Новые невероятные союзники (СИ) - "T-90A" - Страница 106

Данное событие с небольшими отличиями прошло в десятках воинских частей по периметру Москвы, чей состав не был сразу пущен на штурм града на горе и избежал тем самым участи стать жертвой атомных взрывов.

***

– Контроль всем Огненным Крыльям! – Прозвучало в гарнитуре (настроенной на особую частоту) Спитфайр и пони из её подразделения. – Придвен захвачен! Нужно его отработать или он нас всех разломает!

— Роджер Контроль, – наигранно спокойно ответила Спитфайр, а после обратилась уже к своему подразделению: – Все слышали? У нас сейчас подвиг.

«Только даже посмертно не наградят» – подумал про себя Шмитт, но вслух не сказал. Однако несмотря на весь страх в глубине души он был рад наконец-то оказаться в настоящем неравном бою. Огорчало что это не та битва, которая принесёт славу, но вступая в КСС серый пегас заранее осознавал все особенности службы в террористической группировке. Так что несмотря на всю грусть и страх Девятихвостый пытался сохранять видимость бодрости духа. Отчасти это получалось, особенно с учётом что остальные «огненные крылья» тоже были бодры, а если и нет, то хорошо притворялись.

Китти-Хоук (позывной Томагавк) хоть и скрывала свою морду под платком с рисунком акульей пасти, но судя по глазам пегаски, Шмитт был уверен, что под ним у неё была неширокая улыбка. Кримсон Тайфун был малоэмоциональным пони и в этот жаркий день сохранял своё заразительное спокойствие. Корсар же никогда не стеснялся своих эмоций и даже ведя перестрелку делал это с неширокой улыбкой. Гота же… В плане выражения эмоций эту ночную пегаску можно было сравнить с Мод Пай и она себе не изменила даже будучи в эпицентре боевых действий. На её фоне её дочь была прямым противопоставлением. Дайв-Сайрен с безумной улыбкой рвалась в бой и лишь прямой приказ Спитфайр не давал ей сбросить на советскую политическую верхушку стокилограммовую бомбу, а после исколоть её копытным штыком.

Сама же Спитфайр сохраняла командирское спокойствие, намеренно избегая открытого боя. Это не было трусостью. Напротив. Жёлтая пегаска, понимая, как всё обернулось, берегла себя и своё подразделение для особого врага, которого без жертв не одолеть. «Огненные крылья» создавались как элитное подразделение КСС и Спитфайр не собиралась тратить силы и боекомплект на рядовых противников. Она понимала, что Старлайт или Грей (в случае если Старлайт погибнет) обязательно выйдут на связь и отдадут приказ. И этот момент наступил и, как и предполагалось, приказ был самоубийственен.

Дирижабль Придвен оказался захвачен демикорнами и фестралами ночной гвардии, а его экипаж безжалостно вырезан. Спитфайр сама слышала предсмертные крики Черри Берри. А ведь участь быть изрезанными демикорнами Спитфайр не сильно пугала. Куда больше её волновало, что её подразделению даже не удастся пробраться на борт Придвена так как противник занял огневые точки дирижабля и мог сбить воздушные цели. И как будто этого мало, вокруг Придвена, как осы вокруг гнезда, летали многочисленные фестралы вооружённые затраченным у КСС оружием. Судя по тому, что некоторые из их зависали в воздухе, среди этих фестралов были и подданные королевы Кризалис – чейнджлинги. И как вишенка на торте, с толикой злой иронии, в воздухе было Эквестрийское подразделение пегасов Вондерболты, только так как Спитфайр оказалась «предателем» командование взяла Рейнбоу Дэш. Самая быстрая пегаска Эквестрии, самые лучшие летуны страны благородных сестёр, стояли на защите Придвена. Уже этих немногочисленных сил было более чем достаточно для завоевания господства в воздухе, не говоря уже о чейнджлингах и фестралах оказывающих им поддержку. При таких переменных задача абордажа Придвена уже казалась невыполнимой, но даже если каким-то чудом «огненным крыльям» удалось бы пробиться через этого противника на борту Придвена их бы встретили многочисленные фестралы с чейнджлингами и демикорнами.

Как действовать в такой ситуации Спитфайр не знала, но на учениях в Чёрной Примуле она и её пони отрабатывали как наземный, так и воздушный бой. Пришло время проверить эти навыки.

