Случайная невеста - Фэйзер Джейн - Страница 48

Они просмотрели довольно искусно сделанные им рисунки, после чего Брайан озабоченно произнес:

— А теперь, Фиби, я, как уже упоминал, хочу затронуть очень деликатный вопрос относительно вашего мужа.

— И что же? — довольно резко спросила Фиби. Резкость проистекала скорее всего от волнения: уж не случилось ли чего-то с Кейто?

— Пока нет, — ответил тот на ее вопрос, но его слова не прибавили Фиби спокойствия. — Однако я слышал… мне стало известно кое-что, вызывающее опасение.

— Что же это? — Он молчал, как бы пребывая в нерешительности, и она с тревогой повторила: — Что произошло, Брайан? Лорд Гренвилл уже вернулся?

— Нет, насколько знаю. Но дело в другом. — Морс понизил голос, словно опасаясь, что их могут подслушать: — По моим сведениям, у лорда Гренвилла назревают большие неприятности с высшим командованием. Он подозревается в нелояльности.

— Какая чепуха! — воскликнула Фиби. — Хотите сказать, кто-то думает, что он может предать своих друзей? У меня в голове такое не укладывается!

— Однако так говорят. У меня есть свои источники.

— Вы имеете в виду тех, кого называют шпионами? — Фиби презрительно сморщила нос. — Ну да, вы же роялист.

— Бывший роялист, — поправил ее Брайан. — Что касается сведений, получаемых через шпионов, то, что бы вы ни думали, Фиби, эта работа необходима и делается обеими сторонами. — Однако, — добавил он с легкой улыбкой, — вероятно, женщине трудно понять, о чем я говорю.

— Господи, вы совсем как Кейто! Но вообще-то я и в самом деле не очень понимаю историю стран, основанную на войнах, убийствах и шпионаже.

— И тем не менее такова эта самая история и такова жизнь, Фиби, — заметил Брайан, и она, увы, признала его правоту… Он продолжал: — Возвращаясь к главному, я должен повторить: Кейто находится в трудном положении, и я очень хочу ему помочь, чтобы, помимо прочего, лишний раз доказать свою преданность.

— Отчего же вы не поговорите с ним сами?

— Оттого, что он не хочет меня слушать. Как и вас. Видит Бог, я пробовал, но он уходит от разговора. Боюсь, что не до конца доверяет мне, несмотря на мою искренность.

— Что же такое вы знаете, Брайан, чего Кейто не хочет слышать или чего не знает сам?

— Знаю, что он находится под подозрением главных деятелей парламентской партии. Знаю, что после побега короля эти подозрения только усилились. Они напрямую считают Кейто чуть ли не виновником побега.

— А что еще? — спросила она дрожащим голосом.

Из уст Брайана все эти разговоры и обвинения, о которых она так или иначе уже знала, казались намного серьезнее и опаснее.

— Еще лорд Гренвилл не разделяет взгляды Кромвеля на цель и способы ведения войны. Это очень страшное обвинение.

Последние сведения Брайан почерпнул не далее как вчера в конюшне у Гренвилла, когда конюхи обсуждали эти слухи за кружками с элем.

— И вы думаете, Кейто не отмахнется, если услышит все, что вы сейчас сказали, от меня?

— Конечно, отмахнется. Потому и нужно предпринять нечто такое, что помогло бы оправдать его в глазах деятелей парламента. Если сам он не хочет ничего делать.

— Например, что?

— Если лорд Гренвилл не видит необходимости убеждать свою партию в собственной лояльности, друзья должны, сделать это за него. До того, как будет произнесено слово «предатель» в его адрес.

Фиби с ужасом посмотрела на Брайана. Такое могут сказать про Кейто?

— Но как?

— Ну хотя бы… — проговорил Брайан как бы в нерешительности, — хотя бы послать в парламент какой-нибудь документ за его подписью… с его печатью… который мог бы убедить тех, кто сомневается в его преданности общему делу. Это один из способов, так мне кажется. Правда, в этом случае необходимо иметь эту самую печать.

Фиби нахмурилась:

— А какой документ? О чем вы говорите? Ничего не понимаю.

— Ну, например, какие-либо важные сведения из лагеря короля, — ответил Брайан, глядя на нее в упор.

— И где же их добыть?

