Осинка. Чужая сила - Арсланова Саша - Страница 44

– Тиерээниоо таалос, – выговаривала букву за буквой, вслушиваясь в слова, перебиваемые резкими порывами ветра. – Иерииэлио Эртэвелл!

И следом за моими словами замерло все вокруг, будто и не было только что ледяной вьюги. Только ширилось что-то в глубине скалы. Что-то черное, страшное.

Повернулся к нам Грегг, удерживая на привязи демона:

– Спасибо, друзья! Эйр!

И счастливо засмеявшись, шагнул в открывшийся проход. Казалось, я глаз с наставника не спускала, но момент, когда Дагора с ним не оказалось, не заметила. Только что был – и уже пустые цепи тянутся в черный провал. Но задуматься об этом я не смогла: моя сущность потянулась вслед за учителем. Я стряхнула с себя тяжелые руки и шагнула вперед. Эйр за спиной силился удержать, но я чувствовала, что сейчас я сильнее.

Тьма перехода звала меня, тянула к себе, обещая радость и дом. И я ей верила! Пока перед глазами не встал надоедливый демон, ухмыльнулся, по обыкновению, и одними губами сказал: «Отдай добровольно». И я вдруг поняла, что кричал мне Эйр за спиной, что пытался объяснить Грегг перед ритуалом.

Я испуганно повела глазами, а потом потянулась внутрь себя, прижав руки к груди, и отпустила Тьму. Туда, в черный проход, туда, где был ее дом. И разом оставили силы, а я обмякла в руках Эйра, продолжая смотреть, как множество черных теней засасывает в провал, а Прародители держатся из последних сил, запирая силу прохода внутри кокона.

Только не успела увидеть, как ушел Дагор. Я вздохнула – не успела опять поблагодарить его за помощь и увидеть в ответ знакомую ухмылку.

Эйр, уложив меня прямо на снег, снял с головы корону, зашептал что-то и переломил ее в руках. Оглушительный грохот разрушил безмолвие ущелья, повалились камни с вершин вместе со снежными пластами, засыпая дыру между мирами и нас заодно. Эйр упал сверху, закрывая меня от булыжников, кричала что-то Терра, пытаясь остановить камнепад, а я просто закрыла глаза, представила свой лес и улыбнулась. Вот уж кто меня, наверное, заждался! Вдохнула поглубже… Да и открыла глаза в полной тишине. Только знакомые родные звезды ярко сверкали над головой, а рядом, тяжело дыша, лежал изумленный Эйр и смотрел на небо.

– Где мы? – прохрипел он.

Я села, отряхивая снег с платья, здесь было уже совсем тепло. И ответила:

– Кажется, теперь почти дома.

И зашептались за моей спиной деревья, затрещал Лес в глубине:

– Вернулась! Вернулась! Осинка!

А я повалилась на траву рядом с Эйром, радостно хохоча. Никуда лесная сила не делась, здесь меня ждала! Вот я над Тахо-то посмеюсь, когда он поймет, что так от меня и не отвязался!

Эпилог

Я сидела, жевала бабушкин пирог с капустой и жмурилась от счастья. Конечно же, завтра начнутся расспросы, мама отведет в сторонку да строго потребует все-все рассказать. А я и расскажу. Уж больно она жалостливо на мои волосы глядит, посеребренные да обстриженные. И вздыхает тяжко, если думает, что я не вижу.

Ощупали меня всю: и похудела, и заморенная стала. Эйр только глядел виновато, не с руки ему с родственниками спорить. Братья за него всерьез взялись. А что он хотел? Я не сирота, чай, пусть терпит, раз со мной пошел. Я не звала. В лесу много тропинок было. Выбирал бы любую.

Я жевала да посматривала, как братья Эйров меч разглядывают, они такой металл еще не видали. Я им потом про заговоренную сталь расскажу! Эх, жаль потерянные клинки! Даже на месте еле усидела – не поняла старшая родня, если б сейчас с места соскочила, с мальчишками во двор понеслась. Это я раньше могла. Теперь надо ждать, пока снова привыкнут.

