Цена славы (СИ) - Кас Оксана - Страница 22

— Что за… — выдохнул он, кое-как проглотив кофе.

Достать эту фотографию законным путем у Диспатч не было и шанса. И Арин, каким бы человеком она ни была, не отдала бы подобный кадр самостоятельно. Это буквально селфи из постели. Дан выглядит не слишком довольным, Арин прижимается щекой к его плечу. И, хотя ничего запрещенного на фото не видно, сразу понятно, что в постели они лежат раздетые — обнаженные плечи у обоих, ни малейшего намека на лямки топа у Арин.

Она бы сама ни за что не отправила это фото. Могли ли это сделать UQ? Сомнительно, потому что Арин — их главная звездочка, они не стали бы так портить ей репутацию. У Person вообще нет доступа к таким фотографиям — Дан не делал селфи даже с одетой Арин. Ее взломали? Но обычно взлом связан с требованием выкупа, неужели Арин не захотела платить? И, если это касается их обоих, то почему с подобными требованиями не обращались к Дану? Диспатч, хотя и является официальным СМИ, нередко публикуют информацию, полученную не совсем честным путем, но это…

Дан пробежался глазами по статье. Там не было указано, что они расстались, лишь короткая информация о том, что познакомились во время подготовки номеров для МАМА в прошлом году, начали встречаться практически сразу. Не было ни одного фото с их свиданий, но было еще одно селфи, сделанное Арин. Уже приличное — просто их фото в зеркале в том доме, который Дан снимал перед Новым Годом.

Дан свернул браузер и зашел в Garnet. Разумеется, тем с обсуждением данного события было полным-полно, но самая популярная — откуда у Диспатч эти фото? Так как фанатов, в целом, готовили к вероятности отношений у их любимчиков, новости об отношениях обсуждали печально (не им достался), но без агрессии по отношению к Дану.

Он бегло просматривал комментарии, пытаясь оценить настроения фанатов, но ближе к концу длинного обсуждения стали появляться упоминания переписки. Внутренне похолодев, Дан развернул вкладку браузера, обновил сайт Диспатча… Статья гласила: «Подробности отношений Даниэля Хана и Арин». И в самой статье были скрины переписки. Пока что не Дана и Арин, а Арин с подругами. Первый — где она шутливо восхищается тем, что ее после первого свидания везут обратно в общагу, а не в отель, а другие скрины — восхищение от первой ночи вместе.

Дан почувствовал, как внутри него стыд смешивается со злостью. Какого черта? Вываливать подробности его личной и сексуальной жизни на страницах популярного интернет-СМИ — это вообще нормально? Что еще Арин могла обсуждать с подругами в переписке, кроме общих впечатлений? Они и это сделают достоянием общественности?

Дан вздрогнул, когда стул напротив него отодвинули. Джиён.

— Я понимаю, разведчик со стажем, все дела, но можно хотя бы дома ходить погромче? — возмутился Дан.

— Обычно ты меня слышишь, — улыбнулся тот, садясь на стул, — Но я учту. Я так понимаю, меня разбудили по той же причине, по которой ты сидишь в столовой в восемь утра?

Дан нахмурился:

— Вас разбудили из-за новостей о моих отношениях?

— Нет, меня разбудили, потому что кто-то новостью о твоих отношениях тушит последствия скандала Phoebe и смерти Джэрёна.

Аж зарычать захотелось. Потрясающе — он еще и стал способом перевести стрелки с одного события на другое. Его желание рвать и метать прервал звонок телефона. Сонхи.

— Менеджер Арин уволился одним днем и унес ее телефон, — сказала она сразу, без приветствий и уточнений. — Судя по всему, у Диспатч есть доступ ко всем материалам в ее телефоне — фотографиям, переписке, вообще всему.

Дан откинулся на спинку стула, а потом перевел разговор на громкую связь:

— Скажи еще раз про менеджера, со мной Джиён.

Сонхи быстро рассказала все, что знала, в том числе — имя этого менеджера. Джиён тут же вышел на веранду — давать указания своим. Дан же поднялся наверх, к папе. Из-за этого, ожидаемо, проснулся весь дом. Бабуля, тетя и мама возмущались произошедшим, Мэри ржала, двойняшки пока вообще не поняли, что произошло, потому что ни слова не понимают по-корейски, а большая часть разговоров об этом событии велась именно на корейском.

