Любовь Дикого (СИ) - Ангелос Валерия - Страница 38

34

– Батуров получил уведомления от своих адвокатов, – докладывает мой помощник после полудня, когда с комбинатом все решено. – Он рвет и мечет.

На каждую из компаний Батурова отправлены иски от бывших сотрудников.

На его предприятиях такие условия работы, что недовольных легко найти. Конечно, похожие иски случались и раньше. Но то единичные случаи, едва ли Батурову о них сообщали. Слишком незначительные события. А теперь размах другой. Наберется больше двух тысяч.

И ладно бы только эти иски. Такое бы его адвокаты разгребли. Вопрос времени и выплат. Гораздо сильнее Батурова ударяет другое.

Запросы от разных представителей по всем его сделкам за последние пять лет.

Запросы, которые сегодня разосланы по городским инстанциям.

На уровне города Батуров легко все утрясет. На областном уровне тоже быстро прикроет любые разбирательства. Не зря же зятя губернатором сделал.

Но он понимает, что рядовые “отписки” не прокатят. Запросы пойдут дальше. Выше. Туда, где он ничего не сможет проконтролировать. А значит, начнется уже настоящая проверка. Такая, где ничего спустить на тормозах не выйдет.

Да. На бумаге у него все чисто. Но стоит копнуть глубже, столько дерьма выльется, что только успевай огребать.

– На вечер он собирает весь ближний круг в своем особняке, – продолжает мой помощник.

Ясно. Будет крысу искать. Батуров пока не рассматривает вариант, что проблема может быть в другом. Видит, что взялись за него серьезно. Только совсем не туда смотрит.

Родня хранит ему верность. Как и друзья, на которых до черта чего оформлено.

Там круговая порука. Они давно и крепко повязаны четко отработанными коррупционными схемами. Никому из них нет резона стучать на того, кто их обеспечивает по полной.

Но это сейчас так. А если почуют, что их главарь дал слабину, от преданности даже следа не останется. Там драка начнется за то, чтобы поскорее слить Батурова на самых выгодных условиях.

– Проверка фондов? – спрашиваю.

– Мы запустили процесс, но официально Батурову сообщат об этом только завтра утром. Поэтому…

– Пусть узнает сегодня.

– Сделаем, босс.

– До ужина.

– Понял.

Через благотворительные фонды Батуров отмывает деньги. На каждый фонд еще и куча фирм-однодневок завязано. Там можем раньше начать все раскручивать. Процедура проверки другая.

Но вообще, расчет сейчас не на сами проверки, ведь потребуются месяцы, чтобы вскрыть темные схемы Батурова. Бумажная волокита затянется. Его адвокаты постараются.

Нажимать надо. Ради реакции. Расшатать и наблюдать, как он начнет суетиться, делать ошибки.

Вот как сегодня. Злится. Предателя ищет среди своих. Важные мелочи выпускает из внимания.

– Камеры? – спрашиваю.

– Еще работаем, – сообщает помощник. – До семи завершим установку в его доме.

Батуров настолько на взводе, что мой человек даже подкладывает ему нужный нам бланк на подпись.

– Замена оборудования, Павел Васильевич, надо вот здесь подписать.

– Чего? – рявкает Батуров, убирая мобильный от уха.

– Интернет, необходимо обновить…

– Давай сюда.

Чиркает ручкой, отворачивается. Даже не подозревает, что только что предоставил мне полный доступ к “прослушке”.

Батуров действует предсказуемо.

Стоит ему получить информацию насчет проверки фондов, нервы сдают так сильно, что он напрямую звонит своей “крыше”.

– Леонид Аркадьевич, странные дела у нас творятся, – говорит Батуров. – Кто-то роет под меня.

– Разберись, – следует небрежный ответ. – Не в первый раз.

– Так – в первый.

Повисает пауза.

Хорошо. Ситуация с фондами показывает Батурову, что виновный в его проблемах может оказаться вне поля зрения. И вполне вероятно, никак не связан с родней.

Он включается. Оценивает масштаб поражения

– Сегодня куча исков прилетело, – говорит Батуров. – На каждый из моих заводов. Там свыше двух тысяч будет. И запросы по сделкам. Мы их, понятное дело, прикроем, но чую, дальше продвинут…

– Ты мне зачем эту херню рассказываешь? – мрачно бросает его собеседник. – Еще и по телефону.

