Властелин стихий (СИ) - Вязовский Алексей - Страница 52

Пока Марта приходила в себя, вытирала слезы и собиралась с силами, в сенях раздались шаги, а на пороге появилась недовольная ведьма Тамира. Женщин, помогавших Марте, при ее виде, как ветром сдуло.

— Ну, что здесь у тебя, неумеха? Зачем взялась за то, чего не знаешь⁈

— А что, здесь есть еще кому? Ну-ка, стой! — Марта решительно преградила путь старшей ведьме и развела руки в сторону, не давая Тамире пройти — Куда прешь в грязной обуви и одежде⁈ Или не знаешь, что женщине рожать в чистоте надо?

— Ишь, ты, чистюля нашлась! — фыркнула ведьма, но обувь все же скинула за порогом и плащ там же оставила — Давай, рассказывай, что здесь у тебя.

— Руки сначала вымой! — не сдавалась Марта и кивнула Тамире на кувшин с водой, плошку с мылом и чистое полотенце — А пока будешь руки мыть, я расскажу.

Появление старой опытной ведьмы придало травнице уверенности и, поливая ей на руки теплую воду из кувшина, Марта подробно все доложила. Тамира только диву давалась, насколько правильно и последовательно девчонка все делала. Знания у нее точно были. Вот только опыта пока не хватало.

— А что за настойку ты Хансе давала? — спросила Тамира, принюхиваясь к приятному травяному запаху, шедшему от ковшика на столе.

— Укрепляющую. Но рецепт, прости, не скажу — нехорошую клятву с нас в школе брали.

— Больно надо! — усмехнулась ведьма и, взяв в руки кружку с остатками питья, сунула в нее свой нос. Одобрительно качнула головой — Хороший состав! Учили вас на совесть. Ладно, теперь становись рядом, слушай внимательно и смотри. Если вдруг чего не поняла, сразу спрашивай, а то потом забудешь.

Да, уж… до лекарского мастерства и опыта старшей ведьмы, Марте было далеко. Тамира действовала решительно и наитием чувствовала такие вещи, о которых ведьмочка сама и не догадалась бы. А потом она и ребеночка в чреве Хансы умело развернула, объясняя вслух каждое свое действие.

— Ну, вот, совсем другое дело! — удовлетворенно кивнула ведьма — Теперь заставь Хансу снова выпить свой эликсир, дадим ей передохнуть и будем принимать роды. Ребеночек слабенький, больше ждать нельзя…

Когда избу огласил тихий детский писк, Марте уже не верилось, что все у них получилось. Тамира сама обмыла и обработала новорожденного, оказавшегося мальчиком, передала его в дрожащие руки Марты, и велела запеленать. Потом взялась за Хансу. Пригодился и приготовленный обеззараживающий раствор, и эликсир, снимающий жар и воспаления. Вскоре младенец сонно засопел, согревшись на руках у измученной родами матери, а ведьмы смогли выдохнуть.

— «Повезло» тебе, Марта, нечего сказать! — устало усмехнулась Тамира — Первые роды и сразу такие сложные. Но ничего… потихоньку потом наберешься опыта. Ты, я слышала, в городской лечебнице теперь работаешь?

— Да, какой там «работаешь»! — отмахнулась ведьмочка — скорее уж я на подхвате у лекарей.

— Так это и неплохо, быстрее опыта наберешься.

— Если бы они ко мне еще прислушивались — пожаловалась Марта старшей — иногда такую дичь творят, что руки им оторвать хочется. А слово скажешь — они мне в нос учебником своим гильдейским сразу тычут. Взглянуть бы в глаза тому умнику, который его написал.

— Да, учебник тот старый, ему больше века. Пора бы, конечно, и новый уже написать, но кому оно надо? Гильдейским и так неплохо живется.

— Я бы со временем точно написала — вздохнула ведьмочка — если бы не клятва. Но вас-то свободных ничего не держит?

— Ничего. Кроме костра! Давно ли нас на площади перед храмом сжигать перестали? А случись что с молодым князем, так инквизиторы быстро в Минэе объявятся, и жрецы за старое возьмутся. Да, и сам князь, думаешь, по головке вас с сестрицей погладит, если вашу тайну узнает?

Ведьмы покосились на спящую Хансу и замолчали, думая каждая о своем.

— Марта, говорят, ты лавку в торговом квартале открыла? — поинтересовалась Тамила Тебе случайно травы какие не нужны? Мы в это лето столько собрали, что нам девать некуда.