– Осинка, – подсела ко мне мама, – куда гостя дорогого селить будем?

– Так пусть пока в клети поживет, а там сам разберется. Он ведь, – я склонилась к маминому уху, – раньше во дворце жил!

Мама ахнула, глянула строго и побежала новую постель стелить для Эйра, ту, что мне в приданое собирала. Да не в клети, я погляжу, а на своей стороне дома.

Я, может, и посмеялась, если бы понимала, что мне теперь с целым Прародителем делать. Так ведь и не отстанет. Я вздохнула и пошла на стол накрывать. Хорошо дома, приятно делать обычную работу. Ходить от печи до стола.

Родственников собралось – половина деревни. Бабка Асафа вон тоже пришла, хотя из дома несколько лет не выходила. Всем хотелось поглядеть на чудо из чудес – Великий Отец Воздух да Осинка непутевая, домой вернувшаяся. Эйр знай старался – и шуточки шутил, и басни рассказывал, а что ему, он тоже за гранью наскучался. Только и слышался шумный гогот за столом, а я сидела разморенная и счастливая. Как там дальше жизнь повернется? Не ведаю, но сейчас я наконец-то добралась до дома и, надо думать, здесь пока и останусь.

– Пап, – прислонилась я к родному плечу, – а где Яромир? Что-то не видела его, – старший брат обычно всегда подле отца был.

– Так он за волком пошел, говорит, шубу невесте справит к осени. Как раз после Представления и свадьбу сыграем.

– Неужто нашлась любимая?

– Ну а то ж, – погладил усы отец.

– С волком этим странно все приключилось, – стал рассказывать дядька Можай, – повадился скот таскать прямо из хлева! А две ночи тому назад и вовсе в лесу на молодого охотника из Лесовины напал, подрать – подрал, но хоть не убил. Его брат твой нашел, помог, до дома своего довел. А вчерась они, значит, друг с дружкой сговорились поймать зверя да на шубу пустить. Пусть их, дело молодое.

Отец подлил мне сидра в кружку, хотя и без сидра, поди, щеки горели.

– Батюшка-Ветер, – прошамкала беззубым ртом бабка Добролика. И я захихикала. Смотрелся Эйр этаким внучком, никак не батюшкой. Только он приосанился и глянул так, что смеяться расхотелось. Да… С кем я играть удумала? Ему ж лет…

– И чегось вы с Осиной нашей делать удумали? – продолжила бабушка, и мои уши, наверное, заалели вслед за щеками. Вот всегда она так, в лоб!

– Жениться собираюсь, – ничуть не смутившись, ответил Эйр, а я уже готова была под стол провалиться: это ж надо такое при всей родне ляпнуть! Какое замуж? Куда мне?

Тихо стало сразу, только отец положил руки на стол да сказал:

– Ну… Уж коли Осинка согласна…

– Я… я не… – договорить мне не дали – распахнулась настежь дверь, впуская свежий вкусный воздух, и в избу, галдя, ввалились румяные охотники.

– Что за праздник? – громко спросил Яромир, скидывая с себя куртку да отстегивая ножи, а потом как заорал: – Осинка! Неужели ты? – подскочил, вытащил меня из-за стола и давай мять со всех сторон.

– Раздавишь, – засмеялась я, а сама и рада была: братьев своих я любила сильно. Неужели я дома?!

– Тебя уж теперь точно одной рукой переломить можно, – ответил брат, а потом развернул к двери и сказал: – знакомься, сестра, друг мой, спас я его один раз, да и он мне сегодня отплатил тем же.

Повернулся ко всем и продолжил:

– Отец, теперь он всегда желанный гость в нашем доме!

Увидела я сначала побледневшего Эйра, а потом извернулась из-за спины брата, да и рот невежливо открыла.

– Знакомься, Осина, это Дагор, говорит, теперь у нас в деревне поселится.

А я молча смотрела в знакомые и совершенно ведь наглые смеющиеся глаза. Да…