Кружевница из ковена Будриоли (СИ) - Лерн Анна - Страница 18

- Благодарю вас, доамна, - я не поднимала головы, скрывая облегчение, которое разлилось по телу теплой волной.

- Посмотри на меня, Вайолка, - приказала матушка князя, и я настороженно подняла взор. – Теперь ты моя кружевница. Я велю подготовить для тебя комнату, где будет достаточно света. Что еще ты можешь плести?

- Все, доамна. Воротнички, манжеты, шали, перчатки, многое другое, - ответила я, надеясь, что теперь Маре Армаш отцепится от меня.

- Замечательно! Как только ты переберешься в новую комнату, мы обсудим твою следующую работу, - матушка князя выглядела очень довольной. – Мне как раз нужны кружевные перчатки. Несколько пар разных цветов!

- Мне тоже нужны перчатки, дорогая сестра! – доамна Нарчиса вскочила со своего места и теперь жадно рассматривала белье сестры.

- Только после того, как Вайолка обеспечит ими меня! – матушка князя легонько ударила ее по руке. – Получишь перчатки к Рождеству, Нарчиса. И не раньше!

Когда мы с госпожой Йеттой вышли в коридор, она обняла меня.

- Молодец, дочка! Теперь доамна Эуджения ни за что не позволит продать тебя Армашу! Пойдем собирать твои вещи! Уверена, что хозяйка выделит тебе замечательную комнату!

Мы спустились в холл, и я испытала чувство холодящего душу страха. Из боковых дверей вышел Маре Армаш, похожий на большого свирепого медведя. Он заметил нас, и на его губах заиграла неприятная улыбка.

- Мне не пришлось тебя искать, Вайолка. Подойди ко мне.

Я бросила настороженный взгляд на госпожу Йетту, чувствуя надвигающуюся опасность.

- Вайолка спешит исполнить распоряжение доамны, Маре Армаш, - сказала экономка, поклонившись тюремщику.

- Я разговариваю не с тобой, - процедил он сквозь зубы. – Девка принадлежит мне. Я выкупил ее у князя. Сегодня она поедет со мной.

У меня даже дыхание перехватило от такого заявления. Нет, только не это.

Госпожа Йетта незаметно сжала мою руку и бросилась обратно вверх по лестнице.

- Подойди, я сказал, - тюремщик буравил меня взглядом из-под кустистых бровей. – Не испытывай мое терпение.

- Нет, - от волнения мой голос охрип. – Я никуда с вами не поеду.

- Что? – скулы Маре Армаша заходили ходуном. Было видно, что его охватывает ярость. – Ты перечишь мне, грязная шваль? Ну ничего, я научу тебя, как нужно вести себя со своим хозяином.

Все. Теперь я осталась один на один со зверем. Подчиниться и позволить себя избить? Нет. И будь что будет. Никому не позволено унижать меня. Боевыми искусствами я не владела, но зато прекрасно знала правила «бакланки». Эта техника боя, если ее можно было так назвать, была придумана в России. А название пошло от статьи за хулиганство в уголовном кодексе Советского Союза. Охарактеризовать ее можно было так: «подлые удары, использование обманных маневров, приветствуется использования любого доступного оружия». Азы я прекрасно помнила: удар должен быть внезапным и должен быть нанесен по одной из наиболее уязвимых областей, собрав все силы. Быстрое добивание, цель которого в большинстве случаев максимально быстро разбить голову.

После этого мне точно придет конец, но лучше так, чем чувствовать на себе лапы этого чудовища. Мой взгляд метнулся к копью, которое висело на стене. Его я достану в два прыжка.

- Не бзди, Макар, я сам боюсь… - прошептала я, приготовившись к прыжку, но тут раздался возмущенный голос доамны Эуджении:

- А что здесь происходит?!

Матушка князя стояла на верхней ступеньке, а за ее спиной застыла взволнованная госпожа Йетта.

- Доамна… - тюремщик склонил голову. – Князь не успел вам сказать. Эту девицу он продал мне.

- Штефан не может продать Вайолку. Она моя кружевница, - ответила женщина, спускаясь по ступенькам.

- Это не ничего не значит, и вы это прекрасно знаете, доамна… - ноздри Маре Армаша гневно раздувались. – Должница может быть перепродана.

– Как мать господаря, я имею право взять себе мештерул*. Я выбрала Вайолку, - матушка князя надменно вздернула подбородок.

