Что такое Израиль - Шамир Исраэль - Страница 112

Непосвященным трудно понять революционность этой идеи: ни у христиан, ни у мусульман нет такого количества ограничивающих жизнь запретов, как у евреев. Нормативный иудаизм окаменел 20 веков назад, превратился в хорошо сохранившуюся мумию, в значительной степени благодаря этому ритуалу. Но каменеет не народ, а только его культура. Живые силы народа раньше или позже сломают окаменевшую культуру, однако это может произойти в рамках революционной преемственности или в рамках преемственности биологической. Египетская цивилизация окаменела после реставрации Нового царства. Если б Эхнатон смог совершить свою реформу, возник бы преемник старого Египта, новый по духу. Эхнатон потерпел поражение, и новый Египет – наших дней – ни в коем смысле, кроме чисто биологического, по крови, не является преемником старого. Саббатай, благословляя Освобождающего от запретов, коснулся мощного источника энергии.

Саббатай пришел в Святую землю, слава его постепенно росла. В Хевроне его видел молодой рабби Куэнк и запомнил на всю жизнь: «Мы все не спали ночью, ходили вокруг Его дома и смотрели на Него. Он читал Псалми… Его поведение устрашало, приводило в трепет, ни в чем Он не походил на обычных людей. Глаза мои не насыщались лицезреть Его».

Саббатай был послан иерусалимской общиной в Египет, собирать средства на синагоги. В Египте он взял себе в жены удивительную женщину, Сарру. Ее родители погибли в 1648 году от рук казаков Хмельницкого, а она бежала в Амстердам. Там Сарре было послано откровение: ей суждено стать супругой Царя-Мессии. Слухи о прекрасной деве, суженой Мессии, дошли до Саббатая, он послал за ней, она приехала в Египет, и они повенчались.

А по пути обратно, в Святую землю, в Газе Саббатай встретился с человеком, который создал саббатианство, – пророком Натаном Газским. Натан стал одновременно Иоанном Крестителем и апостолом Павлом нового мессианского движения, пишет Шолем. Несмотря на свое очарование, достоинство, благость, Саббатай не обладал сильным характером, был склонен к приступам депрессии и уныния, не мог объяснить свои теологические нововведения. Натан, блестящий каббалист, знаток Торы, человек мысли, действия и пера, восполнил эти пробелы. Это было подобно встрече Иисуса во плоти со св. апостолом Павлом. Саббатай пришел к Натану, прослышав, что тот знаток в лурианском «исправлении». «Но когда Натан узрел Его, – пишет современник, – он упал пред Ним ниц и восславил Его». Саббатай, переживавший период уныния, пытался отклонить эту честь. После трех дней колебаний (соответствующих трем дням погребения Иисуса), 17 таммуза, Саббатай открыто провозгласил себя Мессией. День этот – день поста и траура по разрушению Храма – стал праздником.

Община в Газе повиновалась Саббатаю, вслед за ней – общины Цфата и Хеврона. Самой туговыей оказалась иерусалимская община. «Уехал посланцем (шалиях), вернулся помазанником (машиях)», – острили в городе. Саббатай собирался принести жертву на Храмовой горе в знак начала строительства Храма, но раввины города доставили его к турецкому судье, как мятежника. Турок отказался взять на себя роль Понтия Пилата и отпустил Саббатая.

Верхом на коне и в зеленой мантии, как святой ислама, Саббатай въехал в Иерусалим, а затем начал победное шествие в Алеппо. Повсюду его встречали ликующие толпы верующих. Каббалисты становились ярыми приверженцами Саббатая – письма неутомимого пророка Натана влияли на них. В синагогах Святой земли вместо молитвы за султана Стамбула возносили молитву за Царя Израиля, султана Саббатая Цеви. Ученики продолжали именовать его, как апостолы – Иисуса, рабби (учитель), а торжественно титуловали Амира (сокращение от Его Величество Царь наш и Повелитель), что звучало похоже на «эмир».

Сам Саббатай прямо утверждал свою связь с Богом, и еще более откровенно, чем Иисус. И это не мешало большинству евреев. Саббатай говорил: «Между мной и Господом Милосердным (Шаддай) нет различия, расхождения или разделения». Он подписывался «Первородный Сын Господа» и «Я, Господь ваш Бог Саббатай Цеви». Второй стих Библии он читал так: «Дух Саббатая Цеви витал над водами». Пресловутое еврейское единобожие, которое, по мнению апологетов, мешало евреям принять Иисуса, не помешало принять Саббатая – после каббалистической обработки.

