Опальная невеста дракона, или Попаданка в бегах (СИ) - Руд София - Страница 51

А безумная, почуяв власть, скалится.

— Похоже, и у несокрушимого инквизитора появилось слабое место, — кряхтит она, поднимаясь с пола, пока мы безмолвно смотрим друг на друга.

— Правду говорят, любовь делает из людей идиотов. Кто бы мог подумать, что она коснется даже твоего ледяного сердца, инквизитор.

— Чего ты хочешь? — только и рычит он тихо сквозь зубы. Знаю, как хочет зарычать во весь голос, но сдерживается.

— Разве не понятно? Дай мне закончить ритуал, и я отпущу твою ненаглядную.

— Она врет! — хочу крикнуть я, только вот не могу.

— Убей ее! Спаси всех! — мысленно молю я и знаю, что он понимает меня без слов. Но боюсь, что не послушает.

Он в упор смотрит на шпильку, по которой стекают капли моей крови, и крылья его носа раздуваются от ярости.

А я молюсь, молюсь, чтобы он.. Выбрал не меня! Нельзя допускать такое зло! Он ведь это знает!

О чем он сейчас думает? О чем?

— Хочешь воскресить Джину? — вдруг говорит он, кидая презренный взгляд на безумную. — Я изучал родословную моей несостоявшейся невесты, иными словами твою. Обанкротившийся род, выдворение из академии, тяжелые перспективы в будущем. Брак из-за скандала, подстроенного тобой же, якобы из-за скомпрометированной девичьей чести, был отличным решением, так ведь? Но и там ты не нашла счастья. Не потому, что шансов не было, а потому что ты всегда хотела не любви, а слепого поклонения. Хотела той власти, которую однажды потеряла. И теперь ты думаешь, что возродив Джину, станешь ее правой рукой или даже одним целым с ней? Думаешь, что все еще будешь ей нужна, когда совершишь этот обряд? Как наивно для дамы твоих лет. Посмотри правде в глаза, она использовала тебя, как марионетку.

— Не заговаривай мне зубы, инквизитор! — психует женщина, но Эйрал остается спокойным и непоколебимым, и вновь переводит взгляд на меня.

Секунду смотрит в глаза, будто давая какой-то сигнал, а затем на заколку. Нет. На руку. На запястье! На вязь?

— Ты спросила, как я противостоял внушению, — продолжает инквизитор. — Если бы Джина действительно хотела тебе добра, то рассказала бы, какой яд принимают хранители, чтобы противостоять любому ментальному внушению, — добавляет он, только вот я не понимаю, зачем.

Зачем он ей это говорит?

Стоп! Он говорит не ей, а мне?

В памяти прокручивается обрывок прошлого. Тот самый день когда мы прятались в скалах, и я обрабатывала его рану от смертельного яда в его крови. Но этот яд ему не навредил.

Только вот зачем он упоминает это сейчас?

В голове тут же вспышкой проносятся слова Зеллы о том, что истинные могут делить силы и даже магию. Выходит, если он смог открыть портал, воспользовавшись моей силой, то и я могу воспользоваться его устойчивостью к внушению? Так?

Но как это сделать?

— Даже если тебя уже подчинили, есть способ противостоять. И все, что нужно в этот момент, — подумать о том, что тебе дороже всего, захотеть этого всем сердцем. И внушение уже не подействует, — выдает он безумной, которая все еще думает, что эта речь для нее.

Ох, мой дракон! Не даром я тебя таким умным считала.

Тут же закрываю глаза и вижу ту картинку, которую не раз приходила ко мне во снах. Дом, дети, смех и он… инквизитор. Мой муж. Моя опора и защита. То, чего я всегда хотела и боялась себе в этом признаться.

Внушение тут же спасет, и едва я отпускаю заколку от своей шеи, как инквизитор в мгновение ока оказывается рядом со мной и щелчком пальцев освобождает меня из кандалов.

А в следующую секунду с его другой руки срывается такое пламя, что испепеляет все вокруг. Я крепко сжимаю его руку. Мне страшно. В лицо бьет жаркий воздух разрывающейся магии, кажется, что даже кожа вот-вот расплавится, но я велю себе быть сильной под стать своему мужчине и мысленно отправляю ему потоки своей магии, пока не чувствую, что она иссякла. Совсем!

Как? Куда?

Открываю глаза, а ноги тут же подкашиваются от бессилия, но моя опора всегда рядом и уже держит меня. Спешу оглядеть родное строгое лицо и выдыхаю, осознав, что Эйрал цел, и только потом замечаю, во что превратился зал.

Стены опалены сажей повсюду, коме тех мест, где был нынче тающий щит. В воздухе витает пепел. И больше ничего.

Не осталось ни злодейки, ни вещиц Джины, что когда-то лежали на столе. Ни магии внутри меня. Все развеялось с пеплом.

— Что это? Что за гадость? — раздается писклявый голосок, и я замечаю Зеллу, стоящую на четвереньках, а из платья у нее торчит крысиный хвост.

Хотела сбежать, прикинувшись мышью, едва появилась возможность?

— Почему я снова стала собой? Почему не могу обратиться? — истерит она и тут же застывает, обнаружив возле себя уже пришедших в чувства стражников.

— Помогите принцессе, — отдает приказ Его Высочество (благо и он теперь в своем уме), а затем смотрит на нас с инквизитором.

И да, мы стоим в обнимку посреди всего этого хаоса, но я не готова сейчас отлипать от инквизитора в угоду кому-то. И сам Эйрал не собирается меня отпускать. Лишь крепче прижимает к себе, говоря без слов, что во что бы то ни стало с ним я буду в безопасности.

— Все целы? Дальше справитесь сами? — спрашивает он принца, и как только тот несколько растерянно кивает, мой дракон подхватывает меня на руки, чтобы унести прочь.

— Не меня ловите, а ее! Ее! Она пришлая! Сири — пришлая! — раздается нам в спину словно выстрел, а ведь только решила выдохнуть.

Гоблины тебя дери, Зелла!

— Пришлая? — раздает позади принц, и тот час я слышу, как его шаги, нагоняют нас.

Но настоящая беда ждет нас впереди.

Сюда входит сам король, и едва я случайно встречаюсь с ним взглядом, как голова раскалывается от невыносимой боли…

— Пришлая!

Глава 55. Ни о чем не пожалею

— Пришлая! — вспыхивает король, и тут же выставляет вперед руку с плетением. — Эйрал, в сторону!

Только вот инквизитор не слушает, а напротив заслоняет меня собой, не позволяя королю, и стражникам, которые тут же окружают нас кольцом, выстрелить в меня вспышкой.

Натягивает на меня тот самый щит в виде мыльного пузыря. Сначала один, затем второй и третий, а сам почему-то остается снаружи. Незащищенный!

— Эйрал! — пугаюсь я, его ведь могут убить!

Но дракон лишь крепче сжимает мою руку, обещая, что справится. Что все под контролем. А во второй его ладони я замечаю едва заметное свечение. Он что-то задумал.

— Что ты творишь?! — лютуют король, глядя на то, что его подданный вместо того, чтобы поймать, защищает меня. — Она пришлая! Ты что не понял?

— Знаю, — спокойным, колющим ледяными иглами тоном, отвечает дракон. — Но не могу позволить ей навредить.

— Ты.. ты с ума сошел?! Она тебя околдовала?! Но такого быть не может!

— Магия тут не причем. Это мой выбор, Ваше Величество. Я не могу позволить кому-либо причинить боль моей женщине, — говорит Эйрал, и сначала король непонимающе моргает, а затем его лицо краснеет от гнева.

— Ты.. ради нее… пойдешь против моего приказа?! — бесится государь, в то время, как дракон остается абсолютно спокойным. И наверное только я сейчас знаю, что творится у него внутри. Чувствую, как рвется душа, но он сделал выбор.

— Быть верным и преданным королю, народу и государству — мой долг подданного. Долг инквизитора. Я никогда не подставлю под удар вас или народ, и потому щита на мне нет. Но быть защитником семьи — мой первоначальный долг. Долг мужчины и мужа, — выдает он, а я тем временем замечаю, как в его руке появляется тот самый жетон, с помощью которого я сюда переместилась. Он его призвал, а теперь тайно вкладывает в мои пальцы.

Зачем? Что он задумал? Он ведь не отправит меня отсюда одну?

— Я не согласна! — так и хочется шепнуть ему, но Эйрал, кажется, без слов меня понимает. А я по взгляду понимаю, что это его запасной план. План, на случай, если не удастся усмирить гнев короля.

— Вместе, — только и читаю в его глазах. — Что бы не случилось, вместе.