Фрунзе. Том 3. Польская партия - - Страница 5

Тишина.

Фрунзе встал из-за стола и прошелся по кабинету. Подошел к окну. Осторожно, чтобы не подставляться под возможный выстрел, выглянул на улицу. Темно. Снег. Крохотные, жалкие, больные желтые фонарики совершенно блоковского толка, мимо которых ковыляли прохожие по неочищенным улицам.

– Вы, если не согласны со мной, скажите прямо, – наконец произнес он.

– А что сказать? – тихо ответил Бухарин, скосившись на Дзержинского. – Мы действительно делали революцию, чтобы простым людям жилось легче. Но, мне кажется, вы несколько радикально судите. Маркс, конечно, совершил несколько ошибок. Но…

– А вы уверены в том, что он прав в остальном? Можете за это поручиться?

– Я… – Он как-то замялся. – Я не знаю.

– Я вот тоже. Вот он пишет о смене формаций. Вон рабовладельческое общество сменилось феодализмом, а потом капитализмом. Красиво? Логично? Одна беда – совершенно неясно, как при этом рабовладельческое хозяйство могло органично существовать в капитализме. Причем массово и эффективно. Формация ведь сменилась. Причем давно. И таких ошибок у него масса. Из чего можно сделать простой вывод: языком молоть – не кирпичи ворочать. Он был теоретиком. И каждая его ошибка – просто помарка на листе. А мы практики. И каждая наша ошибка – это трагедия людей. А то и жизнь. Причем не одного человека, а сотен тысяч, возможно, миллионов или даже десятков миллионов. На нас лежит несравнимо бо́льшая ответственность. И мы не можем себе позволить слепо следовать указаниям бездельника и фантазера. Пусть даже и, казалось бы, здравым.

Тишина.

Никто возражать не стал.

Дзержинский же очень внимательно взглянул на каждого. Стараясь прочитать эмоции. И это выглядело страшновато.

– Кстати, Иван Павлович, – обратился он к Машкову. – При разработке плана реконструкции Москвы не забудьте продумать каскад электростанций, теплостанций и комплексов по переработке мусора, хотя бы его сжигания. На вырост.

– Разумеется.

– И в домах электропроводку тоже нужно закладывать на вырост. Пока там почти что и нет никаких электроприборов. Только освещение, по сути. Но что будет, если в каждую квартиру поставить холодильник? А если еще чего? Закладывайте запас хотя бы в два, а лучше три киловатта на квартиру. Потому что если мы сейчас на этом сэкономим, то потом получим массу пожаров из-за перегруженной проводки.

– Конечно, – буркнул Машков, делая пометки у себя в блокноте.

Холодильников в СССР правда пока не было. В массовом производстве. Но лицензию на производство бытового холодильника у Кристиана Стинструпа уже удалось купить. И сейчас во Владимире строилось первое небольшое предприятие. Пока одно. Чтобы обкатать конструкцию и создать «творческий коллектив», дабы потом довести модель до ума. Но планы на эти самые холодильники у Фрунзе были большие. Прямо-таки наполеоновские. Он собирался их производить очень много, в том числе и на экспорт. В тот же Иран, торговля с которым продолжала нарастать. Да и для жителей крупных городов Союза он планировал поставлять холодильники в рассрочку, ибо это должно было радикально повысить уровень их жизни.

Машков об этом уже слышал.

И прекрасно понял, куда и к чему клонит Фрунзе. Как, впрочем, и остальные. Хотя, конечно, слова про Маркса многих обескуражили. И им было о чем подумать…

Глава 2

1928 год, январь, 19. Москва

– Вы же понимаете, что это в ваших интересах? – доверительно спросил Фрунзе у собеседника.

Американский дипломат подозрительно скосился на него, поджал губы, но ничего не ответил. Впрочем, и прекращать этот кулуарный разговор не спешил.

– Надеюсь, ваша разведка сообщила вам о состоянии экономики Японии? И вы понимаете, что если им позволить строить больше кораблей, то они попросту разорятся.

– Вы сгущаете краски, – ответил дипломат с небольшим акцентом. Русский он знал неплохо, так как до революции вел дела с русскими компаниями.

