Отступница (СИ) - Григина Леля - Страница 2

- И вовсе я от тебя не бегаю, Игнат, чего ты себе там надумал?!

Хмыкает и садится напротив, прямо на землю, скрещивая ноги. Берёт яблоко и задумчиво разглядывает его.

- Ты как это яблочко: снаружи вроде красивое, ровненькое, красненькое, а внутри ещё незрелое, да и косточки зелёные! - философски заявляет он.

- У тебя, что своей работы нет? - обиженно бычусь я. Вроде и комплимент отвесил, а вроде и оскорбил. С чего это я ещё незрелая?! Может ещё и червивая?!

Повторяю вопрос вслух.

Игнат ухмыляется, но ничего не отвечает, делая вид, что занят работой. Искоса разглядываю его: даже такую простую работу, как перебор яблок, он выполняет ответственно: разглядывает каждое яблочко, хорошие не бросает в ящик, а осторожно кладёт.

- Почему ты стал конюхом? - задаю вопрос, мучающий меня.

Игнат вскидывает голову и удивлённо смотрит прямо мне в глаза.

- А кем я должен был стать?

- Ну не знаю, может быть дружинником или даже кем-то посерьёзнее, работать при дворе.

- А конюх, по-твоему, не серьёзно? - Игнат совсем не обижается, широко улыбается, что мне даже кажется, что он смеётся над “незрелой” девчонкой.

- Конюху не обязательно быть образованным, а ты даже в гимназии при монастыре учился.

- Всё-то ты знаешь, любопытная девица! - снова заливается смехом он, а потом серьёзнеет. - Но ты не права целых два раза! Любой труд в почёте, Есения. Неважно кто ты: советник князя или яблоки перебираешь — это работа и она требует уважения, и в первую очередь от того, кто её делает. Если ты сам не уважаешь себя - почему тебя должны уважать другие? А во-вторых, считаю, что каждому человеку нужно быть образованным. Никто не говорит, что все должны закончить училища или гимназии, но хотя бы грамоте, счёту и истории ты должен быть обучен. Но увы, это пока лишь глупые мечты помощника конюха.

- И вовсе не глупые! - бормочу и получаю ласковую улыбку от Игната.

Пару мгновений мы молча перебираем яблоки, а когда они заканчиваются, Игнат снова смешливо смотрит на меня и задаёт вопрос:

- Приготовила ли ты, Есения, алую ленту?

Недовольно поджимаю губы. И этот туда же!

- И не собиралась!

- Так сегодня в городе праздник Маланьи.

- И без тебя знаю!

Игнат склоняет голову набок, внимательно меня оглядывая, будто видит впервые. Кажется, что он сейчас начнёт учить уму-разуму, но парень молчит. Набирает с десяток самых хороших яблок в подол рубахи и поднимается на ноги.

- Моя доля за работу, - подмигивает он, разворачивается и уходит, наверняка кормить своих любимых лошадей.

Завистливо вздыхаю - Игнат выбрал свой путь, а я до сих пор не знаю, чего хочу от жизни. Не хочу я как остальные девицы иметь только стремление выскочить замуж да наследников родить. Хочется стать нужной, заниматься чем-то полезным. Но что может обычная дворовая девка без роду, без племени?!

До самого вечера занимаюсь мелкими делами, а когда темнеет, вместе с Фотинией собираюсь на праздник Маланьи, устроенный в честь свадьбы старшей княжны Марии и неорского княжича Игоря. Фота наряжается, словно на собственную свадьбу: подкрашивает чёрной краской ресницы и брови, припудривает и румянит лицо, красит губы, надевает новый сарафан и украшения. В длинную русую косу вплетает алую ленту.

Я же обхожусь стареньким, но нарядным сарафаном, а косу оборачиваю на затылке бубликом. И никакой алой ленты! Ни к чему мне мужское внимание!

Накинув тёплые накидки, торопимся в рощу, где обычно проходят подобные городские гуляния. Здесь уже зажгли большой костёр, подле которого веселится молодёжь. Тёплый свет освещает большую поляну и согревает воздух. Фота в нетерпении стаскивает с себя накидку, вешает её на молодую берёзку.

- Пойдём! - тянет меня за собой.

Покорно раздеваюсь и иду за подругой. Вливаемся в танцующую толпу. Громко играет задорная музыка - музыканты стараются на славу. Девушки с алыми лентами в косах пляшут под дивные звуки, заигрывают с парнями, намекая, что совсем не прочь познакомиться. Фота тоже поддерживает общую атмосферу, и уже через пару мгновений, она флиртует с каким-то незнакомым высоким пареньком в белой рубахе. Мне же внимания не достаётся: то ли из-за отсутствия ленты в волосах, то ли из-за моего совсем не праздничного выражения лица. Вроде давлю из себя улыбку, а чувствую, что она получается говорящая: “не подходи - убьёт”! Парни скользят по мне взглядом, но быстро теряют интерес.

А когда музыка слегка стихает, объявляют всеми любимую игру “салочки”. Вот только это не безобидные детские догонялки, здесь парни ловят девушек, а если поймают, то пойманная обязана подарить ловцу поцелуй. И вовсе не дружеский поцелуй в щёчку!

Никогда не любила эту игру! Всякий раз старалась спрятаться, чтобы меня никто не нашёл и не поймал. И лишь один раз я проиграла - один деревенский мальчишка выследил меня и заставил целоваться. Чтобы не разгневать Маланью, я позволила себя поцеловать. И это было настолько неприятно, что я не выдержала и укусила его за язык. А потом сбежала, так, что пятки сверкали!

Но теперь я стала умнее и совсем не играю, хоть и Фота обижается на меня из-за этого. Но зачем ей я в игре - ловить же её будут парни! К тому Фотиния совсем не против быть не один раз пойманной.

А вот мне этого не нужно!

Оттого, когда играющие встают в один большой круг, чтобы начать игру - проскальзываю меж деревьев и сбегаю подальше от поляны.

Вслед мне доносится визг и смех - игра началась. А я спускаюсь в низину к небольшой заросшей речушке. Сюда никто не сунет носа, я точно знаю: с самого детства нас пугали топкими болотами данных мест и их хозяином - водяным. Но я уже не маленькая девочка и прекрасно понимаю, что никакого водяного не существует. А если даже есть призрачная надежда, что он есть - водяной царь намного лучше озабоченных парней, перебравших хмельных напитков.

Опускаюсь на берег. От воды тянет свежестью и запахом тины. Кругом стоит тишина - даже птицы не жалуют эту заросшую часть рощи. Рву цветы и траву, что растут поблизости, и начинаю плести венок. А все мысли мои о Чеславе. Вспоминаю его светло-русые золотистые, словно спелая рожь, волосы, красивые серо-голубые озорные глаза, пухлые губы... эх, их я точно не отказалась бы поцеловать. Княжич наш красив, даже красивее наследного принца Беловодья, а по тому все девушки княжеств сохнут. Да только мне не нужен никакой принц... а вот княжич. Но я не нужна княжичу...

- Глупая Еська! - с горечью выплёвываю я и швыряю законченный венок в воду. Он плюхается на поверхность и вместо того, чтобы тонуть, медленно плывёт вперед по узкой не сильно заросшей части речушки. Задумчиво смотрю ему вслед, что даже не слышу, как у берега появляется гостья.

- У наших предков было гадание: девушки плели венок и пускали по реке. Если венок плыл, то стать ей скоро невестой, - слышу у себя за спиной мелодичный голос.

Оборачиваюсь, удивлённо оглядывая незнакомую девушку: невысокая, стройная, в длинном белом сарафане с зелёной вышивкой по подолу в виде листиков. Красивые длинные каштановые волосы заплетены в толстую косу. А глаза - необычно ярко-зелёного цвета, словно молодая трава.

- Мне невестой точно не быть! - бурчу, разглядывая красавицу.

Она подходит ближе, босиком ступая по мягкой траве, и присаживается рядом со мной.

- Отчего же? Разве ты знаешь свою судьбу? - интересуется незнакомка.

- Нет, судьбой нашей богини ведают. Да только я и без них знаю, что счастливой мне не быть.

- Отчего же? - искренне недоумевает девушка.

Подтягиваю колени к животу и обнимаю ноги руками. Я никому не рассказывала о своей запретной любви, даже Фотинии. Для меня это слишком личное, сокровенное, да и понимаю я, какой реакции мне ждать. Но эта девушка меня не знает, и я решаюсь:

- Видимо я чем-то прогневала Маланью, раз она послала мне наказание. Тот, кого я люблю всем сердцем, моим никогда не будет, - выдыхаю печально, чувствуя, как в глазах начинает щипать от слёз.