Принцесса и маг зимы, или Переписать судьбу (СИ) - Дельвейс Вера - Страница 17

— Посмотрим? — в голосе мамы явственно прозвучала тревога. — Дааль, вы собрались проводить какие-то опасные эксперименты с нечистью? Что, если он навредит вам… как тогда?!

— Ну что вы, Мэйя, — отец обнял её, привлёк к себе. — Демон, скорее всего, будет меня слушаться. А даже если вырвется, то не посмеет ничего сделать. У меня есть ещё и специальная формула защиты, так что не беспокойтесь, моя золотая любовь!

— Я всегда беспокоюсь о вас, милый друг, — тихо отозвалась мама. — С тех пор, как мы вместе… фея и дракон с тёмным даром… Такого ведь не случалось в истории нашего мира. Иногда я думаю: что, если мы нарушили какой-то высший закон? И потеряем друг друга рано или поздно?

— Мне нет дела до законов, когда речь идёт о любви, — отец помолчал и решительно закончил: — И я никому не позволю отнять вас у меня.

Мама только вздохнула, прижавшись к нему. Наступила тишина, но я не сомневалась, что они обменивались мыслями, как это часто бывало. А затем отец, словно повеселев, добавил:

— Я слышал, что на Земле есть выражение: «Слабоумие и отвага». Так говорят про героев, но вы же знаете, что я не герой! Так что всё продумано, и всё будет хорошо!..

Герой или нет, но сейчас отец держал эту тварь на невидимом поводке. Я глазам своим не поверила, увидев, как опутанный заклинаниями демон становится на четвереньки и замирает, уткнувшись бугристым лбом в снег. Огромное мускулистое тело дрожало от напряжения, как струна, но тьма заключила демона в кокон, который он разорвать не мог.

Отец с торжествующим видом посмотрел на нас. И мне почудилось, будто черты его лица исказились, а белые зубы вытянулись, словно клыки. На несколько мгновений благородный Хэг-Дааль и сам сделался похожим на демона… или во мне говорил пережитый когда-то страх?

— Портал! — выдохнула Келли рядом со мной, ёжась от мертвенного холода. — Он открывается!

Тьмы оказалось так много, что ткань миров не выдержала и расползлась, являя нашим взорам огромную дыру. Но через эту дыру проглянул вовсе не мрачный остров, где под землёй таился Источник. Нет, похоже, это были какие-то другие края.

Я обхватила себя руками за плечи. Значит, или открыть портал в определённое место нельзя было, или… в прошлое вернулся не отец, а, получается, всё же Ярвенн.

— Когда уйдёт этот ужасный демон? — пискнула Линлейт, возглавлявшая мою свиту. Феям было страшно; кто-то не выдержал и закрыл лицо руками, другие прятались друг за друга.

— Они не уходят, не получив хотя бы каплю крови, — объяснила Келли тоном знатока. — Смотрите, отец даёт ему кровь. Совсем чуть-чуть. И скоро демон провалится в Нижний Мир, откуда и явился.

Я молча смотрела, как демон рычит, пытаясь сопротивляться, требуя ещё крови. Он жаждал вырваться на волю, хотел мучить и терзать чужую плоть, а затем выпить душу. Но воля моего отца была сильнее; он говорил заклинания одно за другим, и, перестав биться в коконе из тьмы, нечисть с утробным воем исчезла. Сразу стало гораздо светлее, тучи разошлись, и я всей грудью вдохнула посвежевший воздух.

— Всё, портал готов, — улыбаясь своей обычной солнечной улыбкой, громко объявил отец. Ранка на его ладони перестала кровоточить и затянулась — это тоже была часть ритуала. — А готовы ли вы?

И странное дело — мне показалось, что он обращался не только к нам, но и к кому-то ещё. И взгляд его скользнул в сторону леса. Я оглянулась, и пусть не заметила никого, однако тревожное предчувствие уже вползло в мою душу.

Что-то должно было произойти.

XVII

Ярвенн

Мне, как магу зимы, было легко укрыться в заснеженном лесу среди сугробов, и оттуда я смотрел, как Хэг прощается с дочками. Принцесса, которую я недавно спас, в отличие от Келли, не повисла у отца на шее, а попрощалась с ним довольно сдержанно. Демон её напугал, что ли?

