Принцесса и маг зимы, или Переписать судьбу (СИ) - Дельвейс Вера - Страница 25

Позже, когда мы со свитой пили напиток из амброзии, щедро разведённой жемчужной росой, Нейса деликатным тоном сообщила мне:

— Её Величество желает очень серьёзно поговорить с вами.

Я напряглась, стиснув пальцами ручку фарфоровой чашки:

— Мама ведь знает, что я не сама кинулась в портал, это Ярвенн меня туда нечаянно унёс…

— Знает, знает. И хочет поговорить не об этом, а о вашем, — странное выражение промелькнуло на морщинистом личике Нейсы, — брачном обряде с Белейшим Сиэнгви.

Я ничего не ответила, и, пока остальные феи болтали что-то о расширении полномочий советника, Нейса сжала мою руку своей, похожей на крохотную птичью лапку.

— Всё-таки подумайте, дитя. Хорошенько подумайте. Брачный обряд — он ведь на всю жизнь. Он свяжет вас, как нить связывает драконов. Вы откроете друг другу тайные имена, а после этого возвращения уже не будет.

Я ничего не ответила. Как я могла теперь отказаться? Смертельно оскорбить Сиэна и всю его семью лишь потому, что мне — фее! — ни с того ни с сего запал в душу человек? Никогда в истории волшебного народа любовь между феями и людьми не заканчивалась ничем хорошим. Даже если Ярвенн оказался вовсе не злодеем.

Мама сказала примерно то же самое, что и Нейса. И добавила кое-что ещё. Разливая золотистый, пахнущий мёдом и цветами чай по чашкам, Её Величество задумчиво посмотрела на меня. Я отвела взгляд.

— Риа, будь ты такой же, как раньше, я благословила бы вашу свадьбу. Я не в восторге от Сиэна, но испокон веков заведено, чтобы любви среди фей не мешал никто, даже королева.

— А теперь я другая, и…

— Да, милая, — своей хрупкой, нежной рукой мама пригладила мне волосы. Я вспомнила, как много лет назад сидела у неё на коленях, и эта же рука перебирала мои детские кудряшки. — Вот что меня тревожит. Прежняя Риа оказалась бы счастлива с Сиэном. Ты — не будешь.

Я молчала, совершенно удручённая, сбитая с толку, пока мама обнимала меня, и аромат её цветочных духов, такой естественный, как запах роз, дрожал в воздухе.

— И всё-таки мы поженимся, — я сглотнула горький комок в горле. Нельзя было думать о заботе и бережных прикосновениях Ярвенна. О том, как мне хотелось бы очутиться в его объятиях, почувствовать горячие, совсем не зимние поцелуи на своих губах. Нужно было выкинуть это наваждение из головы. Забыть мага раз и навсегда. Как только Скейду отыщут и накажут, у меня и вовсе не останется причин думать о городке Эйпри и его обитателях.

— Что ж, — вздохнула мама, отстраняясь, — поженитесь так поженитесь. Объявим эту новость на всю Долину фей, и через несколько дней брачный обряд свершится. Но запомни одну важную вещь, Риа, — она сделала многозначительную паузу.

— Что? — Собравшись с духом, я встретила испытующий взгляд фиалковых глаз.

— Не открывай избраннику тайного имени до тех пор, пока он первым не откроет своё. И пока истинность его имени не подтвердит древний ритуал. Если ты не дождёшься ритуала… если поспешишь… может статься, что Сиэн назовёт тебе вовсе не тайное имя, а твоё уже будет знать. И тогда он обретёт над тобой власть, а ты, Риа, станешь перед ним полностью беззащитной.

XXV

Ярвенн

И вздумалось же перед самым рассветом искать ведьму в Забытом Лесу! Я подозревал, что она не настолько глупа, чтобы прятаться здесь, но всё равно прошёл путь от начала до конца. Под каждый куст заглянул, в каждое дупло сунулся и даже корни деревьев проверил. Напрасно. Ни самой Скейды, ни её артефакта так и не обнаружил.

Ания — симпатичная светлокудрая драконесса из службы квизари, — сообщила, что даже следов ведьмы не находят. Такое бывало, если подозреваемый, например, сбежит через редкий внутримировой портал. Поэтому ещё трое драконов — муж Ании Рик, их сын Ильгер и тот белый, что всех допрашивал, Лерд, — проверяли, не шагнула ли ведьма куда-нибудь в замёрзший ручей, который на поверку окажется вовсе не ручьём.

