Беременна из-за развода (СИ) - Биглова Алла - Страница 23

Возможно, нет.

45.

Пётр

Весь день пролетает в делах. Чувствую себя более расслабленным и счастливее. Витур подарил мне надежду на то, что это может закончиться хорошо. Не расслабляюсь, усиленно работаю.

Днём мне звонит мать, и я с тяжёлым камнем на сердце поднимаю трубку, чтобы ей соврать.

— Ты помирился с Лесенькой? — Это прямо выстрел в самое сердце.

Мама знает куда давить.

— Она зла на меня, — уклончиво отвечаю матушке. - И я её понимаю. Всё-таки я ушёл от неё к другой женщине и собираюсь на ней жениться.

— Постыдился бы! У твоей настоящей жены ребёнок! — кричит мама прямо в трубку.

Да знаю я, что скоро стану отцом! Но я не могу к ней вернуться, не могу поставить под удар! Я

просто не имею права потерять её! Сейчас я знаю, что она жива, хоть и несчастлива. Однако она хотя бы жива!

— А ты бы простила измену? — разыгрываю главный козырь.

— Я до последнего надеялась, что твой отец образумится и вернётся в семью. Ради нас, ради собственного сына, — едко говорит мать.

Усмехаюсь. А отец в итоге ушёл к третьей. Я с ним даже не общался после такого поступка.

— А Леся не ты, она не будет терпеть изменщика, — защищаюсь я, надеясь, что мама, услышав эти слова, отстанет от меня.

— Ты такой же, как отец! — бросает очередную ядовитую фразу и кладёт трубку.

Сжимаю в руках телефон, от злости чуть ли не ломаю его. Ненавижу это сравнение. Я не такой же.

Я знаю, что такое верность. Знаю, что такое честь. И по иронии судьбы попал в очень трудное положение, когда не было правильного ответа.

Вечером еду домой и сразу же прячусь в отдельной комнате. Слышу, что Витур и Милена ругаются, видимо, не могут решить, что делать дальше. Не обращаю внимания, даже когда их ругань переходит в секс.

Ох уж эти эмоциональные горки и притирки в отношениях. Как же я скучаю по этому! Как же я скучаю по Олесе!

Достаю второй телефон и вижу целую поэму от Олеси. Вздрагиваю. Жаль, что я не могу взять этот телефон с собой, Не могу переписываться с любимой в любое время суток.

«Знаешь, я не понимаю. Не понимаю твоих поступков, действий и слов. Не понимаю, зачем нужно было придумывать любовницу. Не понимаю, почему нельзя было сказать правду. Не верю словам

Милены и одновременно верю. Ты поставил меня в чудовищное положение, где я должна решить самостоятельно: изменщик ты или трус. И ни один из этих ответов не объясняет мне происходящее.

"Может, ты мне объяснишь?»

Пробирает от этого сообщения. В ступоре смотрю на него, мучаясь от невыносимой боли. Я просто не знаю, что ответить. Не знаю, как после всего этого смотреть ей в глаза.

«Прости, что не отвечал. Могу писать тебе только вечером, это единственное время, когда отец

Милены не увидит у меня второй телефон и ничего не заподозрит. Я готов рассказать тебе всё.

Готов обсудить и готов объяснить, почему я это сделал. Любые вопросы, я готов тебе рассказать»,

-отправляю сообщение и сам замираю.

Вижу, что Олеся в сети. Жду, когда она прочитает и ответит.

Жду пять минут. Десять. Полчаса. Час. Где-то через полтора часа понимаю, что сегодня мне не дождаться ответа. Вздыхаю и пишу короткое: «Вне зависимости от твоего ответа знай, что я всё ещё тебя люблю».

«Даже если ты больше не любишь меня. Даже если шанса на воссоединение нет, ребёнок всё равно мой, и я всё равно люблю тебя».

Но последние слова так и не отправляю.

46.

Олеся

Игнорирую вечерние сообщения Петра, потому что не хочу играть по его правилам. Даже не читаю их. У меня и своя жизнь имеется. Даже если это просто здоровый и качественный сон.

К счастью, безумная рабочая неделя закончилась, и я отсыпаюсь. В субботу просыпаюсь только к двенадцати. Мне совершенно ничего не хочется. Очень тяжело после лёгких смен в цветочном переходить на восьмичасовой рабочий день.

