Идеальный мир для Демонолога 4 (СИ) - Ковтунов Алексей - Страница 28

— Вас серьезно за этим прислали? Я думал, ты шутишь, — удивился Зайцев.

— А что такого? Нормальное задание.

— И что сказали? Допрос на один стандартный блокнот? — уточнил он.

— Обижаешь! — воскликнул я. — Два блокнота!

— У-у-у… — протянул майор, а по комнате пробежались смешки. — Можешь рыть себе комнату. Ты тут на месяц задержишься, не меньше. А если не веришь, могу тебе показать пленника.

Впрочем, именно об этом я его и просил. Вскоре мы добрались до отдельной землянки, где обнаружили связанного по рукам и ногам грязного новоса. Лежит он здесь довольно давно, и пару раз в день его подкармливают, тогда как следов допроса на нем я не заметил.

— Вот, — указал на него Зайцев.

— И… что тут тяжелого? — недоуменно взглянул на майора.

— Так смотри, — оскалился он и подошел к пленнику, усевшись рядом на корточки. — Как тебя зовут? Отвечай!

— М-м-м-м! — замычал пленник в ответ.

— Видал?

— Не-а, — честно признался я.

— Он немой!

— Это не проблема. Дам ему ручку, пусть сам записывает информацию, — пожал я плечами.

— Ага, конечно! — хохотнул Зайцев. — Он и писать не умеет! А еще открою секрет, он офицер и знает многое о расположении сил новосов.

— Офицер, который не умеет писать? — скривился я.

— Ну, какой попался, такой и есть, — развел руками майор. — В следующий раз кого-то поумнее будем брать.

— Более умных пленников? Это правильно, — согласился я.

— Нет, Константин, — Зайцев посмотрел на одного из своих бойцов. — Диверсантов поумнее.

— Ну товарищ майор, мне-то откуда было знать? — возмутился тот.

— Ладно, что-нибудь придумаю, — вздохнул я.

— Погоди, это еще не всё! Вишенка на торте — он модифицированный и совершенно не ощущает боли! — майор расхохотался так, будто бы мне одному нужна эта информация.

— Да ну?

— Смотри! — он подошел и пнул пленного, а тот даже не поморщился. Даже, наоборот, улыбнулся.

— А я всё равно могу попробовать, — потерла руки Катюша.

— И я могу! — вызвался Синий.

— А я могу вас на улице подождать, — предложил Игорь.

— Не надо, — помотал я головой. — Подождите меня минут двадцать на улице, сам всё сделаю. Есть некоторые методы, как разговорить даже немого.

Екатерина стояла вместе с остальными у входа в землянку и спокойно общалась с майором. Тот был настроен скептически, тогда как она почему-то допускала мысль, что у Константина может получиться как-то выудить информацию из пленного. Каким образом? Вот это уже совсем другой вопрос.

— Да не получится ничего, — помотал головой Зайцев. — Попали вы, придется всю неделю торчать, а потом возвращаться с невыполненным заданием.

— Ну, бывает, — пожала плечами девушка. Она-то понимала, что это задание было придумано неслучайно. Командование знало, что этот пленник немой и не чувствует боли, потому и поставило невыполнимую задачу. Зачем? Ну, как минимум, для того, чтобы комиссия из столицы была в безопасности на территории военной базы. Это просто недельная ссылка, и Екатерина этому даже рада.

— Ладно, двадцать минут прошло, — посмотрел на часы майор. — Пойдем, проверим.

Они подошли к двери, открыли ее, и сразу услышали голос Константина. Вот только никто не понял, что это было.

— Подожди ты! — раздраженно прикрикнул Первый. — Я же не успеваю! Помедленнее!

Спустя какое-то время майор отошел от шока и всё же заглянул внутрь.

— Номер части тридцать два пятнадцать, полторы тысячи личный состав, пятнадцать единиц тяжелой техники, противовоздушная оборона устроена по третьему пункту уставного размещения, двести пятьдесят человек поддержки, координаты: шестьдесят семь градусов, двадцать три минуты и шестьдесят семь секунд северной широты, шестьдесят градусов, семьдесят минут… — говорил он это настолько быстро, что майор едва различал слова. Тогда как Константин каким-то образом успевал всё это записывать, и основной проблемой для него было вовремя перелистывать страницы блокнота.