– Так никто не прослушает. Твои же безопасники поработали.

– Захотят – прослушают везде, – отрезает. – На следующей неделе буду с визитом у тебя. Тогда и пообщаемся.

На следующей неделе, значит.

Чем раньше загнать Батурова, тем лучше. И если бить, то наверняка. Чтобы у его “крыши” не осталось ни единого рычага повернуть ситуацию в свою пользу.

– Фонды проверять начали, – бросает Батуров.

– Когда?

– Вот, – отвечает. – Сейчас. Официальное уведомление придет завтра утром. Но мои источники донесли раньше.

– Распустил ты своих.

– А я уже не уверен, что “свои” воду мутят.

– Тогда кто?

– Вам виднее, Леонид Аркадьевич. Может сверху команду спустили.

– Не было ничего, – говорит. – Я бы знал.

– Я так и подумал, но…

– “Своих” проверь. Нам проблемы не нужны. Особенно по фондам.

– Проверю.

На этом разговор и заканчивается.

Батуров ни слова не выдает про меня. Хотя мое досье уже час лежит у него на столе. Прочитано от и до. Но из этого досье нихуя непонятно, как я на воле оказался после пожизненного срока за кровавую бойню.

Мог бы у “крыши” поинтересоваться. Леонид Аркадьевич не последний человек в стране. Для него не проблема прояснить любую ситуацию.

Теперь ясно, почему Воронцов через меня действует. Но нечто такое я и прикидывал сразу. Слишком высокие ставки.

Только Батуров молчит. Догадываюсь, где скрывается причина. Скоро станет понятно наверняка.

А пока я бы и сам хотел кое-что прояснить.

Где, блядь, Каримов?

Опять, сука, нарывается. Порученные задачи выполнил и в момент съебался. Личное у него. Охуеть. Никак не угомонится.

– Готово, босс, – докладывает помощник. – Камеры подключены.

Перевожу взгляд на экран.

В доме Батурова собираются на ужин его близкие. Усаживаются за стол, тихо переговариваются. Но к еде никто не успевает притронуться.

Батуров резко поднимается. Обводит всех присутствующих тяжелым взглядом. Всякие перешептывания мигом стихают.

– Кто? – холодно спрашивает он.

Тишина.

– Кто решил, что я ослаб?

Голос рискует подать только его старший сын.

– Пап, с чего ты взял, будто…

– Молчать! – рявкает Батуров. – Кто-то из вас играет за моей спиной. Сливает информацию. И очень скоро я выясню, кто именно.

Напряжение в зале чувствуется даже через экран.

– Смотрю, расслабились, – цедит Батуров. – Зажрались. Но ничего, это ненадолго. Я весь ваш банкет здесь оплачиваю. И я каждого из вас на помойку вышвырну. Быстро вышвырну. Ясно вам?

Все молчат.

Он грохает кулаком по столу.

– Десять миллионов, – твердо выдает Батуров. – Тому, кто выяснит, какая тварь здесь старается меня закопать. Десять миллионов сразу. И еще десятка после. Когда… я закрою вопрос.

Гости переглядываются.

– Никто не посмеет меня наебывать, – отрывисто бросает Батуров. – Забыли? Ну так я напомню. Каждому, сука!

Он уверен, нет на свете таких проблем, которые нельзя решить деньгами. Все зависит от суммы. И ему не жалко дать высшую ставку. Даже при патологической жадности.

Но на этом его коммерческие предложения не заканчиваются.

Сразу после ужина Батуров приезжает в отель, где я забронировал номер. Он находит меня в баре за разговором с адвокатом.

– Вечер добрый, – бросает. – Не помешаю?

Даю адвокату знак, чтобы удалился.

Батуров опускается в кресло напротив.

– Вижу, вы человек действия, Демьян Александрович, поэтому не буду долго ходить вокруг да около, – замечает Батуров. – Сколько?

Неплохая попытка.

– Договоримся, – продолжает он. – На взаимовыгодных условиях.

Доказательств того, что именно я устроил ему все сегодняшние проблемы, у Батурова нет. Но он понимает, таких совпадений не бывает. Действует как привык.