Я ещё раз оглядел лес, укрытый снегом, как чистой простынёй. И задумался, перешагивая через обледеневшее бревно, почему здесь так тихо. В книжной истории на меня обязательно набросились бы сзади. Хрустнешь веткой дерева — и всё, нечистая сила разбужена… На всякий случай я материализовал ледяные копья. Порой жизнь оказывается столь заковыристой, что куда там книге!

Взять хотя бы принцессу. Я мог бы поклясться, что она всерьёз испугалась за меня там, под горой Краснобородого Феки. Бросилась на помощь, забыв о себе, и чуть было не получила стрелой в спину. До сих пор, как вспоминал, руки сжимались в кулаки. Я не хотел быть жестоким с теми людьми, они и так довольно натерпелись. Но стрелять в спину девушке, да ещё и фее?! Такое я не спустил бы с рук никому.

Потом всё как-то быстро завертелось. Если б я мог пригласить Риатэль в гости, поговорить спокойно… Но нет. Принцессу, которую я жаждал назвать своей, утащила с собой её свита. А я остался со скверным ощущением собственного бессилия. Неужели Риатэль совершит брачный обряд с крылатым паршивцем? Она даже не знала, каков он на самом деле, а скажешь — ни за что бы не поверила!

Я остановился, глянул на свои сжатые кулаки. Всей физической силы и ледяной мощи не хватит, чтобы удержать одну маленькую фею. Тут нужно было орудие потоньше, поизящнее.

— Ищете улики, Ярвенн?

Ещё при первых звуках чужого голоса мои копья угрожающе нацелились на его обладателя. Обернувшись, я увидел, как Хэг миролюбиво выставил перед собой ладони. На руках у него были белые перчатки.

— Вы бы не подкрадывались, — буркнул я, распыляя копья. — Так ведь можно и в замороженного дракона превратиться.

Хэг только рассмеялся в ответ, опуская руки.

— Я успел бы растопить лёд.

— Вряд ли. Сейчас, когда перстень не тянет мою силу, — я посмотрел на алмаз, сверкавший в лучах раннего солнца, — её стало ещё больше. Похоже, всё, чего недоставало моим предкам, из-за чего они, в конце концов, проиграли борьбу магам Вэйри, передалось мне.

— Это радует, — Хэг приблизился ко мне своей тихой, неторопливой походкой. Вблизи можно было разглядеть, какой у него утомлённый вид. — Значит, так просто Скейда вас не одолеет. Даже с помощью своих чудовищ.

— Возможно, — я повернулся и зашагал прочь из леса. Под ногами искрился и хрустел снег — впору бы снежки лепить, да только не в этом подозрительном месте.

Хэг не отставал от меня. Я недоумевал, зачем он прилетел — ведь то, что поиски ведьмы не продвигаются, я знал и от квизари. А обо всём остальном мы успели потолковать раньше. Но едва собрался спросить, в чём дело, как дракон заговорил:

— Есть опасность, о которой я хотел предупредить вас. Этот артефакт… снейфнег… он интереснее, чем мы думали.

— Интереснее? — переспросил я, отводя ветку, снегом посыпавшую мне плечи. Деревья были черны, словно покрыты копотью, и за всё время, что я тут провёл, не заметил ни одной белки или лисы. Не слышал дятла, который со стуком собирал бы шишки. Лес словно вымер. И мне это совершенно не нравилось.

— Вы слышали о пространственных артефактах, которые могут создать комнату или целый дом? Или даже огромный кусок земли размером с остров. Нет, я говорю не о таких грандиозных артефактах, как Замок, принадлежащий Дэйнхару и моей сестре. Я имею в виду совсем небольшие предметы, способные, между тем, создать целое подпространство. И уместить в нём кучу всего, что потребуется.

Я покосился на Хэга. Он казался озабоченным, но это не мешало ему говорить о снейфнеге с неким исследовательским интересом.

— То есть, при этом сам артефакт не увеличивается? — спросил я, чувствуя себя немного глупо. С другой стороны, в сказках ни о чём подобном не писали.

Хэг покачал головой и с силой потёр лоб ладонью в белой перчатке.

— Нет. И это значительно упрощает задачу Скейды. Она могла спрятать снейфнег в любом месте, ведь он мал, и найти его будет очень и очень непросто. А сама укрылась бы внутри.

— Вот оно что. А если уничтожить снейфнег?