Через два часа адвокаты Дана уже выехали работать — один в полицию, второй в офис Диспатч, а люди Джиёна смогли высадить менеджера Арин из самолета, который вот-вот должен был вылететь в США. Дан все же созвонился с Арин, но мало чего смог от нее добиться — она просто ревела, потому что за время всех этих разборок было опубликовано еще несколько скринов переписки, которые не самым лучшим образом ее характеризуют — там Арин обсуждала с подругами, что Дан в нее не особо влюблен и ей нужно сильнее его к себе привязать.

Как легко догадаться, основной хейт в сети как раз на Арин и был нацелен. Обсуждали и то, что она вообще встречалась с Даном, и что спать вместе они начали так быстро, и что она с девочками его так обсуждала, будто он какой-то трофей. Ближе к обеду Диспатч выложили еще и скрины, где Арин рассказывает, что за время совместного отдыха они почти и не разговаривали, больше занимались сексом.

— Убью, — мрачно пообещал Дан, — прочитав это.

— Кого? Арин? — со смешком поинтересовалась Мэри.

— Нет. Того, кто продолжает это публиковать.

Тетя захихикала. Мэри не понимает по-корейски, она еще не читала последнюю статью.

— Честно говоря, это точно не та информация, которую я про тебя хотела бы знать, — сказала тетя.

— Тогда не читай, — хмуро посоветовал Дан.

— А что там такое написали? — оживилась Мэри.

Тетя снова захихикала, Дан недовольно встал и с телефоном вышел на веранду — написать еще одно сообщение адвокатам. Кто знает, что еще Арин обсуждала с подружками в переписке? Хватит и того, что теперь половина Кореи обсуждает его либидо.

Злился ли он на Арин? Немного. То, что она обсуждала все эти вещи в переписке, было неприятно, но не стало таким уж сюрпризом. То, что он жуткий параноик, вовсе не значит, что все вокруг так же относятся к сохранности личной информации. У него у самого в группе те еще… бесстрашные люди есть — как оказалось, Нана Минсоку иногда эротические фотки шлет. Страшно представить, сколько у него компромата на нее в телефоне.

Больше Дан злился на тех, кто скрины этой переписки публикует. Судя по всему, это было реально проплачено кем-то влиятельным, потому что Джиён, в итоге, уехал на работу, пытаться по-быстрому раскрутить того менеджера.

Сейчас адвокаты Дана угрожают Диспатчу огромными исками, но пока это не остановило поток публикаций, которые все больше рассказывают о Дане и все глубже закапывают репутацию Арин. Так что Арин было даже жаль. Дан из этого «скандала» выйдет максимум со славой «плохого парня», что у мужчин редко считается минусом, а вот Арин…

В три часа Дану позвонил Сону и предложил выйти в эфир, рассказать правдивую историю самостоятельно, чтобы публикации Диспатч перестали казаться откровением, а стали именно тем, чем они и являются — разглашением личной информации.

Дану предстояло найти, где выйти в эфир. В этот дом переезжали в спешке. Ремонт только в общей комнате, практически нет личных вещей, и уж, тем более, здесь пока нет закутка, где можно комфортно и красиво провести трансляцию. У Дана и дополнительного освещения с собой нет. В итоге, устроился в той комнате, которую назвали «игровой». Бильярдный стол и телевизоры бывшие хозяева забрали, но часть мебели осталась. Дан потратил минут двадцать, чтобы приготовить все, периодически чертыхаясь себе под нос. Предупредил о стриме. Спустился в гостиную, хотел сделать себе кофе, но бабуля вручила ему бокал с каким-то отваром, отругав за то, что он за день выпил уже шесть чашек кофе. Бабулю поддержала мама, так что Дану пришлось идти к ноутбуку с кружкой чего-то травяного.

— Добрый день, — немного неуверенно начал он, подключив видео.

Люди собирались стремительно. Кто-то в чате поздравлял всех с Новым Годом. Дан рассеянно осознал, что это у него вся драма разворачивалась в первый день 2020, а кто-то читал все эти новости еще в 2019 году.