— Всё! — воскликнул Первый. — Два блокнота, поздравляю! — он встал и хотел пожать руку пленнику, но тот сразу рухнул на пол и свернулся калачиком.

— Не бейте! Прошу! Не надо! Больно! — заверещал бедолага. — Я всё сказал!

— Точно, всё? — прищурился Константин.

— Клянусь всем на свете, я, и правда, не помню, девятого или восьмого апреля день рождения у начальника западного штаба! Но я могу узнать, честное слово! Дайте мне только немного времени!

— Он что, был не немой? — удивленно проговорил Зайцев.

— Может и был, — пожал плечами Первый, — но теперь-то какая разница?

— Ну всё! — я упаковал свои пожитки в рюкзак и бросил в багажный отсек снегохода. — Мы молодцы, справились за один день. Так что, ребята, нам пора возвращаться! — посмотрел на свой отряд.

— Погоди, — нахмурилась Катя. — Но там же комиссия. Нам нельзя сейчас в часть.

— А что я могу сделать? — развел я руками. — Надо было больше заданий давать!

— Но ведь мы можем накосячить…

— Ой, да с чего ты взяла? — махнул я рукой. — Когда мы вообще косячили? Это слово не про наш отряд! Забудь его, и лучше используй нецензурные.

Бойцы посмотрели на меня так, словно не согласны со мной.

— Так, просто успокойтесь и наслаждайтесь зрелищем, — улыбнулся я. — Это не я должен бояться комиссии, а она меня.

Есть у меня жизненный опыт работы с бюрократическими машинами и всевозможными комиссиями. Особенно, с демоническими.

Мало того, ведь тот, кто придумал бюрократию, боялся меня. Так с чего бы я должен переживать из-за этого?

Глава 10

Майор Зайцев выглядывал из окопа и, запустив руку под шапку-ушанку, усиленно чесал затылок, пытаясь таким образом хоть как-то разогнать кровь в голове. А разогнать её очень ему хотелось, ведь без этого понять, что это вообще было, он никак не мог.

— А что это за отряд? — спустя несколько минут, он понял, что ничего всё равно понять не может, и потому решил пообщаться с подчиненными. — Какие-то странные они…

— А с виду так и не скажешь, — пожал плечами кто-то из бойцов. — Так посмотришь, вроде обычные. Я, если честно, до последнего пытался считать их нормальными, но тот случай с гранатой…

— Да, отбить одной гранатой целый накат… Я думал, это невозможно, — согласился майор.

— Нет же, я не об этом! Он чеку выдернул еще в землянке и скобу отпустил! А если бы его боец не успел? — воскликнул солдат.

— А, ну это тоже, да, — кивнул Зайцев. — Да и помимо этого странностей хватало. А как они пленника раскололи? — он повернулся в сторону землянки-тюрьмы, откуда всё это время доносились крики. И нет, пленника никто не пытал, так как в этом нет никакого смысла.

— Ну послушайте меня! Я еще хочу рассказать! — дверь распахнулась и оттуда попытался выбежать боец, но кто-то схватил его и затащил обратно. — Нет! Вы всё должны записать!

— Но я уже не могу писать… — взмолился солдат.

— Константин сказал, что всё должно быть записано! — пленник не принимал возражений, слишком уж впечатлило его короткое общение с этим странным человеком.

Некоторое время бойцы наблюдали за этим представлением, после чего снова повернулись в сторону врага.

— М-да… — протянул кто-то из них. — Они ведь еще и оружие привезли, и еды… Но теперь у меня вопрос, а почему на нас больше никто не нападает?

— Вот и я над этим думаю, — кивнул Зайцев. — Странно всё это, очень странно.

Еще некоторое время солдаты смотрели в сторону леса, откуда раньше постоянно выбегали целые толпы наемников.

— Движение на два часа! — вдруг выкрикнул часовой, и майор сразу активировал тепловизионный прицел. А там четыре человека выскочили из леса и со всех ног несутся к окопам.

Тут же послышались щелчки затворов и бойцы приготовились отражать очередное нападение.

— Ну наконец-то, я уже думал, что они не решатся, — оскалились некоторые из них. Еще недавно они из последних сил отбивались от непрекращающегося штурма позиций, а теперь, когда несколько часов ничего не происходило, заскучали по этому делу.