Супруги по завещанию (СИ) - Эванс Эми - Страница 23

Постепенно дорожка поцелуев начала уходить вниз и, наконец, достигла моего декольте, заботливо спущенного супругом. Горячие губы герцога Гейрлейва нежно поцеловали ложбинку между груди, отчего из моих губ вырвался очередной судорожный вздох.

Горячая мужская ладонь вновь устремилась вниз. Супруг мягким движением раздвинул мои колени, вклиниваясь между них и крепко прижимая меня к себе. Обе его ладони проникли под мою юбку, принимаясь наглаживать бедра, то касаясь невесомо, то с силой сжимая. А после, не переставая покрывать мою кожу поцелуями, герцог Гейрлейв погладил оголенную кожу выше кромки чулок, и резким движением один чулок с меня стянул. Чем ему помешал бедный предмет гардероба?

Кажется, так далеко мы не заходили даже во время брачной ночи. Это мысль меня взбудоражила и одновременно отрезвила. Поддавшись порыву, я собиралась оттолкнуть супруга, но не успела.

Резко открылась дверь, и мне в глаза ударил ослепляющий яркий свет.

— Что, черт побери, здесь происходит? — раздался громкий и крайне недовольный голос герцога Камерона.

Вот мы и попались.

— Ой! — вполне искренне воскликнула я, попытавшись прикрыться.

Руки метнулись к обнаженным ногами, застыли на середине пути и резко устремились к лифу, подтянув его повыше в попытке вернуть своему декольте приличный вид. Платье то и дело сползало, а частично обнаженная спина покрылась неприятными мурашками от смеси страха и холода.

Герцог Гейрлейв, стоит отдать ему должное, рывком одернул юбку, прикрывая мои ноги, бывшие на всеобщем обозрении. И только после этого отстранился от меня и, приглаживая волосы, развернулся к герцогу Камерону. Но от меня отходить не стал, прикрывая своей внушительной фигурой.

— Прошу прощения, герцог Камерон, мы с моей супругой поддались внезапному порыву чувств, — с достоинством произнес Алмир таким невозмутимым тоном, будто это не он только что стаскивал с меня чулки на глазах у министра финансов.

К щекам прилила краска от осознания этой мысли, делая мое лицо совсем пунцовым. Рано, слишком рано перестала на меня действовать успокоительная настойка. Сидела бы сейчас на чужом столе с потрепанной прической и с полу расстегнутым платьем с таким же непоколебимым видом, что и Гейрлейв.

— В моем закрытом кабинете? — переспросил герцог Камерон, красноречиво выгибая бровь.

— Ой, — снова выдохнула я и обратилась к супругу, — А он был закрыт?

Кто-то в проходе многозначительно усмехнулся, и я только сейчас заметила, что явился министр финансов в свой кабинет не один.

Потрясающе, просто потрясающе. Герцог Гейрлейв мне потом дорого заплатит за то, что у посторонних мужчин была возможность лицезреть меня в столь непрезентабельном виде.

— Кабинет был открыт, — с честным видом сообщил супруг и смущенно добавил, — Откровенно говоря, это единственная дверь на этаже, которая оказалась открытой.

— И чем же вас не устроил гостевой этаж? — скрестив руки на груди, поинтересовался министр.

— А это разве не он? — удивился герцог Гейрлейв, — Странно, я думал, это и есть гостевой этаж. Еще раз прошу прощения за беспокойство, герцог, мы у вас впервые. Но впредь постараемся не доставлять вам подобных неудобств.

Герцог Камерон всем своим видом источал подозрение. И, честно говоря, смотреть мне на него было страшно. Так и казалось, что стоит взглянуть в его холодные глаза, и он тут же меня раскусил и сразу все поймет. Поэтому я жалась ближе к мужу, прячась за его широкой спиной под вполне благовидным предлогом того, что мой внешний вид в данный момент оставляет желать лучшего.

Если у министра финансов и были какие-то сомнения в нашей честности, вслух он их озвучивать не решился. Голословно обвинять в чем-то племянника Императора и главу тайной канцелярии весьма опасная затея, даже если ты теперь один из министров. Жуткого скандала в данном случае не избежать. А если и доказательств никаких не найдется, то эта история ляжет темным пятном на карьере герцога Камерона.

Видимо, к этим же выводам пришел и хозяин кабинета. И после недолгой дуэли взглядов между ним и Гейрлейвом, он сдался, произнеся:

— Похоже, я и правда забыл закрыть кабинет.

— Выходит, так и есть, — легко согласился с ним Алмир, — Вы позволите остаться нам с супругой наедине на несколько минут, чтобы мы могли привести себя в порядок?

— Разумеется, — согласился герцог Камерон с явным неудовольствием.

Но за дверь мужчина вышел, и даже прикрыл ее за собой. Однако, я не рискнула произносить ни слова вслух. Кто знает этих магов? Может, они не только легко чужие защиты вскрывают, но еще и отменно подслушивают.

Герцог Гейрлейв тоже не спешил заводить беседу. Супруг молча протянул мне чулок, который я поспешно натянула на оголенную ногу. А сам пригладил свои волосы, поправил парадный пиджак и, дождавшись, когда я вновь одерну длинную юбку, помог мне слезть со стола и зашнуровать корсет.

Минут через десять мы с чинным и опрятным видом выходили из кабинета министра финансов, освобождая ему и его спутнику место для переговоров. В тишине прошли через весь этаж, спустились по лестнице и, лишь оказавшись в гостевом крыле, позволили себе с облегчением выдохнуть.

Ну, как позволили. С облегчением выдыхала я, пока Алмир раздавал команды:

— Сейчас мы спустимся в бальный зал, где я тебя оставлю. Мне нужно как можно скорее передать письмо во дворец, несколько моих подчиненных ждут неподалеку от особняка Камерона.

Интересно. Выходит, герцог Гейрлейв с самого начала рассчитывал, что мы что-то найдем?

— Мне кажется, Камерон нам не поверил, но скандал раздувать не стал, — продолжил супруг тихим шепотом, — Поэтому нужно передать письмо Императору, пока министр что-то не заподозрил и не кинулся проверять свои документы.

— А мы не можем сразу уехать?

После всего произошедшего задерживаться на этом празднике жизни желания не было никакого. Еще и в полном одиночестве, и без действия успокоительной настойки.

— Это вызовет слишком много подозрений, — покачал головой Гейрлейв, — Я постараюсь вернуться к началу званого ужина. Мы пробудем лишь минимальное количество времени за ужином, а после отправимся домой. Договорились?

— Угу, — буркнула я недовольно.

Так спрашивает, как будто у меня есть выбор.

Мы как раз преодолели гостевое крыло и начали спускаться к бальному залу, вновь прерывая разговор. Под руку прошлись по лестнице, герцог завел меня в бальный зал и оставил у ближайшей стены, с обещанием как можно скорее вернуться.

Будем надеяться, что я не вляпаюсь еще во что-нибудь, пока будет отсутствовать Алмир.

Я планировала все то время, пока дожидаюсь блудного супруга, мирно стоять у стеночки и не привлекать к себе лишнего внимания. После всего пережитого за сегодняшний день и, в особенности за вечер, хотелось слиться со стеной и тем самым избежать необходимости с кем-либо разговаривать. Герцог Гейрлейв за один единственный день сумел перевернуть мою жизнь с ног на голову и внести в нее столько сумбура, сколько мне не доводилось видеть за всю свою тихую, размеренную и спокойную жизнь.

Поначалу мне вполне успешно удавалось придерживаться изначального плана - мирно дожидаться Алмира и не отсвечивать. Но все пошло наперекосяк в тот момент, когда в бальный зал вернулся хозяин вечера.

Герцог Камерон вошел в зал и окинул хищным взглядом пространство, явно кого-то выискивая. Мне бы следовало отвернуться, чтобы не выдавать своего интереса и легкой нервозности. Но, стоило мне только об этом подумать, и тут же стало поздно. Наши взгляды с министром финансов встретились. Мужчина хищно усмехнулся, заставляя меня испуганно дернуться, и уверенным шагом двинулся в мою сторону, рассекая пространство.

— Скучаете, леди Гейрлейв? — поинтересовался герцог Камерон, приблизившись.

И отчего-то мне почудилось в его голосе столько злого торжества и предвкушения, что я едва сумела подавить внутренний порыв подхватить юбки и броситься прочь. Боюсь, за это меня Алмир по головке не погладит. Поэтому нужно собраться, взять себя в руки и последовать нехитрым инструкциям, которые оставил супругом после своего ухода.