Новые невероятные союзники (СИ) - "T-90A" - Страница 173

Как бы то ни было, может по причине ненависти к официальным властям и идее коммунизма, распад СССР прошёл для Симонова более-менее благополучно. Точно без психологических травм. Для себя он решил, что капитал это всего лишь инструмент и чем эффективнее-циничнее его использовать, тем лучше. Если в новое время капитал вновь стал легальным инструментом, то это только к лучшему. Однако в дальнейшем, вид разрухи страны, несколько скорректировал взгляды Симонова. Он видел, как власти променяли идеи коммунизма на капитализм. Инструмент управления высшими чувствами людей на инструмент, взывавший к низшим желаниям наживы. По сути, поменяли шило на мыло. Им не хватило ума использовать оба инструмента и даже наличие внешнего иностранного управления это не оправдывало. Современные власти были невероятно тупы, но как известно, народ заслуживает своих правителей. Симонов точно заслуживал, ибо в своё время проявил не меньшую тупость с акциями РАЭ ЕЭС и МММ. Кашпировский тоже не оправдал его веру в чудо. Единственный человек с экрана который оправдал доверие Симонова это Александр Невзоров. В дальнейшем Сергуня стал большим поклонником Сашки, ибо тот в своих передачах полностью разделял мнения Симонова. Ещё он произвёл на Серёгу впечатление своей передачей про лошадей, что тоже получит своё воплощение в фанфиках, но это в будущем. Также в будущем будет интерес к передачам Дмитрия Гордона и Владимира Познера, но в глазах Симонова они лишь неуклюжие подражатели Невзорова.

По итогу Симонов возненавидел нынешнюю страну и её власти даже больше, чем ранее советские. В этом он был не одинок. Многие тогда были в его положении топя своё горе в ставшем доступном алкоголе. Симонов бы тоже его утопил, но после прошлых событий советская система здравоохранения предупредила, что для него алкоголь особенно вреден. Решением были другие вещества, благодаря которым Симонов чувства себя улетающим в космос (https://youtu.be/YBhZoiGf-IE?t=121), но это было временное решение.

Не зная куда себя деть, Симонов даже пытался стать ещё одной приметой времени в малиновом пиджаке. Даже провёл несколько сборов дани и загладил одного непонятливого кооператора утюгом, но под него начали копать мусора. Они не собрали достаточно улик, и Симонов ушёл безнаказанным, но впредь он решил в очередной раз завязать с такой деятельностью.

Выбор оказался верным, ибо нашёлся другой выход. При всей грязи нового времени в нём было и много хорошего. В частности, развитие и доступность ЭВМ. Это давало множество возможностей самореализации, особенно на начальном этапе развития. Симонов не упустил этот момент взявшись за изучение CAD систем. Преуспев в этом, он получил не последнюю инженерную должность, а вместе с ней рабочий компьютер и рабочее время, которое можно потратить не только на работу.

Следующие годы Симонов, параллельно построению 3D моделей и оформлению чертежей, провёл воплощая свою мечту, пусть и лишь в текстовом виде. Каждая идея, которую он вынашивал с глубокого детства была воплощена в истории цвета сверхдержавы. Начиная от представления себя в образе Хрущёва и свалившегося ему богатства, в образе ноутбука со знаниями о будущем, заканчивая воплощением самых смелых, а чаще даже нелепых проектов и представлений о будущем в эпоху, которую застал Симонов. Развитие дирижаблей, сотовой связи, проекты Бартини, космическая сфера, хлорелла, идея исключительности и многое другое. Всё получало воплощение и имело успех в мире цвета сверхдержавы, превосходя самые смелые ожидания, пусть и вопреки законам физики и прочих естественных наук.

И насколько успешен цвет сверхдержавы был в своём вымышленном мире, настолько успешна была его история у читателей мира реального. Симонов быстро уловил настроения и желания своей аудитории, и дал ей то, что они хотели, пусть в отдельных эпизодах ему и пришлось пойти против своей воли. Симонова очень злило доброжелательное отношение современных людей к личности Сталина, но в истории цвета сверхдержавы Хрущёв не стал очернять его личность. Наоборот, он там его даже в мавзолее оставил. Правда сделал это не из уважения, а прагматичных целей используя отношение народа как инструмент. По сути, в мире реальном Симонов поступил аналогичным образом, что ни его, ни альтернативного Хрущёва не сильно волновало.

