Городские легенды (СИ) - Эм Рина - Страница 16

— Чёрт! Видео! — выругался Максим.

— Что такое?

— Его найдут. Понимаете, Люба, бабулю Раю убили ночью. А её внук исчез.

— О господи… спаси и прими её душу! — тихо взмолилась Люба.

— Видео теперь найдет полиция, — проговорил Максим.

— Может быть это и не плохо? — произнесла Люба и надолго замолкла.

Машина, подпрыгивая на кочках, влетела в лес. Тут дорога была не такой ровной и кроме фар ничто не освещало её. Максим снизил скорость.

— Стой! — крикнула Анна, но он уже и сам видел. В свете фар посреди дороги застыла фигура.

— Не бойтесь, это мой начальник. Он в курсе ситуации, — проговорил Максим, а сам подумал, что теперь уже три судьбы и три карьеры против одной — Раниса. И если они не уговорят его молчать, будет плохо. Он даже думать не хотел об этом.

Скрипнув тормозами, машина остановилась. Никита Семёнович махнул рукой, мол выходи, а сам сошел на обочину.

Максим выпрыгнул наружу:

— Что вы тут делаете?

— Кое-что случилось, Максим. Мне звонили из области, из-за того, что Грисов написал докладные везде. Теперь сюда едут спецы и я думаю, как только их увезёшь, надо будет поменять вас с Денисом обратно чтобы… — он осёкся, увидев Раниса в машине. — А он-то что тут делает?!

— Так получилось, — проговорил Максим. — Он нас выследил, пришлось взять с собой.

Николай Семёнович схватился за голову:

— Хреновые дела, Максим, очень хреновые! Мне ведь давно пора на пенсию! — проговорил он.

— И вы тут, Николай Семёныч! — крикнул Ранис, высовывая голову наружу. — Вы всем отделом что ли сошли с ума?! Вы-то, Никита Семёнович, куда полезли?! Старый пень! Денег захотелось на старости лет?!

Начальник только поморщился. Взял Максима под локоток, отвел к деревьям:

— Ты понимаешь, что нам придётся как-то его уговаривать теперь? Есть у тебя какие-то доказательства, чтобы он поверил нам?

— Ранис хороший человек и мы ему покажем видео, после которого… — было последним, что сказал Максим. Вокруг вдруг резко потемнело и ноги перестали его держать. Он услышал чей-то далёкий крик, потом всё стихло.

Максим приходил в сознание медленно, пару раз его уносило назад, а потом будто возвращало легкой волной и снова всё гасло. Потом он вроде бы сумел вынырнуть из липкого тумана. Голова нещадно болела, в глазах двоилось.

Хорошо же его приложили! Кто?! Николай Семёнович?! Но он же стоял прямо перед ним, а ударили сзади. Он с трудом сфокусировал зрение и увидел лицо начальника совсем рядом. Тот лежал на земле, глаза прикрыты. Дышит, нет, не понятно.

Максим попробовал подняться, но сил не было, рука подогнулась и он упал щекой в землю. Сотрясение, видимо.

— Лежи, лежи, — усмехнулся над ним голос.

Максим прищурился, пытаясь разглядеть говорившего и прошептал:

— Внук?! Ты…

Это и правда был он, кудрявый парень с упрямым лицом.

— Тебя вроде Демидом звали. Что… происходит? Я думал, тебя убили, как и бабушку твою и…

Он осёкся потому, что парнишка нехорошо усмехнулся, присел на корточки позади тела Николая Семёновича и нагнулся. Из его рта появилось тонкое жало, точно такое же, как у того, Грисова, который пытался заразить его брата.

— Как же так? Ты же носил амулеты! — проговорил Максим.

Парнишка запустил кончик жала сквозь кожу и Николай Семёнович вздрогнул. Издал слабый стон, а глаза закатились.

— Оставь его! — в ужасе проговорил Максим и попробовал подняться.

— Он уже мой, — жало медленно убралось. Облизнув обметенный красным рот, парнишка улыбнулся:

— Бабушка надела амулет внуку, да забыла — он был очень юн. Упрям и доверчив. Мы подселились в девочку и попросили. Мальчик снял амулет сам. И теперь он наш. Наш и все вы будете наши. Весь ваш поселок, а потом город. А потом… посмотрим!

Он усмехнулся, странно поведя головой, не по-человечески вовсе. Потом, прямо на четвереньках, двигаясь задом, исчез.