Умываюсь, завтракаю и только после всех этих утренних манипуляций, накинув на себя шёлковый халатик для уверенности, я открываю вчерашние сообщения Петра.

Вздрагиваю от последнего сообщения. Вздрагиваю от признания в любви. Не понимаю, как он после всего, что натворил, может так просто разбрасываться этими словами.

Так и хочется честно признаться, что и у меня сохранились к нему чувства. Так и хочется написать короткое, что я всё ещё надеюсь, что всё наладится.

Останавливаю саму себя. Пётр мне соврал. Кто знает, может, он врёт и сейчас?

«И что это за удивительное место, куда ты попадаешь по вечерам и где можешь мне отвечать?» —

печатаю с едкой ухмылкой и отправляю.

Что, сообщение ждать не раньше вечера?

Уже хочу закрыть переписку и заняться чем-то другим, более важным, но неожиданно вижу, как аккаунт Мистера Дарси появляется в сети. Пётр читает моё сообщение, а затем набирает ответ.

Ликую: он начинает играть по моим правилам. Это любой девушке будет приятно.

«Огромная охраняемая высотка, куда ни один шпион не попадёт, - отвечает Пётр и тут же добавляет: - Доброе утро, красавица».

«Уже день», — не хочу принимать его комплименты, поэтому пишу всё также ядовито, с издёвкой.

Вижу, что он печатает сообщение, и с нетерпением жду, чтобы написать ему что-то ещё более едкое.

«Учитывая, что ты вновь работаешь сорок часов в неделю, ты вновь не высыпаешься, а значит, суббота для тебя — отсыпной. Раз ты сегодня отсыпаешься, то, скорее всего, ты только встала».

Сжимаю смартфон в руках.

Слишком хорошо меня знает, гад!

«Пока мы были в отношениях, ты часто повторял мне, что в таких высотках живут зажиточные богачи. Что изменилось? Купил себе там квартиру» - у меня в запасе достаточно яда, чтобы его уязвить.

И пусть даже не надеется, я всё-таки найду его болевую точку. Я уж постараюсь.

«Это и не моя квартира, - приходит мгновенный ответ. - Всё ещё так считаю, - следующее сообщение, от которого я хмыкаю. — Временно живу с Миленой.

— Ну конечно! Какая же я дура! Как же я могла поверить выступлению любовницы! Вот только зачем ей нужно было мне врать? Бессмыслица какая-то, — говорю я вслух и не знаю, что написать этим завравшимся, неспящим друг с другом...

Мысль обрывается, когда приходит очередное сообщение от бывшего: «И её будущим женихом.

Разрабатываем стратегию, как выйти из этого пиздеца».

Вздрагиваю. Пётр крайне редко матерится. Если он ругнулся, значит, случилось что-то поистине плохое.

Значит, он не врёт?

«Ты вчера говорил, что можешь отвечать мне только по вечерам. Сейчас ранний день, —

предпринимаю очередную попытку поймать его на лжи.

Пётр печатает, а я напряжённо жду его ответ. Ловлю себя на мысли, что словно вернулась в начало наших отношений, когда мы долго переписывались, не отлипая друг от друга.

Да это безумие какое-то!

«Потому что сегодня суббота, и я ещё никуда не выехал из безопасного места» — приходит мне ответ, не заставивший себя долго ждать.

Пялюсь в экран и не знаю, что на всё это ответить. Он либо слишком хорошо врёт, либо говорит правду.

— Пётр и хорошо врать? — морщусь от этой мысли, сказанной вслух. — Он почти никогда не врал мне, а если и врал, то легко попадался.

В этот момент я жалею, что не начала расспрашивать про любовницу. Там была слишком глупая ложь, которую я бы быстро раскрыла. Но мне было так больно, что я даже не стала докапываться, а просто сразу поверила.

Зря.

«Чувствую себя на допросе с пристрастием», — Пётр переводит всё в шутку, и я, сама того не ведая, почему-то улыбаюсь.

«Это он и есть», - с лёгкостью соглашаюсь я.

«Госпожа следователь, будет пощада?» — он отвечает молниеносно и присылает мне смеющийся смайлик.

Вот ведь зараза!

«Пощады не жди! У меня в запасе столько вопросов, которые тебе не понравятся», — высунув язык от удовольствия, отправляю ему очередное сообщение.