Приручитель женщин-монстров. Том 11 (СИ) - Дорничев Дмитрий - Страница 47

— И кому именно вы не скажите?

— Нет. И не думаю, что вам удастся перекупить его, князь.

— Жаль.

— Но у нас есть… — оживилась та, но я поднял руку, и женщина замолчала.

— Выводи всех детей на улицу. Посмотрю на них.

— А? Хорошо! — та аж засияла и умчалась, а я посмотрел на Марину. В отличие от остальных, я видел сквозь её иллюзию. Женщина плакала и держала в руках телефон. Она засняла весь заговор.

— Найдём, — сказал я, пересылая видео Прохорову. — Ничего с твоим сыном не будет. Скорее всего, они либо собираются купить его верность в надежде, что он осознает себя Высшим. Либо, когда он подрастёт, хотят положить под него десяток другой женщин, дабы получить потомство потенциальных Трёхглазых ворон.

— Спасибо… — она вытерла слёзы рукавом и попыталась взять себя в руки.

А пять минут спустя нас вывели на улицу, где собрались две сотни жильцов данного заведения. Выглядели они взрослее, чем есть на самом деле. По некоторым видно, что бунтари и одеты они плохо. Едва ли не в рваньё. Другие же, в основном симпатичные девушки, хорошо одеты и ухожены. Сразу становится понятным, для чего их растят.

Там же было четыре строгих мужчины. Видимо, «воспитатели».

Все пялились на нас, кто-то с интересом, кто-то с агрессией.

— Привет, народ, кто желает покинуть это клоповник и поселиться в моём новом княжестве? — с ходу спросил я.

— Рабы, значит, нужны? — с насмешкой в голосе спросил парень-бунтарь. Худой, видны незажившие синяки на лице. На вид ему около двадцати.

— Поселенцы. Работа тоже найдётся.

— Даже мелким? — хмыкнул он. И да, тут были дети, даже которые едва ходить умеют.

— Мелким сделаем детский сад. Ну и, может, родителей подыщем.

— Звучит слишком хорошо из уст того, кто собрался нас покупать, будто мы — говорящее мясо.

— Покупать? Нет конечно. Когда это место закроют, у вас будет два пути. Ко мне или в другой интернат.

— Закроют?..

В ответ я взмахнул и рядом появились Ева, Блэр и Альма, все в обличье чудовищ. А также кролик Оли с алмазной дубиной.

— Закроют, а их всех, — я кивнул на женщину-бульдога, которая бледнела на глазах, — ждёт каторга. Ну или казнь.

— Сдохни, ублюдок! — раздался вопль, и на одного из мужчин-воспитателей, набросилась молодая блондинка. Она вонзила шпильку от волос прямо в его шею и хлынула кровь.

Тот закричал и отшвырнул девушку, но на него навалились парни, поваливая и пиная ногами.

— Ладович! — выкрикнули трое остальных и бросились на парней, но по ним ударила лёгонькая молния. Мужчины упали на землю, а изо рта пошла пена. Но нет, я не убил их.

— Не убивайте их, они ещё не допрошены, — громко произнёс я, а та блондинка, упав на колени, зарыдала. Симпатичная девушка во власти мужчин надзирателей-воспитателей… не сложно догадаться, что здесь происходило…

— Эти твари не достойны жизни! — рявкнул один из парней.

— В зависимости от того, что они скажут, будет решена их судьба.

— Они не скажут. Соврут! — крикнул кто-то из толпы.

— Поверьте. Они всё скажут. Хотят они того или нет… — хищно оскалившись, обернулся к женщине-бульдогу. — Боюсь, ваш князь вам уже не поможет. Как труп может кому-то помочь?..

Женщина потеряла сознание, а я подошёл к Альме.

— Защитите тут всё. Я позвоню своим людям, они пригонят автобусы. Вывезем интернатовцев в безопасное место. А также…

Я вдруг услышал приближающийся звук. Полицейская сигналка… А пару минут спустя на территорию примчались полицейские машины и спецназ в специальных бронированных фургонах.

Люди повалили наружу, наставляя оружие на нас с питомцами. Но парни вдруг встали перед нами стеной, а за ними и девушки.

— Похвально, конечно, но в этом нет нужды, — я пробился через живую стену и вышел вперёд. — Кто ваш командир? — я показал удостоверение князя и вспыхнул аурой.

Люди немного удивились и переглянулись, но их командир так и не появился.

