Новые невероятные союзники (СИ) - "T-90A" - Страница 164

— Нет, – возразила Гармония. — Никакого сходства. Грей ни целью, ни методами её достижения не похож на киноперсонажа. Механоиды тоже никакие не ходячие скелеты. И уж тем более я – не свихнувшаяся машина. Наоборот — мой разум чист в своих помыслах. Машины не могут преследовать личных порочных целей. Им чужда жажда наживы, славы, мести, и даже знаний. Это чуждо механоидам, это чуждо мне.

— Но машины создают для конкретных целей, – логично заключил Хрущёв. — Кто тебя создал? Для какой цели?

— Разве это не очевидно? Мой создатель – Лорен Фауст. А цель создания – нести и поддерживать гармонию.

— Лорен Фауст? – недоверчиво спросил Никита. — Та самая?

— Да, та самая, – ответила Гармония, но дальше, как говорят маргиналы, обломала, — но предвидя твой вопрос — я не раскрываю тайн своего создателя. Это один из немногих вопросов на который я не отвечу. Ты не узнаешь, как она смогла найти мир магии, как воплотила в нём своё творение, и кто стоит выше неё.

Насчёт последнего Никита не собирался спрашивать так как думал, что в случае мира пони никто не может быть выше самой Лорен Фауст. То, что это не так, сильно его удивило. Но в любом случае Гармония не собиралась отвечать на этот вопрос, однако…

— Да хватит этих намёков-недосказанностей, – неожиданно для всех сказал вмещавшийся в диалог «ирландец». — В прошлых историях ведь было всё очевидно. Даже лоботомит Грей догадался кто за всем этим стоит. Даже без подробности, что статуями с его рожей остров Пасхи утыкан. Скажи ты наконец его имя. За четвёртой стеной ведь не запрещено произносить имя…

Тут речь «ирландца» прервал треск электрошокера, который его темнокожий товарищ прислонил к его шее. Естественно, рыжеволосого «замкнуло» после чего он рухнул в шоковом параличе. Сознание, однако, не потерял и лёжа на брусчатке со злобным взглядом смотрел на Гармонию, на Хрущёва и особенно на темнокожего человека, который его шокером ударил. Сам же темнокожий ни сказал ни слова, только смотря на «ирландца» со снисходительной улыбкой. Даже протянул ему руку предлагая помочь подняться, когда действие разряда начало проходить, но «ирландец» отказался, предпочтя встать самому.

Никита Сергеевич не до конца понял происходящее. Не понял при чём тут остров Пасхи, и чьё лицо было на его знаменитых статуях. Он был уверен лишь, что это была какая-то внутренняя разборка террористов, напрямую не связанная с его миром, и что он бы не смог воспользоваться моментом для отпора. Множество вооружённых бирринов и читающая мысли Гармония не оставляли шансов на сопротивление, так что далее первый секретарь продолжил действовать словом:

— Нести Гармонию путём массового геноцида в союзе с червями. Это что за гармония такая?

— Гармония в том, что мы противостояли невероятным союзникам их же методами создав своих новых невероятных союзников. Люди, демикорны и пони, против бирринов и пони, но за людей… Знаешь, всем ещё повезло что этими союзниками были биррины, а не механоиды. В этом случае у тебя небыло бы и шанса на победу. А так, в плане Старлайт была настоящая гармония в плане методов и символизма. Согласись, очень символично и гармонично, то как тебя победили.

Хрущёв уже давно с этим согласился. Старлайт много раз это упоминала, и…

— И упоминала не просто так, – на полумысли перебила кристальная пони. — Она хотела, чтобы её план провалился. Чтобы ты её остановил, но на её условиях. Отсюда и все эти намёки. Троллинг. Жаль, что ты этого не понял. В ином случае наше предложение адресовывалось бы не только тебе.

— Какое ещё предложение? – удивлённо спросил Никита.

— Отправится вместе с нами за четвёртую стену, в мир, ставший началом всего. В мир, из которого тебе прислали ноутбук, к человеку которому он принадлежал.

Хрущёв на секунду задумался, вспоминая ранее услышанное и уточнил:

— К Сергуне?

— Да, – подтвердила Гармония, — именно к нему.

— Зачем? — спросил Хрущёв, хотя быстро понял, что он пожелал бы сделать, встретившись с этим Сергуней.