- Мештерул выбирают из свободных горожанок, - тюремщик, казалось, весь дрожал от гнева.

- А разве она рабыня? – женщина приподняла бровь. – Думаю, на этом наш разговор окончен, Маре Армаш. Желаю вам счастливого пути.

* Мештерул (Meşterul румын.) – мастерица.

Глава 19

- Матушка? Маре Армаш?

Я напряженно замерла, услышав голос князя. И его принесла нелегкая!

Господарь вошел в холл и окинул всех собравшихся удивленным взглядом. Он был без камзола, в одной рубашке, закатанные рукава которой приоткрывали смуглые мускулистые предплечья, покрытые темными волосками.

- Дорогой, ты чуть не продал мою мештерул, - доамна Эуджения приблизилась к сыну. – Чтобы я делала без нее?

- Твою мештерул? – князь посмотрел на меня. Его брови сошлись на переносице. – Должница твоя мештерул?

- А что в этом такого? Девушка очень талантливая кружевница, и потерять ее было бы глупо! – фыркнула женщина. – Надеюсь, я в этом доме не просто мать князя, а пока еще и хозяйка. А разве хорошая хозяйка станет разбрасываться людьми, у которых золотые руки?

- Господи, матушка, конечно, вы здесь хозяйка! – смеясь, воскликнул князь. – Если эта девица так талантлива, то оставьте ее себе! Я не против. Думаю, и Маре Армаш с понимаем отнесется к вашей просьбе. Все это не стоит выеденного яйца, матушка! Ведь так, Бужор?

- Конечно, господарь, - Маре Армаш старательно скрывал ярость и разочарование, опустив пылающие гневом глаза. – Все, что пожелает доамна. Разрешите идти, господарь?

- Идите.

Тюремщик покинул холл, а хозяин замка подошел ко мне. Я хоть и не поднимала головы, но кожей чувствовала его пристальный взгляд.

- Я вспомнил тебя. Как интересно… Пьющая и гулящая девица оказалась прекрасной кружевницей. Ты настолько хороша, что матушка сделала тебя своей личной мештерул?

- Она действительно талантлива, Штефан, - снова заступилась за меня доамна Эуджения. – Если хочешь, можешь взглянуть на ее работу.

- Посмотри на меня, - приказал князь, и я подняла глаза, испытывая при этом такой всплеск адреналина, что впору было падать в обморок. Но вряд ли он узнает меня. Господарю даже мысль в голову не придет, что я была под маской Кренгуцы. – Ты понимаешь, какую милость тебе оказала доамна, служанка?

- Да, господарь, - ответила я, глядя чуть ниже лица князя. От его пронзительного взгляда у меня даже закололо под лопаткой. Появилось такое ощущение, будто я нахожусь перед рентгеновским аппаратом.

- Громче, - он слегка подался ко мне, склонив голову.

- Да, господарь! Я понимаю, какую милость мне оказала доамна Эуджения! – выпалила я, желая побыстрее ретироваться.

Прищуренные глаза хозяина замка продолжали рассматривать меня.

- Штефан, дорогой, ты так навис над бедняжкой, будто подозреваешь ее во всех смертных грехах, - мягко сказала доамна. – Я уверена, что Вайолка прекрасно понимает, что ее положение будет зависеть от нее самой.

Князь выпрямился. Но я видела, что в нем поселились какие-то сомнения. Неужели что-то заподозрил? Нужно поменьше попадаться ему на глаза.

- Я пообещал найти ей мужа. Наверное, этим нужно заняться в самое ближайшее время, - вдруг задумчиво произнес господарь. – Кого-нибудь из служащих в замке.

- А что, это хорошая мысль! – сразу же согласилась с ним матушка. – Семейные пары в услужении лучше, чем одиночки.

Князь бросил на меня быстрый взгляд, и я поклонилась. Если начну сейчас перечить или противиться замужеству, точно отдадут Маре Армашу. Ничего. Буду решать проблемы по мере их поступления.

- Вот и славно! А теперь, сын, составь мне компанию. Я хочу прогуляться перед очередным смотром невест, - доамна Эуджения взяла сына под руку. – И да, нам нужно обсудить положение Кренгуцы.

Как только они вышли на улицу, госпожа Йетта сразу бросилась ко мне.

- Ох, моя деточка! Я такого страха натерпелась! Думала уже все: заберет тебя этот проклятый медведь! – экономка прижала меня к себе. – Ну ничего, ничего… теперь все будет хорошо…