Максим остался лежать тяжело дыша, тот открывая, то закрывая рот. Что с ним такое? Он приподнял руку, коснулся шеи. Рука стала влажной, на ладони отпечаталась кровь.

Вот сволочь. Он повозился, пытаясь подняться. Положение, хуже не придумать, никто не поможет. Начальник укушен. Ранис… был же ещё Ранис, где он?

— Займёмся тобой. Только надо содрать с тебя амулет… — пробормотал рядом Демид.

Совсем рядом раздались шаги.

— А, дети! Вы хотите поиграть? — рассмеялся Демид.

Максим услышал тихий голос:

— Мы тебя убьём.

— А силёнок хватит?!

В этот момент сбоку выскочила Любовь Мергарина и кинулась на него с криком. На миг Максиму показалось, что сейчас она одолеет парня — всё-таки он ведь совсем ещё мальчишка, худой, субтильный.

С криком Люба отлетела, ударилась о дерево и затихла. Демид стоял посреди дороги, растрепанный, в рваной одежде, набычившись:

— Ну, дети? Кто теперь вам поможет?

— Я сам разберусь с тобой, — Павел, старший шагнул вперед.

Демид поводил головой, как собака, усмехнулся. Жало так и качалось меж губ:

— Избиение младенцев! Прекратите это, дети. Давайте поговорим и…

Будто тень из темноты выскочила Анна и ударила Демида с размаха сучковатой палкой. Треск пролетел над полянкой.

— Добивай! — простонал Максим, но она не услышала. Застыла на месте.

Конечно одного удара было мало. Демид поднял голову и оскалил рот. Теперь его глаза горели алым, дьявольским огнём, кривая ухмылка перечеркивала лицо.

Настоящий демон. Он кинулся на Анну, которая застыла на месте, в ужасе глядя на него.

Максим смог немного приподняться на руках, но только и всего. В трех метрах от него Демид придавил к земле Анну. Она отчаянно сопротивлялась, но ничего не могла сделать. Демид развернул её спиной вверх, прижал к земле, нагнулся. Дети молотили его палками, но это не помогало.

Анна лежала, вдавленная в землю лицом. Отодвинув волосы у неё на шее, Демид склонился к ней и открыл рот. Максим смог к тому времени проползти только пол метра. Он видел, как острое жало приближается к беззащитной коже и застонал от отчаяния, приказал себе двигаться быстрее.

В последний момент Анна вдруг дернулась, вложив в это движение всё, что могла и повернув голову в невероятном усилии вдруг вцепилась зубами в острое жало, сжала зубы, дёрнула на себя.

В тот же миг Демид закричал дико и замолотил по земле руками. Крик оглушил Максима, но почему-то придал ему силы. Ползком он преодолел последние шаги и упал, придавив Демида к земле всем телом. Хрипло прокричал:

— В кармане! Павел!

Мальчик бросился к нему и вытащил ритуальный нож. Приставил к спине Демида. Максим упал на него сверху, вдавив всем весом и держал его из последних сил, пока ещё тот вереща двигался и выл. И только когда детский голос сказал:

— Всё он умер, хватит! — он смог наконец разжать руки и упасть рядом на холодную землю.

Глядя вверх, на яркие, весенние звёзды, Максим проговорил:

— Дети… вы как там? Целы?

— Да, у нас всё хорошо, — раздался голос Павла.

— Тётя Любочка! — где-то Даша рыдая бросилась в траву с облегчением Максим услышал как Мергарина что-то ей в ответ шепчет.

— Аня? — он протянул руку в ту сторону, где она должна была остаться. — Ань, ты как?

— Етишкин дух! — где-то рядом простонал Ранис. И вдруг издал горестное:

— Ох, нет!

— Николай Семёнович?! — проговорил Максим, пытаясь повернуть голову. — Что с ним?

Эпилог

После двух часов ожидания Максима вызвали наконец к начальству. Он вошёл и застыл у двери.

— Не стой, что ты как чужой, входи, — Николай Семёнович озабоченно морщил лоб, сложив руки на крышке стола. — Садись! Я сейчас говорил с областью про ситуацию. Поэтому так долго. Извини.

— Ничего, я читал всякую фигню в телефоне, пока ждал, — Максим сел на стул напротив.

Николай Семёнович вздохнул ещё раз: