Шарады любви - Фэйзер Джейн - Страница 79

— Ты выглядишь совсем девочкой, правда, кое-где маловаты бриджи. Ничего! Я дам тебе свой плащ, и будет незаметно. А на блузке надо просто переставить пуговицы. Теперь нужно, чтобы кто-нибудь довез нас до Дувра в экипаже. Но кто?

Даниэль на секунду задумалась, но вдруг ударила себя ладонью по лбу:

— Джулиан! Конечно, он! Правда, шевалье сгодился бы на эту роль еще лучше, но граф запретил мне появляться в доме д'Эврона без его сопровождения, и я дала обещание… Ладно! Пусть будет Джулиан!

Найти Джулиана оказалось не так-то просто, но когда это наконец удалось, тот вдруг уперся и ни в какую не хотел участвовать в авантюре кузины. Тогда Даниэль припугнула его, что в таком случае им, двум беззащитным женщинам, придется ехать за восемьдесят миль в Дувр одним. Да еще ночью и верхом! Джулиан, загнанный в угол, решил не рисковать, подвергая сомнению решимость своей кузины. Он только разразился проклятиями в адрес Линтона за то, что тот не нашел себе невесту поприличнее, которая не втягивала бы поминутно своих родственников во всякие сумасшедшие дела.

— Знаете, кто вы? — со вздохом закончил он свой монолог. — Вы вредное, испорченное отродье!

— Уверена, что это не совсем так, — отозвалась Даниэль, и в ее глазах зажегся недобрый огонек. — Просто в данном случае я несколько умнее Джастина с его идиотским упрямством.

— И вы, конечно, уверены, что сумеете убедить в подобной глупости графа Линтона? Хотел бы я посмотреть, как это у вас получится!

Резкий ответ вертелся у Даниэль на кончике языка, но она сдержалась и кротко ответила:

— Значит, мы будем у вас сегодня около пяти часов. И если выедем сразу же после обеда, то доедем до Дувра завтра рано утром. То есть опередим Джастина. Он намерен отчалить часов в шесть вечера, воспользовавшись приливом. Я и Молли проберемся в толпе грузчиков на борт «Черной чайки» и спрячемся, пока судно не выйдет в открытое море.

— Черт! И где же вы собираетесь прятаться? — широко раскрыв глаза, поинтересовался Джулиан. Вопреки своему желанию он был очень заинтригован.

— В маленькой каютке через стенку с той, которой пользуется граф. Там обычно размещается Питершам, когда плавает вместе с Линтоном. На этот раз он остается дома. Думаю, вряд ли нас там

обнаружат.

— Вряд ли, но все же это возможно.

— Конечно, — согласилась Даниэль. — Но безупречных планов не бывает, Джулиан. Потом, по ходу дела, можно будет еще что-нибудь придумать. Во всяком случае, никакого страха я не чувствую.

Вернувшись на Гросвенор-сквер, Даниэль застала Линтона в библиотеке за чтением «Газетт».

— Джастин, — с деловым видом обратилась она к супругу, — вы уезжаете завтра рано утром. Мне не хотелось бы ссориться с вами перед отъездом, а такая опасность есть, поскольку я буду в отвратительном настроении. Поэтому я хотела бы провести эту ночь с бабушкой. Надеюсь, вы не станете возражать?

Граф задумчиво посмотрел на жену. После их последней стычки она впервые заговорила о его предстоящей поездке. Правда, в глазах Даниэль были видны надвигающиеся грозовые тучи, но если она решила таким образом выйти из создавшегося трудного положения, то почему он должен этому препятствовать?

— Вы даже не поужинаете со мной, дорогая? — спросил Джастин с насмешливой улыбкой.

— Нет. Я уже договорилась поужинать у Мейбери. Потом поеду на бал к Альмакам, а от них — прямо к Марчам.

— Другими словами, мы должны сейчас попрощаться?

— Да, если вы не возражаете. Я намерена уехать через час к бабушке и там переодеться.

— Вы подвергаете меня суровому наказанию, оставляя одного на целую ночь, любовь моя.

— Но вы оставляете меня на куда более долгий срок, — парировала раздраженным тоном Даниэль. — Другого выхода для вас, видимо, нет!