– Так у вас этих данных нет? Не беда. Просто запросите их. А также запросите у своих аналитиков, сколько кораблей выдержит экономика Японии…

– Я обязательно осведомлюсь, – кивнул собеседник.

– Конечно, осведомитесь. А то смотреть со стороны на то, как США водит хороводы вокруг этого хомячка-переростка, становится с каждым годом все смешнее.

– Что вы имеете в виду?

– Как что? Экономика Японии очень слаба. По нашим оценкам – около половины нынешнего ВВП СССР. И это притом что наша страна разрушена долгой Мировой войной и последующей Гражданской. Десять лет бойни. А у них – тишь да гладь. Но вот беда – нет ни сырья, ни рынков сбыта. Про топливо я вообще молчу. Все завозное. Они задыхаются. Захлебываются. Без успешной экспансии в Китай им не выжить как значимой для региона державе. А они и сейчас почти что не имеют сил для интервенции. Если им дать большие лимиты по флоту, эти самовлюбленные ребята побегут реализовывать свои возможности и совсем обдерут армию. Что станет изящным способом самоубийства. Без армии у них нет Китая, а без Китая – будущего.

– А почему вы назвали их хомячком?

– А как их еще назвать? В свое время эту химеру создали для того, чтобы сдерживать продвижение Российской Империи в Тихоокеанском регионе. Дело сделано. Но боевой хомячок остался и вышел из-под контроля своих хозяев. И теперь мнит себя могучим тигром. Смешно. Не удивлюсь, если они попытаются напасть на США. Во всяком случае, наша разведка такие планы японцев уже вскрывала.

Американец напрягся.

– А… вы не знаете? Боже. Ваше нежелание видеть хоть что-то за пределами США вас когда-нибудь погубит. Уделите уже немного вниманию своему врагу.

– Что это за планы?

– Занятие Гавайев с последующей атакой Панамы. После чего они планируют получить стратегическое преимущество из-за чрезвычайного плеча снабжения для US navy. И после года-двух войны склонить вас к миру на своих условиях, полностью выдавив из региона. Для отвлечения внимания – десанты на Аляску и в Калифорнию. Банальность. Но если подловить момент – может сработать. Боже. Вы серьезно не знали? Колоссально! Да об этих планах уже даже африканские вожди знают и индейцы Амазонки…

Чуть погодя, примерно с такими же доводами Фрунзе выступил во время кулуарных переговоров с англичанами. Только уже рассказывая о том, что ни у Франции, ни у Италии нет возможностей построить равный Англии флот и не разориться. Ну как с такими же доводами? С таким же подходом, так как здесь у англичан имелись иные тревоги.

– Не понимаю ваших волнений, – с усмешкой говорил он британским представителям. – Подводные лодки. Смешно же. Нашли чего бояться!

– Во время Великой войны нам не было смешно.

– То, что было, то уплыло. Или вы будете отрицать, что у вас идут разработки активного сонара? Как вы его называете? АСДИК, кажется? С его помощью ценность подводных лодок можно будет совершенно нивелировать. Особенно если дополнить сонар на эсминцах патрульными самолетами. С неба очень хорошо видно подлодки, даже идущие на перископной глубине. Все это низводит страсть наших французских друзей к сущей нелепице. Ну настроят. Ну и потонут. При должном подходе подводные лодки – просто расходный материал либо крайне специфическое средство.

– Вы далеки от флота.

– Возможно. Но в чем же я не прав?

– Атлантика большая. Бегать по всей Атлантике и ловить подводные лодки крайне сложно, даже применяя самолеты и сонары. Сложно и дорого.

– А зачем это делать? – выпучил глаза Фрунзе, всем своим видом давая понять, что услышал только что феерическую глупость.

– Как зачем? – насторожился собеседник.

– У французов разве так много морских баз? А корабль без базы – это просто дрейфующий кусок железа. Рядом с ними подводные лодки будут находиться на достаточно компактной территории. Ну а дальше вы, я думаю, и сами догадались. И если это говорю вам я, сухопутный командир, и для вас это откровения, то можете быть уверены – ваше адмиралтейство пора чистить от балласта.