— Очень нужны! — оживилась травница — В городе за них такие цены ломят, что лекарства золотыми получаются. Вроде и неудобно людям по такой цене продавать, но не будешь же себе в убыток работать?

— Тогда пиши список, чего нужно. Девчонок своих в город я стараюсь одних не пускать, но ради такого дела сама с ними пойду. Надо нам на зиму кое-какие запасы сделать, а с деньгами туговато.

— С ценой вас не обижу, лишь бы травы были правильно высушены. А то иногда в лавках такое предлагают, что хочется этим веником их по мордам отхлестать.

— Ладно, договорились. Давай-ка я чай заварю, а ты пиши пока что нужно.

Марта достала лист из саквояжа и начала составлять список трав. Но усталость брала свое, и голова ее все больше склонялась к столу. А вскоре ведьмочка уже крепко спала, уронив голову на руки.

Но сон ее был беспокойным, не прошло и часа, как страшное видение ворвалось в него.

— Бренна! — закричала Марта и распахнула глаза, в которых еще стояла страшная картина, где подруге грозила смертельная опасность.

— Тише, тише… — успокаивающе погладила ее по голове старшая ведьма — что увидела-то?

— Сестрице смерть грозит! А Йен… он рядом, но не успеет вмешаться!

— Вот как… — встревожилась Тамила — Нужно нам ехать в город!

— Не успеем — прошептала ведьмочка — Точно не успеем! Смерть уже совсем рядом с ней. Убийца из темных, и он находится в столице.

— Вставай! Я знаю, что делать. Но нам нужно найти такое место, где нас никто не увидит…

Въехав в городские ворота, наш отряд разделился. Виталис, простившись с нами до утра, отправился отдыхать в лучшую гостиницу Минэя, где для него был заранее снят номер. А Матанар, вернув мой амулет, поехал в лечебницу, решив заночевать в своем кабинете. Дядюшка с Лукасом и Клемсом направились в Замок, а я… я решил снова переночевать у Бренны. Что-то сердце у меня с утра не на месте.

Уже подъехав к знакомому особняку, я услышал шум внутри дома и звон разбитой посуды. Велев парням окружить дом Бренны, я соскочил с лошади и, выхватив ас-урум, ворвался в дом. Перед моими глазами предстала картина разгрома первого этажа: стулья и стол в кухне были перевернуты, осколки разбитой посуды валялись по всему полу. А сверху доносились громкие голоса — Бренна отчаянно дралась и ругалась с каким-то мужиком.

— Надевай ошейник, мерзавка, и тогда останешься живой! — орал он

— Лучше сдохнуть, чем снова попасть в рабство к Верховной! — отвечала ему Бренна

— Тогда убей сама Тиссена и останешься свободной! Еще и награду получишь от Аша.

— Нет!!!

— Да, ты никак влюбилась в этого наглого мальчишку⁈ — захохотал мужик — Бренна, я тебя не узнаю! А он хоть знает, что ты темная ведьма?

— Не твое дело, Дирк. И тебе лучше убраться отсюда, пока Йен не пришел.

Вот же предательница…! С окаменевшим лицом я осторожно поднялся по лестнице и заглянул из темного коридора в освещенную гостиную. Какой-то мужик держал за волосы Бренну, приставив к ее горлу нож. Ворот платья был разорван, но и мужику досталось от ведьмы — вся рожа у него расцарапана, а на лбу набухала кровью рваная рана.

Стоял он при этом крайне неудачно — прикрываясь Бренной, и я никак не смог бы сейчас достать его, не задев при этом женщину. Одного мгновенья будет ему достаточно, чтобы безжалостно перерезать ей горло, просто чиркнув по нему ножом. И хотя моя любовница оказалась лгуньей и ведьмой, это еще не повод отдавать ее на растерзание темному уроду. Я должен был спасти ее и по возможности скрутить мужика, который явился сюда явно по мою душу. А потом уже будем разбираться.

— Если ты ему дорога, ведьма, то он будет делать то, что я ему прикажу. Иначе я убью тебя прямо на его глазах. А потом и его самого.

— Ты дурак, Дирк, и даже не понимаешь, с кем связался. А твои угрозы не сработают — князь не любит меня, и никакой ценности я для него не имею.

— Да, неужели⁈ А в городе о вас говорят совсем другое. И кто же врет?