Перед глазами так и вспыхнуло воспоминание. Одним только арифанийским богам Тээгру и Эгру было известно, что заставило меня в ту ночь выйти из дома. Может, какое-то непонятное чутьё, но почему оно оказалось связанным с феей, которая до сих пор приносила одни неприятности?

— Больно, — донеслись до меня тонкие всхлипы и стоны. — Больно… Моя голова… мои рёбра… живот… Везде больно… Помогите…

Я наклонился над этой золотой бабочкой в снегу. Окажись я таким подонком, каким она меня считала, посмеялся бы и оставил её умирать. Это ведь по милости Риатэль горожане во главе с недоумком-булочником смогли меня одолеть и привязать к дереву.

Но как бы я её бросил? Только последний мерзавец не спасёт беспомощную девушку, даже если она его подставила. В конце концов, она сделала это не нарочно.

— Помогите, — вздрагивая, снова простонала Риатэль, когда я осторожно выудил её из снега. — Больно…

Я приблизил её к глазам и внимательно осмотрел: никаких повреждений не было. Во всяком случае, внешних. Может, принцессу уберегла её наполовину фейская, наполовину драконья природа? Я держал её в ладонях, думая, что должен был ненавидеть Риатэль, как своего врага. Но отчего-то чувствовал только желание спасти её. Откликнуться на просьбу о помощи.

А потом Риатэль вдруг увеличилась, крылья её пропали, как и слабое сияние. И я оказался в предрассветной темноте с бесчувственным телом на руках. Голова Риатэль откинулась назад, и я увидел её белое, беззащитное горло, чуть прикрытое разметавшимися волосами. Грудь слабо вздымалась в такт её дыханию, и пару мгновений я не мог оторвать от этой девчонки глаз…

— Ваши Высочества, нам пора, — писклявый голосок феи пробудил меня от воспоминаний. Я снова взглянул в сторону портала, куда ушли Хэг и двое сопровождавших его. Осталось дождаться, пока принцессы, свита и та светловолосая драконесса, Кэрхильд, покинут Карвалийские горы. И самому шагнуть в портал, чтобы заняться своими делами.

Феи о чём-то совещались. Зазвучал мелодичный голос Риатэль:

— Давайте прогуляемся в лесу! Здесь сказочно красиво!

Я нахмурился. Непредвиденные осложнения! Что, если портал закроется или станет нестабильным? Никто не обещал, что он продержится долго. Всё это начинало не на шутку меня беспокоить.

— Нет-нет, Ваше Высочество! Надо поскорее лететь обратно! Ещё простудитесь, и ваша мама будет недовольна!

Услышав это, я мысленно согласился: «Да, принцесса, порхай обратно к мамочке. Ты уже достаточно мне навредила!»

Постепенно я стал подбираться ближе к порталу, следя за Риатэль и её сопровождением. В мою сторону они не смотрели, и это радовало. Столкнувшись с ними, я неизбежно потерял бы ещё полчаса либо на объяснения, либо на магический поединок. Ни того, ни другого я не планировал. У меня была цель поинтереснее — цель, можно сказать, всей жизни.

Избавиться от чар, которые привязали мою магию к алмазному перстню.

За пазухой у меня лежало огненно-красное перо. Скейда и вправду то ли родилась в моём мире, то ли успела побывать там. Потому что в лесу, под корнями старого дуба, ведьма хранила перо, вырванное из крыла Краснобородого Феки.

Спасибо Рэйбу, который украдкой следил за ведьмой! Этот паренёк куда хочешь нос сунет… Так и меня несколько дней назад привёл к тайнику.

«Краснобородый Феки зачаровал алмаз, — вспомнил я слова матери. — Мы с отцом были уверены, что это он. Ведь больше никто в нашем мире не обладал такой магией! А потом алмаз очутился в твоей колыбели, сынок. И за всем этим стоял клан Вэйри…»

С магами весны, которые вынудили родителей бежать в драконий мир, я хотел разобраться позже. Там явно крылась тайна, о которой не знали ни отец, ни мать, иначе рассказали бы мне. Чем наша маленькая семья заслужила столько ненависти, пусть даже я отметился магией ещё в колыбели? Неужели клан Вэйри боялся грудного младенца?

Но это всё потом. Прежде всего, нужно было найти Феки. Заставить его снять чары с алмаза. Расспросить про ведьму…

Оказавшись в пяти шагах от портала, я услышал рядом колокольчиковый звон фейских крыльев. Вот же демон их побери! Меня задержат, а там и переход закроется, не вечный! Я громко выкрикнул: