Ассистентка Злодея - Мерер Ханна Николь - Страница 54

Но в этот момент он подумал, что, может, стоит остановиться. Запросто.

– Отдам отцу должное: у него на званых вечерах всегда играют хорошую музыку.

Сэйдж устремила на него пристальный взгляд, и он оказался так близко, что видел, как в её глазах отражаются огоньки свечей.

– Он часто устраивает такие вечера?

– Не знаю. – Тристан вздохнул, сжал двумя пальцами переносицу. – Я много лет с ним не говорил.

Честно говоря, Тристан большую часть жизни не разговаривал с Артуром. И дело было не только в том, что на протяжении большей части детства Тристана тот путешествовал в разные места, применяя свой дар абсолютного целителя там, где в нём нуждались. Мать Тристана, Амара, сказала тогда, что со стороны детей было бы эгоистично удерживать Артура, когда множество людей нуждалось в его помощи. Теперь Тристану было смешно, что Артур никогда не думал о том, как сильно нуждались в нём собственные дети.

К моменту рождения Клэр Артур уже не ездил так много и проводил больше времени дома, в прибрежной деревне. Тристан вырос, поэтому большая часть внимания отца уходила на младших. Амара Маверин не была холодна, но и любвеобильной её было не назвать. Она не видела смысла в объятиях и ласке, когда мир вокруг так жесток. За это Тристан был ей благодарен: это избавило его от ощущения, что его отвергли.

Вернувшись домой, Артур обращался с Клэр и Малькольмом мягче, но насчёт Тристана, вероятно, решил, что уже слишком поздно. Сперва Тристану было больно, когда он пытался подружиться с Артуром и сталкивался с отсутствием интереса. Но в качестве защиты быстро вернулся к привычному поведению. Не нужна ему никакая привязанность; не нужны люди, которые выражают свою к нему любовь; всё это просто пустая трата времени. Пустая трата сил.

Всё это, в конце концов, было уже неважно. Когда Артур решил попытаться выстроить с Тристаном отношения, он опоздал. Но это не остановило Артура – он много лет писал письма, предлагал встретиться. Тристан не ответил ни на одно.

Наконец надежда родных на то, что он исправится, умерла, и с ними стало гораздо приятнее общаться. Надежды матери тоже умерли, насколько он понимал, но это была отдельная пытка, которой он не хотел себя подвергать – может, позже. Нет, прямо сейчас он мог позволить себе крупицу счастья, если тепло, разлившееся в груди, означало именно это.

На самом деле, он выжимал из этого момента всё, что мог.

Он вскочил с места, Сэйдж в замешательстве посмотрела на него.

– Что вы делаете?

Она поражённо уставилась на протянутую руку.

– Потанцуешь?

Сэйдж вытаращилась на него ещё сильнее, но алые губы изогнулись в улыбке.

– С кем? – Она театрально огляделась.

Тристан усмехнулся – ну правда, она очень забавная.

– Со мной.

Сэйдж взялась за его руку, встала с его помощью. Он склонился к ней, и у него перехватило дух от счастья, которое она вовсю излучала. Было столь непривычно, что кто-то так радуется в его присутствии, а может, даже самому его присутствию, что он чуть не споткнулся.

– Я не очень умею танцевать с кем-то. – Сэйдж поморщилась и посмотрела на их соединённые руки. – Обычно просто вращаюсь, пока голова не закружится.

– Ну…

Он просчитался. Живенькая, бодрая мелодия сменилась на более медленную и чувственную. За десять лет своего дела он запытал множество людей. Ради сведений, за то, что взбесили, за попытку убийства, и даже… он не хотел признаваться в этом, но однажды он пытал человека за то, что тот на его глазах издевался над уткой.

Он даже порадовался, когда обнаружил, что этот человек оказался Славным гвардейцем в отставке, но дело было не в этом.

Сейчас его ждала другая пытка, какую он ещё не знал. Он достиг совершенства в том, чтобы не желать того, чего он не мог бы получить, но эта женщина не была чьей-то собственностью. Она была человеком, которого он глубоко уважал и которым восхищался. На неё он полагался сильнее, чем считал возможным.

Ей он никогда бы не признался ни в чём из этого.

«Только один этот миг счастья», – напомнил он сам себе.

Тристан, не мешкая, опустил ладонь на талию Сэйдж и привлёк к себе. У неё сбилось дыхание, Тристан чувствовал тепло её кожи сквозь шелковистое платье. Он откашлялся, поднял их руки и повёл медленными шагами.

– Так вы танцуете? – спросила Сэйдж, подавшись к нему. Она оказалась ближе, чем он думал, и стоило опустить взгляд, как он понял почему: она стояла на цыпочках.

– Научился много лет назад, когда работал на… – Он оборвал фразу, но не потому, что не хотел говорить, а потому, что именно в этот момент заметил, как в толпе на той стороне моста мелькнуло знакомое лицо.

– Что здесь делает моя сестра? – озадаченно спросил Злодей.

– Клэр здесь? – Сэйдж резко обернулась, но никто из них не остановился, не перестал качаться в едином темпе. Мысли скакали у неё в голове с бешеной скоростью, Тристан видел по глазам. – А вам не кажется, что предателем может быть…

Он прервал её, не дав закончить мысль:

– Гвардия следила и за ней, и за братом с самого взрыва. Каждый их шаг был под наблюдением. Они меня, конечно, ненавидят, но это не они копают под меня.

– Вряд ли они вас ненавидят, – тихо отозвалась Сэйдж, когда он бережно закрутил её.

– Как знать. – Тристан не глядел на неё. Вместо этого он выбрал себе одну из свечей и смотрел только туда.

– Я знаю. – Сэйдж давила носком туфли ему на ногу, пока он не опустил взгляд на неё. – Я знаю, что такое любовь к родным. Они любят вас, это очевидно.

– Это не то же самое, что у вас с Лиссой, – ответил он и вновь закружил её.

Она искренне рассмеялась и вернулась в его объятия.

– Да, у нас немного другие отношения, но основы-то те же. В детстве я вечно бесила брата, иногда специально. Но мы всё равно сделали бы друг для друга что угодно.

– Я не знал, что у тебя есть брат, – тихо произнёс Тристан, прекрасно понимая, что в семье работает только Сэйдж.

– Он погиб, – ответила она так безжизненно, что он испугался.

– Наверное, было очень больно.

Танец замедлился, но они всё ещё двигались, всё ещё кружились.

– Хуже всего, что это случилось внезапно. – Она всё смотрела на него, но взгляд был отсутствующий. – Несчастный случай… с маминым даром. После этого всё изменилось. Гидеона не стало, потом ушла мама. Я бросила школу, чтобы сидеть с Лиссой, а потом вовсе перестала учиться, чтобы пойти на работу, когда папа заболел. Кажется, вокруг постоянно что-то случается, и я не могу просто жить свою жизнь.

Грустная выходила история, Тристан много таких слышал. Его задела не она сама, а то, как Сэйдж рассказывала и смотрела на него. Открыто, честно глядела ему в глаза и не скрывала ничего, будто её слабость была всецело достойна его внимания.

Это была правда, он слушал не отрываясь.

– Я знаю, каково это. – Он помолчал. – Когда вокруг постоянно что-то случается. Со мной так бывало.

Она испуганно взглянула на него, и он едва не умолк – но продолжил:

– Сегодня я не был готов встретиться с отцом.

– Это я виновата. Мне очень… – Она умолкла, заметив, как он принял сердитый вид. Ему хотелось выдрать это проклятое слово из её словаря.

– Мне трудно быть рядом с ним. Напоминает о детстве. Я редко… редко его видел. Абсолютному целителю приходится много путешествовать. Всегда находился кто-нибудь, кому он нужен был сильнее, а я ощущал себя… неважным.

Больше он сейчас ничего не смог бы сказать. Но этого было достаточно, судя по разделяющему его чувства взгляду Сэйдж, которого, как оказалось, он ждал.

– Понимаю, – с улыбкой ответила она, потому что в самом деле понимала, теперь он видел это. – Иногда просто… устаёшь от жизни.

Он не ответил, справляясь с чувствами.

Сэйдж испугалась его молчания, зарделась.

– То есть я не хочу сказать, что устала от работы на вас… Эта работа, она…

– Отнимает годы жизни? – с готовностью подхватил он.

– Я не это хотела сказать. – Она нахмурилась. – Вслух.