Новые невероятные союзники (СИ) - "T-90A" - Страница 150

— Погибнут тысячи, а то и миллионы! – воскликнул Никита, вспоминая ранние прогнозы учёных о судьбе мира магии если на него рухнет астероид. Принцесс тогда они очень впечатлили. — Эквестрия будет уничтожена!

— Я же говорила – жаль, что КСС проиграла, – с грустной улыбкой ответила единорожка. — Но пони как вид выживут и выжившие не будут знать о демикорнах, принцессах, людях, капиталистах и коммунистах, – ответила Старлайт. — Они забудут о невероятных союзниках и дружбе миров. Даже принцессы-аликорны и грифоны как биологический вид будут забыты новыми поколениями пони. У КСС и Гармонии большие планы на будущее и покорение G5.

— Какой ещё Гармонии? – спросил Никита, но Старлайт не ответила и после небольшой паузы Хрущёв догадался: — Ты не могла одна придумать такой продуманный и жестокий план! Есть кто-то выше тебя!

— Всегда есть кто-то выше и скоро ты с ней встретишься, – улыбаясь ответила единорожка. — Она действует вместе с бирринами в одной группировке под одним позывным. Гармония – тоже Архангел. И пока мы не встретились с Архангелом можем полюбоваться последним закатом. Хотя нет. Скорее обратным восходом. Полюбоваться и оценить мой план.

— Нет, нет, нет! – тараторил Никита. — Я не могу так умереть! Сверхдержава не может сгореть! Нужно что-то сделать. Портал! Под столицей есть портал в Эквестрию.

— Он взорван, – пояснила Старлайт. — Установка в Кантерлоте тоже уничтожена бойцами КСС. Кашира, Байконур и многие другие ключевые научно-производственно-технологические центры перенесены на планету изгоев, а научная, инженерная, военная и прочая элита сверхдержавы убита в этой столице. Многие от моих копыт. Остальные люди услышали твои слова и с животной яростью ненавидят всё иномирское. Я – последний живой иномирец в твоём мире. Так что никакой магии, никаких порталов, никаких межпланетных ракет, никаких шансов. Тебе не свалить из этого мира, как и не остановить наступление «красного гиганта». Так что успокойся и насладись иронией с символизмом. Твоя сверхдержава действительно просуществовала до момента, когда погаснет Солнце, а красного гиганта уничтожит другой красный гигант.

Старлайт была права, это действительно было символично-иронично, вот только Хрущёв ни того ни того не оценил. Он был, мягко говоря, зол на единорожку и не убил её только потому, что она многое рассказывала. Однако после подробностей про «красный гигант» у Никиты пропало желание слушать дальше. Хотелось в последние часы своей жизни убить эту пони своими руками, медленно и с наслаждением. Однако если Старлайт надеялась своим рассказом обрушить моральный дух первого секретаря, то она просчиталась. Даже осознавая неизбежную участь, Никита не впал в апатию. Он искал в словах пони шанс на спасение и нашёл его.

Старлайт упоминала Архангела и некую Гармонию, с которой Хрущёв скоро встретится. Намёк был очевиден. Архангел должен был спуститься на брусчатку столицы чтобы забрать Старлайт. Именно на его помощь рассчитывала террористка и этим отчасти объяснялось её крайне спокойное для ситуации поведение. Предатель рассчитывала, что Хрущёв её не убьёт, надеясь на милость Архангела. В этом Старлайт просчиталась. Никита даже в такой ситуации не собирался идти на поводу у террористов. Тем более террористка давала всё больше поводов…

— Ты ведь не задумывался над «временным парадоксом» когда получил свой ноутбук, – без смеха, но с тенью улыбки говорила Старлайт. — Не задумывался как тебе могли прислать ноутбук из будущего которые ты предотвратил. Ты просто использовал… точнее эксплуатировал полученные оттуда знания. Никаких научных, моральных, философских дилемм… Очень капиталистический подход.

— Ты с магией поступала точно также, – возразил Никита и Старлайт согласилась.

— Да, – ответила единорожка, — и не только с магией, – тут пони указала взглядом на неподвижно лежащее мёртвое тело «серого мерина». — А ведь я надеялась, что он выживет. Что это Грей расскажет тебе правду. То, что ты натравил его на меня… Заставил его меня придушить… Я считала это шансом. Шансом изменить будущее. Избежать плана с «медианой».