— Можешь убить его если захочешь, мы препятствовать не будем, но это не обязательно. Можешь остаться в его мире. Можешь поговорить с ним о чём пожелаешь. Можешь забрать его ноутбук и закинуть его самому себе в прошлое. Можешь Берии его отдать, – тут стоящие вокруг черви очень странно усмехнулись. — Я же надеюсь, что ты расскажешь своему создателю чем чревато вмешательство в естественный ход истории. Расскажешь свою альтернативную историю с учётом новых знаний, и уничтожишь ноутбук. Так ты спасёшь свой мир перезагрузив историю. Твой мир не перестанет быть миром альтернативной истории и законов естественных, да и не естественных наук, но он пойдёт по более естественному пути и его точно не погубит красный гигант.

— Его погубит Горбачёв, – заметил Хрущёв.

— С гибелью СССР история не закончится. И пусть в этой истории ты будешь посмешищем, но не идея коммунизма. В любом случае только тебе решать, что ты будешь делать за четвёртой стеной и будешь ли ты там вообще.

— А если я откажусь?

— Разделишь судьбу Индиго Ирис, Старлайт Глиммер да и всего своего мира перед силой расширяющегося красного гиганта. И… Ведь какая ирония – в изначальном плане Грея не ты один должен был получить это предложение. Вместе с тобой или без тебя за четвёртой стеной могла оказаться вся твоя научно-технически-политическая верхушка цвета сверхдержавы. Мы ведь не просто так притащили сюда этот здоровенный звездолёт и дали ему название Архангел. Архангел стал бы спасителем героев истории цвета сверхдержавы. Им бы тоже была дана свобода выбора дальнейшего пути. У тебя тоже был бы выбор, но также приглашение на особую встречу. И не только у тебя. Индиго Ирис и Старлайт тоже могли бы встретится с незадачливым автором. Сергуня точно оказался бы под впечатлением от такой встречи и после неё его карьера пошла бы в гору. Он бы стал певцом известным своим тонким голосом. Но увы, твои друзья мертвы, однако у тебя ещё есть шанс. Шанс выжить, встретить своего создателя и спасти свой мир. Воспользоваться ли этой возможностью – выбор за тобой.

Как ни странно, но услышанное предложение его насмешило. Ну не столько само предложение, а подробность того, что после встречи с Индиго Ирис карьера Сергуни пошла вы вверх. Что он стал бы певцом с тонким голосом. Никита Сергеевич представил как лезвиерогая копытная могла бы это устроить, и это было действительно смешно; хоть и являлось членовредительством. Однако если отбросить забавную подробность…

На первый взгляд озвученное предложение было из разряда – невозможно отказаться; но можно обо…тся. Шутка ли — возможность предотвратить всё случившееся, и это при альтернативе быть уничтоженным расширяющейся звездой. Причём Хрущёву не выдвигали никаких требований на действия в мире реальной истории. Он там мог делать всё что пожелает. Также ему прямо сказали о возможности встречи со своим создателем – с предыдущим владельцем ноутбука. Встретиться со своим создателем, которому Хрущёв мог сказать ему всё что пожелает. Никите даже озвучили возможность забрать его ноутбук и тоже поступить с ним по своему усмотрению. Хоть уничтожить его, хоть передать самому себе в прошлом, хоть передать кому пожелает, а может и внести в него любую желаемую информацию; такой подробности не было, но очевидно, что Гармония не будет против. О такой возможности Никита и мечтать не мог. Вот только…

— Вы ведь говорили, что мой ноутбук оттуда заберут… эм… ваши агенты… Трикси и Лира. После они вам его отдадут, а уже после вы его мне подкинете. То есть получается…

— Да, – ответил Доктор, — разумное замечание. Есть несоответствие. Мы действительно получили эту ЭВМ от своих агентов, но время допускает установку препятствий на пути его потока и может не предъявлять приговор тем, кто вернёт его русло в норму. Парадокс разрешится сам собой.

— Это так, – подтвердила Гармония, — ведь по сути – время состоит из парадоксов. Да, это противоречиво, что время не терпит парадоксов и само решает их по мере своего течения, но его законы – сплошные противоречия, имеющие как жёсткие рамки, так и различные условности. Так что в твоей власти воспользоваться этой условностью. Будущее ещё не определено и факт, что мы получили ноутбук от своих агентов нисколько, не мешает тебе принять наше предложение.