Он расторг Ветхий Завет, вкупе с десятью учениками благословил Разрешающего запреты и вкусил запрещенный Торой (Исх. 29) хелев – внутренний тук барана. В Смирне он, как полноправный Господин Субботы, отменил субботу и отпраздновал ее в понедельник. Затем он отменил пост 10-го числа месяца Тевета, назначил вице-королей Рима и Константинополя и, как бы стремясь к катарсису, отправился в Константинополь. Слухи о чудесах, творимых Мессией, распространились по всему миру, хотя пророк Натан требовал веры без чудес: «Вера в Мессию спасает, а без веры нет части ни в мире сем, ни в царствии грядущем». Тут саббатианцы практически приняли христианскую доктрину. Саббатай часто задумывался об Иисусе, и Натан провозгласил Иисуса «сатанистским антиподом Саббатая, которого новый Мессия спасет и возвратит». Шолем пишет о «невероятной смелости идеи Натана об эсхатологическом возврате Иисуса к своему народу, идеи, повторенной впоследствии основателем хасидизма Бештом, так же спасавшим душу Саббатая Цеви».

В Константинополе Саббатай предстал перед великим визирем Ахмедом Кёпрюлю, человеком умеренным и миролюбивым. Саббатай произвел огромное впечатление на визиря. Мессия был заключен в замок Галлиполли, тюрьму для важных государственных преступников, – но к нему свободно допускали верующих, он жил в почете и роскоши, признанный большинством евреев мира.

Пятнадцатого сентября 1666 года Саббатай предстал пред самим султаном. О деталях этой встречи есть два рассказа. По одному, Саббатаю был предложен выбор: совершить чудо, обратиться в ислам или погибнуть. Он сказал, что уже давно хотел перейти в ислам. Султан обласкал новообращенного, дал ему высокий пост хранителя Царских ворот и пожизненную пенсию. По другой версии, Саббатай лишь ответил утвердительно на вопрос султана, хочет ли Саббатай быть его другом и оставаться во дворце.

Отступничество другого лжемессии стало бы концом движения. Но вера в Саббатая была слишком глубока, и его последователи совершили то же чудо, что и ученики Иисуса. Как писал Ренан, «энтузиазм и любовь не ведают безнадежности. Вместо того чтобы отчаяться, они нарушают реальность». Ученики Иисуса были потрясены распятием и смертью Мессии – и нашли в Библии доктрину смерти Спасителя, избавляющую человечество. Потрясенный отступничеством Саббатая пророк Натан взялся за подобную задачу и так объяснил отступничество в своих письмах: Моисей соблюдал египетские обычаи при дворе фараона, а он был первым Избавителем; Эсфирь ела ритуально запрещенную пищу во дворце Артаксеркса, чтоб принести избавление Израилю. Отступничество было таинством спуска в мир «осколков», чтобы извлечь до конца все искры. Царь Давид был при дворе царя Гата (Гефа), праотец Авраам спускался в Египет. Мессия-страдалец Исайи (53), который был «ранен за грехи наши», – это Саббатай Цеви, потому что мехолал означает не только «ранен», но и «святотатствовал». Саббатай подобен пеплу рыжей телицы (Числа 19), который превращает чистых в нечистых и нечистых – в чистых.

Последователи Саббатая также перешли в ислам, но втайне исповедовали эзотерический иудаизм саббатианского толка и верили в возврат своего Мессии, скончавшегося в 1676 году в городке Дульциньо (ныне Улцинь) на Адриатическом море. Саббатианская секта дёнме просуществовала в Салониках вплоть до начала XX века. (Утверждают, что Мустафа Кемаль Ататюрк родом из сабатианцев. Среди министров его правительства было по крайней мере два дёнме.) Существовали саббатианцы и в Восточной Европе, где они для виду оставались правоверными евреями. Позднее многие из них присоединились к мессии Иакову Франку и стали католиками, другие нашли приют в зародившемся тогда хасидизме.

Хасидизм пытался спасти те элементы саббатианства, которые могли вписаться в нормальное существование еврейского народа в Рассеянии. Хасиды отказались от мессианства, от нарушения заповедей, от создания еврейского царства в Святой земле, они сохранили веру в «малого мессию» – своего праведника. Основатель хасидизма Бешт явился неевреям, встречался с разбойниками, спорил с Сатаной и летал на небо. Его праправнук, рабби Нахман из Брацлава, скончавшийся в Умани в 1810 году, считал себя Мессией, праздновал все праздники в один день, мог исполнять заповеди духом, не исполняя их во плоти. Но революционная идея отказа от заповедей не была воспринята его учениками.