— Значит его звали Грей, – сказал Никита, смотря на тело земного пони, которому он раскроил череп. — Грей Стоун, – пояснила Старлайт, — но это не настоящее имя. Про себя я его чаще называла «призрак» и в случае победы КСС он был быть единственной жертвой. Без учёта сотен сомнаморфов, но они скорее биороботы чем живые существа. В случае «призрака» справедливо нечто похожее. Вся его жизнь – обратный отсчёт и при успехе операции КСС хронометр Архангела как раз… Ну ты понял, пусть даже Грей никакой не архангел. А теперь… Теперь ты к нему присоединишься.

— И ты тоже, – ответил Хрущёв. Это было не столько угрозой сколько намёком что Старлайт тоже ждёт участь сгореть в пламени «красного гиганта», но единорожка на это ответила с искренней улыбкой.

— Ничего ты мне не сделаешь, – с улыбкой и безумием в глазах сказала Старлайт, а после добавила нечто совершенно не свойственное разумной умной пони: — Я персонаж.

— Да мне поебать, – не слишком остроумно ответил Хрущёв.

— Да, конечно, – согласилась Старлайт. — Тебе всегда поебать на тех, кому ты не видишь места в своей сверхдержаве. И прямо противоположно для тех на кого ты положил глаз. Ты через подставные фирмы перетянул в свою красноту почти всех знаковых музыкальных деятелей капиталистических стран. Ты вообще всех перетянул кого хотел. Авторский произвол, подыгрывание мира под тебя позволяло абсолютно всё, в том числе избавление от неугодных нацисткими методами. И как у нацистов, у тебя тоже случилось головокружение от успехов.

Предыдущие слова Хрущёв слушал вполуха будучи погружён в свои мысли о плане спасения, однако то, что Старлайт сравнила его с нацистами резко сменило приоритеты первого секретаря. Угроза умирающего Солнца, участь мира быть уничтоженным «красным гигантом» резко ушла на второй план. Старлайт это заметила и без улыбки совершенно серьёзным тоном продолжила:

— Почему ты создал проект «Генератор»? Почему ты сам полез в портал? Почему ты так уверенно предложил демикорнам «политическое убежище» не боясь гнева Селестии? – Старлайт не стала дожидаться ответа сама ответив на свои вопросы: — Ты догадывался чем это обернётся, также как и знал последствия троллинга капиталистов. Тебе это нашептали из-за четвёртой стены, но ведь ты считал всё это своими решениями.

— Они и были моими, – возразил Никита.

— Да, конечно, – согласилась пони. — Цвет сверхдержавы – это твоё решение. Ты её создал. Получил то что хотел. Но тебе было мало. Жадность одолела. Заполучив всё что хотел в своём мире ты захотел «импортного товара». Захотел видеть в своей сверхдержаве достижения и обитателей мира магии. Больше захотел. В этом ты похож на Хрущёва и Гитлера реальной истории. Вот почему ты и они проиграли. Вас сгубила жадность.

Никита не знал, что ответить. Сравнение с нацистами уже было сильным моральным ударом, но упоминание Хрущёва из мира без ноутбука и обвинение в жадности было скорее ударом острым предметом с проворотом. Хрущёв в те секунды окончательно задвинул угрозу «красного гиганта» размышляя над тем как после каких слов лучше убить Старлайт. Судя по взгляду единорожки она прочитала в глазах Никиты это желание, но тем не менее не остановилась.

— Ты же знаешь реальную историю, – теперь на морде Старлайт появилась тень улыбки Моны Лизы. — Что Советский Союз распался. То, что твой безноутбучный побратим стал первым могильщиком СССР. Что это с него всё началось. Что он, образно говоря, «дедушка» Горбачёва. Тот Хрущёв всё потерял. Стал посмешищем. И знаешь, что… Ты тоже проиграешь. Уже проиграл.

Неизвестно что далее сказала бы Старлайт, но Хрущёв не собирался слушать пасквиль на себя и свою версию из другой ветки истории. Никита многое узнал, изучая информацию с ноутбука, но отказывался верить фактам, о том, как бы он вошёл в историю если бы не получил эту ЭВМ. Тем более не собирался слушать тоже самое от подлого предателя. Ранее Никита собирался оставить Старлайт в живых ради информации или как заложника, но любитель троллить врагов очень не любил, когда троллили его самого. Очень не любил. Настолько, что в этот момент вошёл в состояние аффекта избивая фиолетовую пони.