Фенрир. Тетралогия - Райц Эмма - Страница 40

– Лея…

– Да…

– Лея. Лея. Лея.

Она резко открыла глаза. Будильник на тумбе ритмично пиликал, оповещая Лею о наступлении утра.

– Чёрт!..

Жалящее разочарование горячей иглой пронеслось сквозь тлеющее сновидение, рассеяв его остатки в пыль.

– Нет… Нет! Так нечестно!.. Почему?..

Сон был настолько реалистичным, что она продолжала испытывать сильное возбуждение, болезненно отдававшееся между ног. Лея закрыла лицо ладонями и перевернулась со спины на живот, уткнувшись в подушку.

– Так не бывает…

К счастью, она не знала, что в тот самый момент Андрей стоял под ледяным душем, безуспешно пытаясь прийти в себя после примерно такого же сна.

– Снова итоги квартала и снова… – Свят ткнул пальцем в экран планшета в строчку расходов «Прочее».

Лера закатила глаза и поставила свою цифровую подпись.

– Может, тебе пора уже успокоиться и поставить точку?

– Нет.

– Уже восемь лет прошло.

– И?

Свят вздохнул и откашлялся:

– Я думаю, это совершенно бессмысленно. Мы уже не найдём их. И, скорее всего, эта история всё же с фатальным концом.

– А я думаю… – Лера откинулась в кресле и сжала челюсти. – Я думаю, что ты не прав.

– Ты вцепилась в одно‐единственное обстоятельство с переводами денег. Но это могло быть что угодно! Их, например, схватили и потребовали выкуп. Но, получив перевод, похитители всё равно избавились от обоих. Или они действительно сбежали и хорошенько замели следы.

– Нет.

– Объясни. Я просто хочу понять, куда мы спускаем миллионы каждый месяц.

Лера встала с кресла и подошла к зеркалу в углу её кабинета. Долго рассматривала своё лицо, задерживаясь на еле заметных тонких морщинках в уголках глаз.

– Им не было смысла сбегать. Жизнь наладилась, на военные операции Арчи не летал. Да и Аня была слишком сильно привязана к Алисе, чтобы просто так взять и бросить её после случившейся трагедии. Я делаю ставку на рабство.

Свят поперхнулся и долго откашливался.

– Их схватили, в драке выяснили, кто такой Арчи… Он, конечно, не мастер восточных единоборств, но против любителей и уличной шпаны вполне мог выстоять. А потом… Его вынудили подчиняться, шантажируя жизнью Ани. Так что есть вероятность, что они до сих пор живут по правилам одного из десятка бразильских картелей. И ждут, когда мы их вызволим.

– Ты сама‐то в это веришь?

– Верю. Наши агенты за эти годы выяснили всё, что только можно было. Имена главарей, иерархии, бюджеты, торговые маршруты, сотрудничества, противостояния, личности в полиции и власти, прикрывающие преступный бизнес…

– И что тебе это даёт в поиске двух человек в стране с населением в почти триста миллионов?

Лера посмотрела на Санту. Глаза её подозрительно блестели:

– Это даёт мне надежду.

Повернувшись на каблуках, она резко вышла в коридор. И только по звуку её шпилек Свят понял, что Пики направлялась в оружейку, чтобы запереться внутри и просидеть там не менее получаса, приводя мысли в порядок. Он растёр лицо ладонями, опустил взгляд на стол и упёрся в старую фотографию. Там были они все. Все вместе. Счастливы, живы. Ещё верили в лучшее и не догадывались, какие испытания их ожидали…

– И что я должен делать? – Сатир сидел в кабинете Дениса и усиленно пытался понять, что тот от него хотел. – Нужно убрать Водолея?

– Это было бы шикарно. Не совсем то, что мне нужно… – Морок мысленно подбирал слова, чтобы пояснить суть задания. – Ты ведь не только телохранитель и снайпер. Ты отличный физиогномист.

– И?

– На допросах Герман ведёт себя крайне осторожно. Контролирует эмоции, жесты, взгляды. Сканер не дал однозначного ответа, врёт он или нет. Как и детектор лжи. Мне нужны твои глаза и интуиция.

– И одежда с мотоциклом.

– Поостришь с кем‐нибудь ещё. Тут вопрос государственной важности.

