Почти невеста - Фэйзер Джейн - Страница 57

Она оглядела переполненный, ярко освещенный зал и увидела мужа в дальнем его конце. Он смотрел прямо на них и, казалось, читал их слова по губам. Она почувствовала, как кожа на ее затылке похолодела. Его лицо было сумрачным, глаза казались непроницаемыми.

– Почему он иногда выглядит вот так? Таким угрюмым, – пробормотала она почти про себя.

– Не уверен, что понял вас, мадам.

– Поняли, – упрямо возразила она. – Вы знаете его лучше, чем кто бы то ни было, и прекрасно улавливаете, что я имею в виду. Иногда мрачное настроение находит на него, и тогда лицо его принимает такое выражение, будто он где-то далеко, в неизвестном мне месте.

– Возможно, это имеет отношение к его сестре, – осторожно высказал предположение Джордж.

Она с изумлением взглянула на него:

– У него есть сестра? Он никогда ничего не говорил о ней. Как и о каком-нибудь другом члене своей семьи. Я думала, что у него никого нет.

– У него была сестра Шарлотта, – пояснил Джордж. – Она живет… жила во Франции, несколько лет назад вышла замуж за виконта де Вильфранша. Они были из королевского окружения в Версале. – Он покачал головой. – Не думаю, что она и ее муж пережили Террор. Джек поехал искать ее… Это было в прошлом году. Но вернулся он один.

Он задумчиво провел рукой по губам, прежде чем возобновить рассказ.

– Он говорил мне, что считает ее погибшей, но больше не добавил ничего. – Джордж вздохнул. – В его голосе было нечто такое, что пресекало дальнейшие расспросы. И знаете, Арабелла, я бы не стал поднимать эту тему, пока Джек сам не заговорит об этом.

– Разумеется, – ответила она.

Между ее густыми темными бровями пролегла морщинка.

– Благодарю вас, Джордж. Мне жаль, если мои вопросы смутили вас.

– Все в порядке… все хорошо, дорогая леди. Забудьте об этом, – сказал он, и в голосе его прозвучало облегчение, потому что допрос был окончен. – Я готов сделать все, чтобы вам помочь… всегда к вашим услугам. – Он отвесил ей галантный поклон.

Она наградила его улыбкой, оставила в амбразуре окна и направилась к мужу через весь зал. Джек холодно улыбнулся ей:

– Кажется, у вас с Джорджем был увлекательный интимный разговор.

– Едва ли, – фыркнула она. – В салоне не меньше сотни людей.

– Ну, может быть, напряженный, – согласился Джек, продолжая смотреть на нее подозрительно. – Могу ли я узнать, о чем вы говорили?

– О бесстыдном поведении леди Джерси, – с готовностью ответила она. – Принц еще не привез в Англию свою невесту, а эта женщина уже назначила себя фрейлиной принцессы Каролины. Ты слышал об этом?

– Слышал, – ответил он, ничуть не убежденный в том, что увлеченная беседа его жены и друга была посвящена именно этому.

Арабелле было нетрудно выразить вполне искреннее возмущение по этому поводу. По причинам, которые она предпочла бы не обсуждать в подробностях, бесстыдное бахвальство и болтовня леди Джерси о своем любовнике приводили ее в ярость. Это вызывало негодование большинства замужних женщин их круга, и, возможно, подоплека была та же.

– Она собирается превратить в ад жизнь бедной девушки, – продолжала Арабелла с презрением. – Ты же знаешь, как она обожает изводить жен своих любовников.

– Конечно, знаю, но ты то тут при чем? – спросил Джек с изумлением.

Леди Джерси в течение многих лет косила направо и налево мужскую часть общества, но Арабелле, жившей в деревне, не могло быть это известно.

Ее глаза сузились.

– У меня есть уши, и я способна слышать, – ответила она с некоторым лукавством, напомнившим ему прежнюю Арабеллу.

– Да черт с ними всеми. Поедем домой, – предложил он, положив руку на ее затылок. – Ты сегодня достаточно выиграла?

– Только шестьсот гиней, – ответила Арабелла со смехом, отстраняясь от его теплой руки.

– Этого вполне достаточно, – ответил он тихо. – После недели отсутствия я очень нуждаюсь в обществе своей жены.

«А я отчаянно нуждаюсь в компании мужа», – подумала Арабелла, испытав прилив энергии от его прикосновения.

Как только они оказались в экипаже, Джек потянулся к ней. Он привлек ее к себе на колени и принялся гладить ее обтянутую шелком ногу. Его ладонь, постепенно поднимаясь по ней выше и выше, оказалась под тонкой шелковой юбкой, скользнула под подвязку, которая обвивала ее бедра. Его пальцы добрались до теплого влажного углубления в ее теле, и она зашевелилась у него на коленях, дыхание ее стало прерывистым и шумным, а голова опустилась на его плечо, в то время как ноги невольно раздвинулись, как бы приглашая его. Он играл с ней с безошибочным пониманием того, что делает, доводя ее до пика наслаждения, и когда она перешагнула черту, то уселась верхом на его колени и принялась с лихорадочной скоростью расстегивать его бриджи, и тотчас же его горячий пульсирующий посох оказался у нее в руке, как только она выпустила его на волю. Она гладила его по всей длине. Ее пальцы, легкие, как крылья бабочки, постепенно сжимали его все крепче, и этот нажим усиливался до тех пор, пока она не услышала его стон.

Она слегка приподнялась и опустилась на него. Коляска тряслась и раскачивалась на булыжной мостовой, иногда попадая в выбоины, а Арабелла прикусывала нижнюю губу, в то время как ее плоть сжимала его орган, а она поднималась и опускалась в такт движению коляски.

Он обеими руками обхватил ее за талию, стараясь удержать равновесие, не спуская с нее глаз. Она провела языком по губам, потом склонилась к нему и поцеловала его в губы, и ее язык проник в его рот, а сама она сильнее прижалась к нему, вбирая его глубоко внутрь своего тела, так что он оказался в самой его сердцевине. Она оставалась совершенно неподвижной, чувствуя, что и он достиг предела, и поцеловала его еще более страстно. Прошло несколько секунд, прежде чем она поспела за ним, и наконец эти сплетенные тела расслабились. Она бессознательно прикусила его нижнюю губу, пытаясь удержаться от крика, когда экипаж накренился и резко остановился. Потеряв равновесие, она откинулась на сиденье в путанице юбок, рук и ног, с бедрами, влажными от соков любви.

– Господи! – пробормотал Джек, ощутив вкус крови на губах. – Ты, моя радость, прямо мегера, когда возбуждена.

Он помог ей приподняться и сесть, пытаясь привести в порядок ее юбки. Она беспомощно рассмеялась, когда форейтор открыл дверцу экипажа и заглянул внутрь.

– Кэвендиш-сквер, – доложил он, стараясь скрыть изумление при виде этой странной сцены.

– Благодарю тебя, Фрэнк.

Джек высвободился из складок ее юбки и выпрыгнул на улицу. Он протянул руку Арабелле и чуть не выволок ее из коляски.

Она ступила на тротуар и осознала, что корсаж ее съехал набок, юбки влажны, на них весьма сомнительные пятна, и они безнадежно измяты. Собрав все свое достоинство, насколько это было возможно, она раскрыла веер и поднялась по ступенькам крыльца, придерживая юбки рукой в перчатке. Она проплыла мимо Тидмауса, несколько высокомерно пожелав ему спокойной ночи, и проследовала через холл к лестнице. Джек шествовал за ней.

Собаки бросились приветствовать их, как только они вошли в будуар Арабеллы. Она, смеясь, опустилась в кресло и принялась их успокаивать.

– Что, ради всего святого, подумал Фрэнк? – спросила она, переводя дух. – Ты только посмотри на меня. Я вся всклокоченная, похожа на живую изгородь.

И в самом деле, шпильки высыпались из ее волос.

– А вы, сэр, не сочли нужным застегнуть штаны.

Джек в ужасе опустил глаза на свои бриджи, в то время как она согнулась пополам от смеха. Джек принялся, смеясь, торопливо приводить себя в порядок.

– К счастью, мне все равно, что думает обо мне прислуга.

Он подошел к двери спальни и открыл ее.

– Бекки, вы можете идти спать. Ее светлость ляжет сегодня без вашей помощи.

Сонная горничная вскочила со стула перед камином и присела в реверансе.

– Да, ваша светлость, если ее светлость уверена в этом.

– Ее светлость совершенно уверена, – сказал он твердо. – А теперь ступайте.