Почти невеста - Фэйзер Джейн - Страница 51

– Она только наполовину ему сестра, – поправил Джордж. – Я очень опасаюсь, друг мой, что у Джека теперь хлопот полон рот.

– Ему это не повредит, – возразил Фокс. – Но прежде всего мне хотелось бы знать, почему он на ней женился.

– Я и сам недоумевал, но теперь, когда я ее увидел… – Джордж не закончил фразы.

– Да, согласен она весьма необычна. Но ведь это Лэйси. Фортескью и Лэйси всегда были как масло и вода.

– Но нет таких скрижалей, на которых было бы написано, что такое невозможно, – заметил Джордж. – И мне бы хотелось продолжить знакомство с этой леди.

– Интересно, как она играет в карты, – задумчиво сказал Фокс, мысленно возвращаясь к своему наваждению.

– Думаю, как Лэйси, – предположил Джордж, широким жестом снимая шляпу и отвешивая Арабелле, проходившей мимо и опиравшейся на руку мужа, изысканнейший поклон.

Она ответила ему дружеской улыбкой, в которой не было ни тени искусственности. По правде говоря, было трудно предположить, что эта спокойная и безмятежная женщина окажется способной полностью пресечь сплетни. Она ясно дала понять, что ей известно все, что следовало знать о любовнице мужа, но что она мало интересуется его романом, если не равнодушна к нему вообще.

Джек молча проводил жену до экипажа. Форейтор, завидев их, вскочил с места, чтобы открыть для нее дверцу.

– Добрый вечер, ваши светлости… Он спустил для Арабеллы подножку.

Прежде чем сесть в экипаж, она потихоньку спросила Джека:

– Ты уверен, что не хочешь вернуться домой и поскандалить со мной как следует? Для тебя вредно кипеть. Не лучше ли выпустить пар?

– Будьте любезны сесть в экипаж, мэм, – обратился он к ней с преувеличенной учтивостью. – Дует холодный ветер.

Арабелла села, поблагодарив ожидавшего кучера, и была только наполовину удивлена, когда муж последовал за ней и сел напротив.

Он откинулся на спинку сиденья, сложив на груди руки, и с минуту в молчании созерцал ее, прежде чем заговорить. Тон его был обманчиво любезным, и в нем едва слышалось умеренное любопытство.

– Похоже, ты решила провоцировать меня, Арабелла?

Она с безмятежным видом смотрела на него через разделявшее их узкое пространство экипажа.

– Ты сам нарушил правила, Джек. Мы договорились, что наш брак по расчету будет абсолютно прозрачным. Я не стала бы соваться в твои дела, если бы ты не вмешивался в мои. А теперь оказалось, что ты вдруг ожидаешь, что я поведу себя, как какая-нибудь жеманная мисс, чьи нежные уши не могут выдержать разговоров о женщине, которая была твоей любовницей… Как долго, Джек, леди Уорт твоя любовница?

На мгновение Джек прикрыл глаза. Потом открыл их и ответил:

– Три года.

– У вас есть общие дети?

Казалось, любопытство ее было вполне естественным, и в ее тоне он не заметил и намека на ревность. Но разумеется, он и не хотел бы, чтобы она ревновала.

– Насколько мне известно, нет, – ответил он.

Она кивнула, потом сказала самым будничным тоном:

– Это все, что я хотела знать.

– Я в восторге слышать это, – откликнулся он с иронической улыбкой. – Можем мы договориться больше никогда не возвращаться к этой теме?

– О, не думаю, что могу это пообещать, – ответила она, задумчиво хмурясь. – Кто знает, что может случиться.

Она подалась вперед и положила свою руку в перчатке поверх его руки.

– Но обещаю, Джек, что я всегда буду сама любезность и дружелюбие по отношению к леди Уорт.

– Это как раз то, чего я опасался, – заметил он и посмотрел на нее, прищурившись. – Позвольте мне сказать вам, мадам жена, что вы полны сюрпризов, как змеиное гнездо, и эта ваша невинная улыбка и ваши обещания ни на минуту не ввели меня в заблуждение.

– У меня нет намерения заставить вас обманываться на мой счет, – запротестовала она. – Я просто хочу расставить точки над i и дать вам понять, что правила не изменились. Вы обещали мне, что Лондон станет моим пристанищем, и я собираюсь его сделать таковым.