— Мне самому найти тебя? Выходи! — я выпустил больше ауры, и половина полицейских потеряла сознание. И лишь после этого показался «он».

Обвешанный бронёй и артефактами. Сразу видно, «ворюга». Что неудивительно, учитывая, какой здесь князь. Уверен, тут всё имперское правительство куплено.

— Поднимите руки! Вы аресто… — начал было тот что-то говорить, но схватился за горло, а затем поднялся в воздух. Моя духовная рука сжимавшая его шею, поднесла его ко мне и отпустила. Но тот сразу потерял сознание.

— А теперь слушаем меня внимательно, мужики. Сейчас вся эта коррупционная мразь, которая засела в городе, будет арестована. А затем всем им будет полный пиз***. Сюда уже едут из имперской канцелярии. Однако мне не хочется потом бегать по стране в поисках этих мразей, а они, гарантирую, сейчас начнут разбегаться. Поэтому я прошу вашей помощи.

Спецназ был в смятении, видно по их глазам.

— Дяди! — к нам подбежал зарёванный мальчик лет десяти. — Князь спас нас из этого ада. Здесь детей продают в рабство, бьют и морят голодом! Помогите ему, пожалуйста!!!

Мужчины вздрогнули от услышанного.

— Всю ответственность на себя беру я, Зябликов Сергей Владимирович, ­— громко произнёс я, и полминуты спустя из толпы бойцов вышли трое мужчин.

— Мы поможем вам, покоритель монголов, властелин Золотого леса. Но сперва объясните, насколько всё серьёзно. К чему нам готовиться? — заявил один из них.

— Сегодня князь Хайтович будет пленён, а затем казнён. От вас требуется перекрыть город, а также пленить всех, кто связан с ним, — я наступил на их командира, который пускал пену изо рта. — Они похитили и продали сына моей подруги, и князь в этом замешан. У меня есть неопровержимые доказательства.

— Понятно. Мы готовы, — за всех ответил их новый командир, но судя по реакции людей, они только рады. Поэтому вскоре машины разъехались, а мы с Олей вместе с небольшим отрядом спецназа на броневике направились к резиденции князя. Там ещё не прознали про «бунт», поэтому гвардия ещё не собралась. Ну а мы снесли врата и въехали на территорию резиденции.

Она была большой. И я бы сказал шикарной. Куда больше, чем резиденция Белкиных. И это при том, что Тверь вдвое меньше и в десять раз беднее Тюмени.

Здесь я вижу трёхэтажный особняк. Весьма крупный. Недалеко от него находится куполообразное здание. Тоже большое, и у него стеклянная крыша. От этого здания до особняка шёл короб-переход.

Помимо этого, вижу четыре казармы, плац, ангары, склады, ряды теплиц для личного питания князя и многое другое. Прям город в городе.

А ещё все князья должны были отправить большую часть войск на фронт. Вот только из казарм вдруг начали выбегать полчища бойцов… А из ангаров полезла военная техника. Похоже, нас всё же ждали. И, похоже, я угадал с местом, куда сбежал директор интерната.

Мы выскочили из броневика, и спецназ стал укрепляться у входа в особняк, а мы с Олей вошли внутрь, где в просторном холле с множеством колонн и картин да статуй нас ожидала большая компания.

— Как я понимаю, ты и есть князь Хайтович, — обратился я к пузатому мужчине, обвешанному золотом и артефактами. Толстяк был одет в фиолетовую мантию, так как, видимо, никакие штаны не налезают на его огромную задницу.

Рядом стоял мужчина в белом костюме, сильно похожий лицом с князем. Ну и под сотню сильных воинов-магов. Даже вижу с десяток британских наёмников, вооружённых артефактными пистолетами.

— Так и есть. И чем же я обязан вторжению аж самого князя Зябликову?

— Пришёл клятву исполнять.

— Да? Что-то не помню, чтобы ты давал мне клятву, — хмыкнул толстяк.

— А я не тебе давал, а ей, — кивнул я на Марину. Рядом с ней стояла Оля. — Я перед всем миром поклялся, что уничтожу всех, кто причинит вред её сыну.

— Хорошо, а я здесь причём?

— Человек рядом с тобой продал его.

— Да⁈ Как ты мог, брат мой… — наигранно ужаснулся толстяк, удивляя мужчину в белом, а миг спустя его голова упала с плеч. Князь же засунул обратно в рукав маленький, но крайне могущественный артефакт, выпускающий водяные лезвия. — Он опозорил мой род своим преступлением, а я не мог такое стерпеть и казнил его.