Сатир состроил кислую мину и прошёлся пальцами по рыжеватой двухдневной щетине с редкой проседью.

– Ты на полном серьёзе считаешь, будто я смогу выявить то, что оказалось не под силу сканерам, улавливающим малейшие движения?

– Да. Одно дело – сидеть на допросе под прицелом техники. И совсем другое – расслабиться и не знать, что за тобой кто‐то подсматривает.

– И как я должен подсматривать? Ты не думаешь, что он при мне тоже будет ходить по струнке?

Морок усмехнулся и загадочно произнёс:

– А кто сказал, что он будет в курсе твоего присутствия?

Саид свернул с проезжей части на подземную парковку ЦУМа и припарковался среди премиальных автомобилей, глянув на часы.

– Ты идёшь?

От внезапного вопроса Вики он вздрогнул и посмотрел в зеркало заднего вида.

– Я?

– Ты видишь тут ещё кого‐то? – она улыбнулась и уставилась на него в ответ. – Насколько я помню, среди твоих функций не только доставка меня до пункта назначения, но и сопровождение…

– Э… Да… – Трюкач представил, как следующие часа три будет бесцельно бродить следом за ней по бутикам…

Но Вика управилась чуть больше, чем за час. И к его облегчению, спросила, что он думал по поводу наряда, всего однажды.

– Домой?

В этом царстве китчеватой роскоши Саид ощущал себя не слишком комфортно, постоянно ловя заинтересованные или оценивающие взгляды проходящих мимо девушек и женщин. Пару раз он видел, что Вика тоже замечала внимание к нему и забавно усмехалась.

– До комендантского часа ещё много времени. Может… Не хочешь?.. – она кивнула в сторону большой витрины с сотней вариаций свежих соков.

Саид с сомнением нахмурил брови.

– Я угощаю. В честь Дня Рождения.

– Что? У тебя День Рождения?!

– Ага… – Вика устремилась к прилавку, на ходу помахивая рукой продавцу. – Мне зелёный смузи со шпинатом. И… – повернувшись к Саиду, она вопросительно замолчала.

– Э… Не знаю. Апельсиновый?..

– Или ананасовый?.. – девушка расхохоталась, закрыв лицо ладонями.

Трюкач запрокинул голову, сдерживая зубной скрежет.

– Апельсиновый.

– Сделайте, пожалуйста, цитрусовый микс моему стеснительному телохранителю.

Спускаясь обратно на парковку, Саид как бы между делом уточнил:

– Будешь отмечать в выходные?

– Неа… Вообще не буду отмечать в этот раз.

– Почему?

– Нет настроения, – Вика задумчиво размешивала остатки смузи трубочкой. – А ты? Каждый год празднуешь?

– Ну… Я не отмечаю в привычном понимании этого слова.

– Да? А как?

Саид пожал плечами, глядя на сменяющие друг друга цифры над створками дверей:

– Выезжаю с приятелями на трек погонять. Или, если повезёт, то на загородные гонки.

– О… – Вика подняла на него удивлённый взгляд. – Ты любишь гонки?

– Ну да.

Закинув с десяток пакетов в багажник, Саид привычно открыл заднюю правую дверь, но его временная подопечная внезапно уселась на переднее пассажирское сиденье.

– Понятно…

– Прокати меня с ветерком!

Трюкач хмыкнул и покачал головой:

– Извини, не могу.

– Почему?

– Потому что это служебная машина. Она напичкана датчиками. Любые неоправданные превышения скорости потребуют от меня объяснений. И «вы знаете, у Виктории сегодня День Рождения!» не прокатит.

– А как же «желание клиента – закон»?

– Только не в «Фениксе». Тут «безопасность клиента – закон». А беспричинная скоростная езда как‐то с ним не вяжется. Прости, – Саид с некоторым оправданием улыбнулся имениннице и выехал на хмурые московские улицы.

– А ты мог бы прокатить меня на своей личной тачке?

– Нет.

– Почему???

– Правда, ничего личного. Я действительно не могу. Иначе рискую быть уволенным.

– За что? – Вика не сдавалась, хотя уже начинала ощущать смутную неловкость из‐за своей навязчивости.

Саид уже открыл было рот, но вовремя вспомнил, что предыдущий их диалог не отложился в памяти Вики…

– По правилам «Феникса» агентам запрещено вступать в личные взаимоотношения с клиентами.