— Чёткого плана нет, так что импровизируем, – наигранно спокойно сказала Спитфайр своему подразделению. – Если они захватили дирижабль, то и мы сможем. Тайфун, Томагавк, Девятихвостый, Корсар и я – занимаемся зачисткой неба. Остальным избегать «собачьих свалок». Маневрируйте. Избегайте очередей зениток Придвена. Особенно Дайв. На тебе задача спикировать на Придвен и проделать дыру в его крыше, – сказала жёлтая пегаска смотря на зелёную фестралку, которая в этот момент была неожиданно серьёзна. – После сброса бомбы не теряем секунд и прорываемся на борт. Демикорны наделали в Придвене много дыр и для них будет неожиданностью если мы проделаю свою собственную. Но они быстро всё поймут так что не теряем внезапность. Гота, – Спитфайр обратилась к матери Дайв, – ты на подхвате. Не теряй секунд и сразу лезь в дыру. Всем остальным – аналогичный приказ. Позицию не удерживать. Прорываемся на мостик. В оружейный отсек не лезть, там будет больше охраны. Сбить Придвен можно, подорвав его боекомплект, но лучше мы просто заклиним его штурвал направив на гору. Далее, кто выживет, покидаем судно. Приказ поняли?

— Так точно, – хором ответили «огненные крылья».

План Спитфайр был прост, но не всё простое является гениальным. По сути, приказ командира «огненных крыльев» был сплошной импровизацией, однако в воздушном бою способность импровизировать часто если не всегда является решающим фактором. Этот случай не стал исключением.

Пони из «огненных крыльев» не стали оспаривать приказ своего командира и даже с неким энтузиазмом бросились в неравный бой. А бой был жарким. Противник оказывал плотное зенитное прикрытие, свою неожиданную роль сыграли многочисленные фестралы и чейнджлинги прикрывающие Придвен. Прикрытие было плотным и сыграло с ним злую шутку. Пытаясь сбить «огненные крылья» Придвен не нарочно попадал по союзным целям. Кримсон, на учениях обычно использовал погодные условия (облака, свет Солнца) для достижения преимущества, но в этот раз им стал вражеский огонь. Умело маневрируя между противниками он подставлял их под огонь захваченного дирижабля сбив таким образом троих чейнджлингов и одного фестрала. После гибели этого мышекрылого Придвен резко прекратил зенитный огонь.

Данное принуждение противника сложно было назвать победой; даже локальной. В небе было не протолкнуться от множества чейнджлингов и ночных пегасов, так что то, что Придвен прекратил огонь Кримсона даже огорчило.

Утешало что хоть находящиеся в воздухе противники были большей частью вооружены, но по неопытности они стреляли не слишком точно. Огонь «огненных крыльев» же напротив был очень результативным. Спитфайр ловко маневрируя у бортов Придвена осыпала воздушные цели зажигательными пулями отправляя вражеских чейнджлингов вниз горящими кричащими факелами. Огонь огненной пегаски был страшен, но в плане результативности Кримсон-Тайфун немного обходил своего командира. Этот белый пегас хорошо усвоил тренировки в Чёрной Примуле и как свои слабые места, так и слабости противника. На тренировках его стрельба была результативна, но ценой высокого расхода боекомплекта. В этот раз белый пегас быстро заметил, что противник неуверенно пользуется своим оружием и не отличается точностью, так что, используя свои выдающиеся лётные навыки он подлетал к противнику со слепых зон на максимально близкое расстояние. На тренировках со своими сослуживцами учебный враг такого не позволял, но как говорят в реальном мире: «Тяжело в учении – легко в бою». Не то чтобы Кримсону было легко, но ночные пегасы чисто из-за строений крыльев были менее манёвренные в воздухе в сравнении со своими дневными собратьями, а чейнджлингов Тайфун в этом плане превосходил за счёт долгих тренировок и те и те превосходя численно терпели поражение от белого пегаса. Томагавк, Девятихвостый и Корсар тоже были выдающимися летунами, однако их манера воздушного боя содержала меньше фигур высшего пилотажа. Обманные манёвры, заход на хвост противнику, прицельный огонь, уклонение – в сравнении с тем, что творил Кримсон-Тайфун, остальные «огненные крылья» двигались будто в замедленном темпе. Корсар вообще часто «шёл на пролом»; даром что у него метка была в виде облака похожего на баранью голову.