— Очевидно, что вы придумали разумный план на сегодняшний вечер, — спокойно ответил граф. — Но я бы не хотел, чтобы наше прощание было окрашено в такие мрачные тона, поэтому…

И Джастин поднял жену на руки. Первые несколько секунд Даниэль отчаянно сопротивлялась, но очень скоро расслабилась и затихла. Ее губы раскрылись навстречу мужу, и супруги слились в страстном поцелуе. Линтон на мгновение подумал о том, что было бы действительно неплохо им вместе совершить это путешествие. Тем более что на это намекал и Уильям Питт. Премьер сразу же почувствовал в Даниэль ценного агента по сбору столь необходимых ему сведений…

…Колебание длилось не больше двух-трех секунд. Граф сразу вспомнил, что теперь Даниэль — его жена, графиня Линтон, а не парижский уличный оборвыш. Он согласен разрешить ей работать под столь высоким титулом в Лондоне, коль скоро это помогает в организации помощи нуждающимся эмигрантам, но чтобы его супруга сделалась шпионкой! Нет, на такое граф Линтон не пойдет никогда!

Откинув упавший на лоб Даниэль локон, Джастин осторожно опустил жену и поставил на ноги.

— Я уезжаю самое большее на три недели, Данни. Если только не будет шторма или мертвого штиля.

Даниэль пожала плечами:

— Или если вы не станете жертвой мерзких разбойников где-нибудь в темном переулке… Желаю вам счастливого пути, Линтон.

Сказав это, она исчезла, оставив безутешного супруга одного. В душе графа не шевельнулось и тени сомнения в том, что жена действительно смирилась с его поездкой. Сама же Даниэль была готова плясать от радости. Она и не ожидала, что разговор с Джастином пройдет так безболезненно и гладко. Конечно, скоро ей предстоит дорого заплатить за свою проделку, но в эту минуту будущее не очень ее беспокоило. Главное, теперь Линтон знает мотивы, побудившие жену проситься вместе с ним во Францию. А значит, в конце концов супруги вместе станут заниматься общим делом.

Даниэль и Молли выехали из дома на Гросвенор-сквер без особого шума и лишней суеты. Даниэль была в простеньком ежедневном платье, а Молли — в своей обычной одежде горничной. Чтобы не особенно привлекать к себе внимание на улице, женщины воспользовались скромным фаэтоном, в котором Линтон разъезжал по делам. Кучеру было сказано, что он должен доставить графиню и служанку к дому лорда Джулиана, но не ждать их, а сразу же возвращаться назад. Кучер привык не задавать вопросов и лишь утвердительно кивнул головой. В то, что граф может учинить ей проверку, Даниэль не верила: ни разу за все время их супружеской жизни такого не случалось.

Джулиан предоставил свою спальню в распоряжение Даниэль и приказал слуге готовить ужин. Видеть свою кузину в бриджах он давно привык, но, взглянув на Молли, щеголявшую в костюме хозяйки, несколько оторопел. Глаза его от изумления стали совсем круглыми, брови приподнялись, почти коснувшись корней волос.

Даниэль заметила это и рассмеялась.

— Молли для маскировки наденет сверху плащ, — поспешила она успокоить кузена. — Кстати, Джулиан, вы не будете возражать, если она поужинает вместе с нами?

— Ничуть.

И молодой человек бросил ободряющий взгляд на девушку, которая впервые в жизни очутилась в подобной ситуации и потому тряслась от страха. Джулиан подвинул стул сначала Молли, затем слуге, предоставив Даниэль выполнять обязанности хозяйки. Она, впрочем, и не подумала обижаться. Через несколько минут все четверо уже сидели за столом и отдавали должное ужину…

Было восемь часов вечера, когда его светлость лорд Джулиан Карлтон, сидя на месте возницы и держа в руках вожжи, выехал в своей пролетке на дорогу, ведущую в Дувр. За его спиной уютно устроились две женщины, занимавшие по отношению друг к другу положение хозяйки и горничной, но одетые одинаково — в мальчишеские бриджи и рубашки. Одна из путешественниц тут же уснула, другая же, поминутно пряча под шляпу упорно падавшие на лицо пышные золотистые волосы, делала «кучеру» бесконечные замечания по поводу его умения править лошадьми. На первой же остановке она отобрала у него вожжи и сама стала управлять коляской. Правда, ее хватило ненадолго, еще через остановку она лениво бросила поводья Джулиану, сладко зевнула и последовала примеру своей спутницы.