не твоя дорогая. — Она повернулась, и острие кинжала уперлось ему в шею, пытаясь вырвать слова из его горла.

— Ты когда-нибудь будешь говорить со мной, не размахивая оружием? — Кварех вздохнул. Они оба знали, что кинжал лишь раззадорит его, даже в изысканном виде. Направить его в грудь было, по крайней мере, угрожающе. Шея могла вызвать беспокойство только в том случае, если бы она каким-то образом собиралась отрубить ему голову.

— Я бы предпочла вообще с тобой не разговаривать, — процедила она сквозь ровные зубы.

— Откуда ты? — Он попытался задать другой вопрос, пытаясь разрядить все возрастающую напряженность между ними. На ее лице не было Знака Гильдии. Нелегал.

Женщина повертела в руках кинжал, рассекая ему рот. Он облизал губы, ощущая вкус своей крови, а затем аромат магии на ее лезвии. Он не узнал его: кто бы из Драконов ни отдавал части своего тела для рафинирования этой стали, Кварех не был знаком с ним лично.

Но оружие было не просто очищено, оно было закалено. Слой ее силы, вложенный в магию Дракона, говорил о том, что оружие будет реагировать только на ее волю. Он не сможет управлять им, сколько бы магии он ни израсходовал.

И это было не все, что он узнал. Кварех прикусил губу — острые клыки едва не дотянулись до крови — и провел по ней языком. Он почувствовал ее вкус, и разве это не самый интересный из вкусов…

— Зачем ты это сделала? — Он сузил глаза.

— Для угрозы.

— Какого рода? — Драконы мазали кровью в качестве предупреждения. Они общались с помощью остатков магии. Неужели она намеренно общалась с ним так, как это делал бы Дракон?

— Что я буду ранить тебя каждый раз, когда ты проявишь идиотизм.

— Ты бы…

Он не успел договорить, как она снова прижала его к стене, а ее кинжал наполовину вошел ему в рот. Чтобы пошевелиться, ему пришлось бы разрезать щеку или отрезать себе язык, чтобы говорить. Эта женщина начинала его раздражать.

— Послушай, Дракон, я не буду повторяться. — Ее слова были ровными и спокойными, но в них слышался дикий тембр, словно хаос пытался разорвать их на части, превратив в яростные крики. — Ты сам определил условия получения дара. Я не спрашивала, зачем тебе нужно, чтобы я отвела тебя в Гильдию Алхимиков, потому что мне наплевать, кто ты и зачем тебе туда идти. Я не буду притворяться, что мне это нравится. Так что сделай нам обоим одолжение и не делай из этого то, чем оно не является.

Он вгляделся в лицо Фентри сквозь темноту. Оно было круглым, как буханка хлеба или свиная рулька. Очки давили на глаза, оставляя по краям небольшие вмятины на пепельного цвета щеках. Небрежно подстриженные белые волосы беспорядочными прядями спадали на уши. Фентри действительно были отвратительными созданиями.

Наконец она убрала клинок, вытерла его о прикрытую ногу, а затем вернула в ножны и снова двинулась вперед. Кварех последовал за ней по извилистым канализационным ходам. Проход стал еще более узким, а стены сменили камень и сталь на красные глиняные кирпичи.

— Куда мы теперь идем? — Он решил, что его выбор — сойти с ума от молчания или рискнуть, что она снова ударит его ножом.

Она не ответила.

— Мы покинули Новый Дортам?

— Мы направляемся в Гильдию Алхимиков.

Кем бы ни была эта женщина, она определенно питала глубокую ненависть к Драконам. Кварех знал, что никогда не сталкивался с ней раньше, так что не похоже, чтобы она могла обидеться на него лично. Более того, она была первым Фентри, которую он встретил лично, и какое впечатление она производила на всю свою расу.

— Да, но…

— Дракон, как я могла не понять? — вздохнула она.

— Кварех Син'Рю Сох, — настойчиво повторил он. — Если мы собираемся путешествовать вместе, то должны хотя бы знать имена друг друга, тебе не кажется?

— Не думаю. — Она сделала паузу. — Ква.

Кварех по очереди сгибал и разгибал свои длинные пальцы, сопротивляясь желанию разжать когти.

— Кварех Син'Рю Сох.

— Ты не можешь ожидать, что я произнесу это целиком, — проворчала она с раздражающей ухмылкой. — Это слишком много слов.

— На самом деле это очень важно в Нове. — Терпение, напомнил себе Кварех. Фентри, скорее всего, никогда не покидала землю Лума. Она не знала, что было важно над облаками.

— О, я знаю. — Она улыбнулась, и он едва сдержался, чтобы не скривиться от того, что ее ровные зубы образуют идеальную линию рта. — Ну же, Ква, мы опоздаем, — укорила она.

— Можешь называть меня просто Кварех Сох, — настаивал он.

— Ммм, Ква — это проще.

— Я настаиваю…

— Не испытывай судьбу, Дракон. — Рука обхватила один из скрещенных клинков у нее на спине. Он уже начал уставать от вида этой золотистой стали. — Мы всегда можем вернуться к вырезанию сердца.

Кварех посмотрел ей в глаза, ну, или в очки. Она не напряглась и не отшатнулась. Кем бы ни была эта женщина, она определенно не любила Драконов и не боялась их.

— Я не думаю, что ты это сделаешь. — Он сделал шаг к ней. — Ты хочешь получить свое благодеяние.

— Ах, да, благодеяние. — Вместо того чтобы отступить, женщина встретила его шаг своим. Она была почти такой же высокой, как он, а Кварех был среднего роста по меркам Драконов. Ему всегда говорили, что Фентри — более низкая раса. — Драконы выдают их довольно редко. Что же тебе так сильно нужно в Гильдии Алхимиков, что ты отдаешь себя на волю моих прихотей?