Симонов и альтернативный Хрущёв сполна оторвались на личности Берии, которого Хрущёв уже реального мира всё же смог лживо очернить настолько, что по сей день люди верят в эту грязь. Сам Симонов не был исключением. Он искренне верил всей чернухе, связанной с Берией, даже если та была откровенно нелепой и не имела доказательств. Пусть Симонов никогда не читал имён британских агентов с которыми Берия выходил на связь, не видел фотографий сейфа с трусами изнасилованных Берией жертв и камнедробилку в которую Лаврентий Павлович бросал тела, но он верил в их существование и его совершенно не смущало, что такие важные улики точно были бы задокументированы, а при Хрущёве массово распространены и может сохранились бы до сего дня. Ничего подобного. Симонов его ненавидел ничуть не меньше, чем Хрущёв в своё время. Даже то что Берия был куратором успешной ракетно-космической программы, а Симонов был всегда за развитие космоса, не спасло Берию от его очернения. К планам «Третьего Рейха» развития космических технологий Симонов относился с восхищением. К космической программе капиталистических США, с уважением и даже из желания к ней примазаться закончил историю цвета сверхдержавы совместной советско-американской экспедицией на Луну. Про современную космическую программу штатов он думал только хорошее, считая, что за ней будущее. Но к Лаврентию Павловичу Берии, который был непосредственно причастен к успешному старту космической программы СССР реального мира, эта тенденция не распространялась.

Впрочем, Симонова такое лицемерие не сильно волновало, равно как и его аудиторию, восхищавшуюся историей цвета сверхдержавы и его автором. Находились даже такие кто называли этот фанфик историчным-академичным; хотя исторической достоверности в нём даже меньше, чем в фильме «Бесславные ублюдки». Симонов не спорил с этими утверждениями, хотя они его забавляли и раздували ЧСВ. Распихиваешь в тексте отсылки на реальные события, подгоняешь даты, оставляешь снизу глав сноски с пояснениями, и даже если в них утверждается историческая белиберда, им всё равно верят. Приём известный под словом софистика оказался сверхэффективным. Симонову очень нравились такие наблюдения и авторские приёмы. Ему нравилась его аудитория, которую он сравнивал со стадом ягнят, а себя, с тем, кто их пасёт знает, как заставить их замолчать. Нравилась лёгкость, с которой он манипулировал своими читателями вызывая у них восхищение (это напоминало его детские игры с насекомыми) постепенно подводя к идеям, которые разделял, в основном крайне праворадикального толка.

Последнее дошло до апофеоза в написанном Симоновым ответвлении истории цвета сверхдержавы, которому он дал незамысловатое, но не менее гордое пышущее самомнением название – Невероятные союзники.

Занимаясь написанием истории цвета сверхдержавы, Симонов неожиданно для себя открыл созданное капиталистами художественное произведение для детской аудитории. Оно изначально создавалось как реклама игрушек, но из-за своего высокого качества стало чем-то большим. Особенно ему там понравился персонаж Старлайт Глиммер, что своей беспринципностью, амбициозностью, ультраправыми взглядами и неразборчивостью в методах напоминала Симонову его самого. Учитывая, что по сюжету Старлайт ещё и была могущественной волшебницей, это отмело последние сомнения. Вскоре Симонов обнаружил произведение от автора с никнеймом Т-80U про контакт позднего СССР с миром магии, и решил написать историю со схожей завязкой, но на свой лад. После он создал на фанфикшных сайтах профили с авой моськи Старлайт, и совершенно неподходящим к ней никнеймом киноперсонажа, на которого Симонов хотел быть похож – Ганнибала Лектора. Так в ноутбуке, попавшем в мир цвета сверхдержавы, оказались и сезоны сериала «My little pony», а Хрущёв этого мира задумал найти мир магии и присвоить его достижения, также как ранее он получал достижения капиталистов.