— Это мог бы сделать я. — Брайан пожевал губами. — Тут надо объяснить подробнее. У меня от вас нет тайн. Итак, мы знаем, король отправился просить помощи у шотландцев. Чтобы ее получить, он должен дать им ряд обещаний. Однако у меня…

Я могу добыть доказательства того, что он не собирается выполнять обещанное. Если шотландцы узнают об этом из достоверных источников, они наверняка захотят передать короля в руки парламента. И если Кейто заранее поставит парламент в известность о таком исходе, в лояльности лорда Гренвилла ни у кого не останется сомнений. Вы следите за моей мыслью?

Фиби покачала головой. Она понимала слова, но связать их воедино, разобраться в хитросплетениях всей этой операции было нелегко. А уж каким образом сумеет Брайан добыть документ, подтверждающий обманный замысел короля, она и вовсе не могла себе представить. Но ведь он сам говорил, что шпионаж расцветает пышным цветом, особенно во время войн, и хотя не называл себя шпионом, но косвенно дал понять, что порой тоже выполняет подобную работу. А у шпионов есть, конечно, тысяча способов добывать нужные сведения. Однако, наверное, существуют и более простые пути…

— Но почему вы не передадите эти сведения прямо в руки Кейто? — спросила она. — Пусть сам и развеет подозрения соратников, если они есть.

Брайан снисходительно усмехнулся, похлопал Фиби по плечу.

— Вижу, заговорщика из вас не получится. Даже если цели заговора самые благие. Скажу вам, Фиби, прямо: я хочу убить сразу двух зайцев. И поверьте, думаю не только о себе. Хотя и о себе тоже. — Он пристально посмотрел ей в глаза. — Вы говорили, что чувствуете себя так, будто исключены из большей части его жизни. Верно?

Фиби кивнула: да, это, к сожалению, так. Он продолжал:

— Знаю, как вам нелегко, потому что на себе испытал и продолжаю испытывать его отстраненное отношение. Так он поступал и с моей матерью, и она ничего не могла поделать. Но вы… у вас появилась возможность самым действенным образом доказать ему свою любовь. Доказать, что можете быть не только женой, не только матерью его детей… — Брайан так и впился глазами ей в лицо, — но и равноправным партнером. Помощником в делах. И возможно, ваш смелый, прямо скажем неординарный поступок изменит что-то в его характере, поможет ему стать внимательнее к людям, которые его любят и хотят быть так или иначе причастны к его жизни.

Брайан замолчал. Он был весьма доволен своим монологом. Очень убедительно.

Фиби тоже некоторое время не произносила ни слова. В общем, он совершенно прав. И Мег говорила ей о том же. Необходимо показать Кейто, на что она способна. Тогда он станет считаться с ней, воспринимая не только как беспомощную женщину.

— У вас есть такой документ? — тихо спросила она. — В котором неопровержимые доказательства намерений короля?

Брайан наклонил голову.

— Разумеется. Иначе я бы не начинал весь этот разговор. Конечно, я мог бы и сам передать его представителям парламента и таким образом лишний раз подтвердить свою преданность, но не это сейчас меня волнует. Больше всего меня ранит недоверие Кейто, его нежелание сблизиться со мной. А ведь я, что ни говорите, почти что его сын. И наследник. — Опять острый взгляд Брайана скользнул по лицу Фиби, и от него не укрылось, что на ее скулах появился румянец, полные губы чуть дрогнули. — Конечно, до тех пор, — добавил он, — пока вы не одарите его сыном… О, простите мою, может быть, неделикатность, но не буду скрывать, что этот вопрос представляет для меня некоторый интерес.

— Я понимаю, — согласилась Фиби.

Ей показалось приятным его прямодушие.

Брайан помолчал, ожидая, что она, возможно, что-либо добавит. И сможет уяснить, не беременна ли она, но Фиби ничего не сказала.

— Еще хочу откровенно заметить, — заговорил он снова, — что эта маленькая хитрость, к которой я вас призываю, должна будет вызвать у Кейто чувство благодарности и ко мне тоже. Вот о каких двух зайцах я говорил.

Если у Фиби и могли возникнуть какие-либо подозрения в неискренности Брайана, в том, что он ведет с ней некую, не совсем понятную ей игру, то после такого чистосердечного признания ее сомнения должны были окончательно рассеяться. И так оно, по-видимому, и случилось, потому что она решительно спросила: