Поцелуй любви для зануды (СИ) - Мун Лесана - Страница 37

Тео меня отпускает. Смотрит выжидающе, а потом кивает каким-то своим мыслям.

— Пожалуйста, стой тут, — произносит.

И я стою столбом, переваривая случившееся и глядя на то, как из тумана появляются то Тео, то Киан, то какие-то дикие звери. Слышны звуки борьбы, шипение и визг.

«Иди ко мнеееее». Яркий солнечный свет заполняет все вокруг, я зажмуриваюсь, а когда открываю глаза, то вижу комнату и книгу на столе. Подхожу.

— Я долго ждал, — доносится до меня.

— Кто ты? — оглядываюсь, но в комнате, кроме меня никого нет.

— Я тот, кто был на твоем месте.

— Леонард Раскин? Покажись, выйди!

Ко мне вылетает та самая туманная физиономия с диким оскалом, испугавшая меня однажды. Я и сейчас вздрагиваю и отступаю.

— Помоги нам вернуться домой, пожалуйста.

— Домой… Я так долго этого хотел. И теперь у меня, наконец, это получится.

— Как?

— С твоей помощью.

— Что мне нужно сделать?

— Ничего. Просто предоставить свое тело, — мерзко хихикает туманная рожа.

— В смысле? Я не понимаю…

— Конечно, куда уж тебе. Я долго искал путь домой, прошел сотни миров, столько всего видел. А потом мое тело не выдержало. Просто сломалось. И теперь я вынужден скитаться тут бесплотным духом, мучаясь сотни и тысячи дней от безысходности и тоски, прячась от диких зверей, желающих растерзать меня. Но ты пришла. Та, что сможет вместить мой дух. Жаль, что ты женщина, но раз ничего другого нет, то…

— Секундочку! А что будет с моей душой?

— Она останется тут, естественно. Две души не могут существовать в одном теле, это нонсенс.

— Тогда я против!

— А кто тебя спрашивает? Уже все решено. Просто расслабься, и тогда все пройдет менее болезненно!

А в следующее мгновение на меня наваливается волна оглушающей боли. Я не могу дышать, не могу звать на помощь. Красная пелена перед глазами, вкус крови во рту. И собственные дикие крики, которые не пропускает сжатое спазмом горло. Но я не сдамся! Фиг ты получишь, а не мое тело. Ты свою жизнь прожил, Леонард! Ты выбрал мучиться и страдать, живя минувшим! А я оставляю прошлое в прошлом. Я выбираю будущее!!

Дикие вопли звучат в моих ушах. Я уже не понимаю мои они, или призрака. Голова гудит, глаза пекут. Но я, сцепив зубы, борюсь за право жить. Вспоминаю глаза Киана, когда он бинтовал мое бедро, выражение лица Тео, когда тот в первый вечер моего пребывания в этом мире увидел мой рог на лбу от встречи с дверью. И снова Киан, несущий меня на руках, крепко прижимающий к себе, как что-то очень ценное, что могут отобрать. И несмотря на новую волну оглушающей боли, я улыбаюсь.

— Лара! Лара! Открой глаза. Ты слышишь? Лара?

Меня трясут, дергают, обнимают. Горячие губы покрывают жгучими поцелуями мое лицо и рот. Я откуда-то сверху вижу свое маленькое, неказистое тельце в руках Киана. Рядом мельтешит Тео. Отдел артефакторики. Мы вернулись. У нас получилось. Свет. Зачем опять такой яркий свет?

— Ну, чо? Справилась?

С изумлением смотрю на уже знакомую ухмыляющуюся физиономию демона.

— Я? Что?

— Что-что. Ты это сделала, выполнила свое желание. Поздравляю. Теперь ты можешь вернуться домой к своей прежней жизни, красивому телу. Готова?

— Что? Нет! Подожди. Дай мне немного прийти в себя.

Обняв себя руками, начинаю ходить взад-вперед.

— Слушай, у меня вообще-то счетчик включен, — опять язвит демон. — Шевелись давай. Все сделано, ты управилась удивительно быстро, пора валить. Ты же этого хотела?

— Да… хотела… но... Если я сейчас вернусь, что будет с Лауриссой?

— А что с ней будет? Она умрет. Это же просто костюм на Хэллоуин. А ты, настоящая ты, — вернешься.

Сердце болезненно сжимается при мысли, что Лаурисса, что Я умру в том мире.

— А кто… чей поцелуй?

— Да какая разница?

— Мне есть разница!

— Ладно. Я без понятия. Теперь легче? — демон лыбится еще шире.

— Нет!

Отворачиваюсь от него, раздумываю. А что если?

— А что если я не захочу возвращаться, если выберу этот мир? — спрашиваю, пока не передумала.

— Эээ, давай уточню. Ты откажешься от своей жизни, красивого тела, подруги и родителей. Ради чего? Ради страшненькой мордашки и тощего тела? Ради сомнительной работы в библиотеке?

— Ради любви!

— Ради какой любви? А если это не тот, кого любишь ТЫ? Представь, ты выбираешь другой мир, а он тебя не любит. И ты живешь всю оставшуюся жизнь невзрачной и одинокой библиотекаршей. Никому не нужной и озлобленной. Я ничего не пропустил?

— О, нет. Ты был очень дотошен в своем описании моей возможной жизни. Но я рискну!

— Уверена? — демон внимательно на меня смотрит. — Это твой последний шанс, переиграть все заново не получится.

— Не уверена, но как ты и говоришь — это мой последний шанс, и я хочу его использовать, а не упустить, а потом всю жизнь думать, а как же оно могло быть.

— Хорошо! Да будет так!

И снова боль, но на этот раз приглушенная и вполне терпимая. Веки тяжелые, во рту все пересохло, но стоит мне пошевелить губами, как в рот тычут тоненькую трубочку и через нее подается вкуснейшая на всем белом свете вода. Блаженно застонав, открываю глаза, чтобы встретить самый лучистый взгляд из всех мне знакомых.

— Привет, — говорит Тео, улыбаясь.

Он так редко улыбается, с удивлением замечаю у него ямочки на щеках. Надо же. А ведь такое холодное, словно высеченное из камня лицо. И ямочки… Не сдержавшись, тоже улыбаюсь.

— Что тебе насмешило? — интересуется, весело сверкнув глазами.

— Да так…глупость одна. Где я? — осматриваюсь.

— В лекарне, — подтверждает мои подозрения Тео. — Ты была очень плоха, три дня не приходила в себя. Я рад, что ты очнулась.

Перестаю улыбаться, смотрю на мужчину. Нам предстоит серьезный разговор, и я не хочу его откладывать.

— Тео, я на счет поцелуя…

— Не надо слов. Я все и так прекрасно понял. Ты не любишь меня, а я — не люблю тебя. Между нами взаимная нелюбовь, — очередная шуточка от Тео.

— Так, а зачем полез целоваться, если нелюбовь? — спрашиваю, улыбаясь.

— Чтобы проверить. И подтвердить свои мысли на твой счет.

Облегченно выдыхаю. Немного переживала, как пройдет разговор, не ожидала, что так легко.

— А где…, — хочу спросить о блондине, но тут дверь открывается и тот, о ком я собиралась поинтересоваться, заходит в палату собственной персоной.

— Я, пожалуй, пойду, — Тео тактично поднимается и выходит, но ни я, ни Киан не обращаем внимания на его уход, неотрывно глядя друг другу в глаза.

— Ну, знаешь, мелкая! Напугала ты меня до седых волос! — блондин усаживается в то же кресло, где недавно сидел его друг.

— Ничего, мужчинам седина к лицу, — отвечаю, не в силах отвести взгляд от посетителя.

— Но все равно, больше так не делай! — вдруг серьезно говорит Киан, глядя на меня темными провалами глаз.

— Хорошо. А ты что, волновался? Переживал, что некому будет играть роль невесты перед твоей родней?

Несу полнейший бред, очень сильно желая узнать его мотивы, его чувства. Хоть что-нибудь. Я ведь ради него отказалась от целого мира.

— Глупенькая, — Киан берет в свои горячие ладони мои холодные пальцы и нежно целует их, поднеся к своему рту, — конечно, волновался. При мысли, что больше никогда тебя не увижу…

Мужчина замолкает, опустив голову, целует каждый мой пальчик, а затем внезапно поднимает лицо и всматривается в меня, словно ищет что-то.

— Ты бы скучал? Если бы меня не стало… — спрашиваю опять пересохшим ртом.

— Я не знаю, чтобы я делал, если бы тебя не стало. Скучал — это очень мягкое слово в отношении того, что я бы чувствовал.

Я замираю не в силах поверить, что да, вот так просто все может быть. Несколько слов и… Улыбаюсь. Просто не могу сдержаться, тяну лыбу от уха до уха. И Киан, увидев эту мою блаженную улыбку, усмехается уголком рта, а затем резко склоняется надо мной и впивается в мои губы поцелуем. Жарким, голодным, горячим. А когда он от меня отлипает, я едва могу перевести дух, разогнать мурашек и убрать радугу перед глазами.