Она принялась загибать пальцы один за другим.

– Кстати, ваши друзья мне нравятся. Оба они, мистер Фокс и лорд Кавена, обещали завтра же навестить меня. Принцы не произвели на меня ни малейшего впечатления, но терпеть их можно.

– Должно, – заметил он с суховатой улыбкой, теперь глядя на нее в каком-то гипнотическом оцепенении.

– Думаю, герцогине Девонширской следовало бы быть чуть цивилизованнее.

При этих словах он рассмеялся:

– Моя дорогая, герцогиня Девонширская, вне всякого сомнения, самая влиятельная и достойная особа в Лондоне. И если будет на то ее воля, может приобщить тебя к цивилизации, но, поверь мне, не стоит заблуждаться на ее счет.

– В самом деле? – спросила Арабелла со слабой улыбкой.

Потом вдруг атаковала его:

– Тебе не кажется странным, что родные моей матери из Корнуолла так и не ответили на мое письмо? Я писала им в августе, а нынче январь. – Она пожала плечами. – Конечно, теперь мне их ответ не важен. По правде говоря, я чуть не забыла, что написала им, но вдруг подумала, живы ли они. Как ты считаешь, уж не стерла ли их с лица земли какая-нибудь эпидемия?

– Понятия не имею, – ответил Джек.

Он протянул руку себе за спину и постучал в перегородку, отделявшую их от кучера. Экипаж остановился.

– Здесь я должен тебя покинуть. От Пиккадилли до клуба «Брукс» дойду пешком.

Он склонился к ней, запечатлел на ее лбу подчеркнуто холодный поцелуй и открыл дверцу коляски.

Арабелла откинулась на спинку сиденья и прикрыла глаза. Она чувствовала себя вконец измотанной. Когда она их снова открыла, экипаж остановился возле дома. Она вышла на улицу и поднялась по ступенькам к парадной двери. Холодный воздух вернул ее к жизни. У дверей ее ожидал ночной швейцар.

– Вам что-нибудь еще понадобится сегодня вечером, ваша светлость? – спросил он, закрывая за ней парадную дверь и запирая ее на засов.

– Нет, благодарю вас, Сайлас. Мне ничего не нужно. Не знаю, когда вернется его светлость.

– Едва ли до рассвета, мадам, – ответил лакей с многозначительным кивком.

Конечно, ему это известно, размышляла Арабелла. Он уже много лет в услужении у герцога и прекрасно знаком с его привычками. Она с улыбкой пожелала ему доброй ночи и направилась вверх по лестнице в библиотеку. Две свечи горели в настенных подсвечниках по обе стороны камина и неярко освещали эту часть комнаты, но стены, обшитые темными панелями, с рядами книг, утопали в тени. Она закрыла за собой дверь и с минуту постояла, прислонясь к ней, взвешивая последствия того, что собиралась сделать.

Кражей это не могло быть, потому что она собиралась забрать то, что принадлежало ей. Конечно, Джек будет возмущен тем, что она открыла его сейф и рылась в его личных бумагах. Но если она не будет ничего смотреть, а только возьмет свое письмо и снова запрет сейф, это будет значить, что она не хотела копаться в его секретах. Конечно, может статься, что он ничего и не заметит. Возможно, он даже не помнит, что у него хранится ее письмо. Если он не собирался его отправлять, то ему было незачем держать его при себе.

Арабелла подошла к письменному столу, едва слышно ступая, будто крадучись, хотя была в комнате одна, и единственным, кто бодрствовал, был ночной привратник, а он не мог оставить свой пост. Она присела к письменному столу и открыла ящик, где, как однажды видела, Джек держал ключ от сейфа. Она не сразу его нашла и принялась перебирать бумаги, пока ее пальцы не нащупали маленького выступа в дальнем конце ящика. Арабелла нажала на этот выступ, внутренняя пружина отделения подалась, и оно открылось. Ключ был в нем.

Она склонилась над столом, пытаясь открыть нижний ящик, где Джек держал сейф, вытащила маленький окованный железом сундучок и осторожно поставила его на стол. Ключ подошел и мягко повернулся в замке. Она подняла крышку и заглянула внутрь – там лежала пачка бумаг. Днем ее письмо лежало наверху, но сейчас его там не было, и ее пальцы неуверенно перебирали содержимое сейфа. Она не хотела трогать ничего, что не принадлежало ей.