Убийство Вампира Завоевателя (ЛП) - Бродбент Карисса - Страница 36

Атриус мог бы прикончить его тогда. Я видела проем. Я знала, что он тоже.

Но Атриус задержал его на мгновение. Бросил взгляд через плечо Таркана.

И кивнул мне.

Понимание пришло само собой. Он представлял мне Таркана. Он дарил мне его. Я не знала, почему. У меня не было времени задавать вопросы.

Я замахнулась, целясь прямо в открытую спину Таркана…

И кто-то отбросил меня в сторону.

Я ударилась спиной о дерево дивана, выбив дыхание из легких, и боль пронзила позвоночник.

Наро прижал меня к себе, его каштановые волосы упали на лицо.

Я зарычала:

— Слезь с меня!

— Я не могу. — Он покачал головой, его лицо ожесточилось, несмотря на морщинки смятения над бровями. — Ты не можешь. Ты…

У меня нет брата.

У Силины нет брата.

Я сказала себе это, прежде чем ударить Наро по лицу острием меча, отчего он свалился с дивана.

Я вскочила на ноги. Атриус прижал Таркана к стене. Это был конец.

На лице Таркана была маска ненависти — он весь вибрировал от нее. Он знал, что за ним придет смерть.

— Отлично, — прорычал он. — Посмотрим, как мой город…

Но Атриус не занимался тем, чтобы давать последние слова тем, кто их не заслуживает.

В его свободной руке оказался отброшенный топор Наро. Одним чистым ударом он перерубил Таркану горло. Кровь хлынула, рисуя изящные дуги на лице Атриуса, ковре, мебели. Часть ее попала на меня.

Я сглотнула густую волну зависти.

Наро издал рваный, бессловесный крик и бросился на Атриуса. Я схватила его и удержала, но он вырвался из моей хватки.

Атриус повернулся. Его лицо было холодным и неподвижным.

Он поднял топор, когда мой брат — мой глупый, неразумный брат — бросился прямо на него.

У тебя нет брата, напомнил мне голос.

И все же я закричала:

— Нет!

Я бросилась на Наро. Атриус едва успел остановиться, прежде чем снес мне голову. Наро попытался пробежать сквозь меня — к Атриусу или к изуродованному телу своего мертвого хозяина, я не знала. Его присутствие было неустойчивым, он метался во многих направлениях одновременно.

И все же…

Это был он. Он. Я не знала, как это осмыслить. И не знала, хочу ли я этого.

От отчаяния я прижалась к нему и положила руки по обе стороны от его головы. Я потянулась к его нитям. Они были спутаны и оборваны, многие из них затянуло дымкой наркотиков и боли.

Я сделала единственное, что могла: я дала ему успокоительное. И через несколько секунд дрожь утихла. Он опустился на землю, потеряв сознание.

Я стояла на месте, руки были подняты, дыхание сбивалось.

Я думала, что это будет триумфальный момент. И вот я здесь, в одной комнате с телом Таркана, и даже не взглянул на него.

Я почувствовала на себе взгляд Атриуса. Тишина вдруг стала оглушительной.

Я повернулась. Он смотрел на меня тяжелым, вопросительным взглядом, покрытый кровью топор все еще был в его руке.

Что я могла сказать? Я не хотел показывать Атриусу правду. Я не могла признаться в этом даже самой себе. Я должна была скрывать себя от Атриуса, а не показывать ему то, что никто не должен был видеть.

Я потянулась за ложью и ничего не придумала.

И все же у меня сложилось впечатление, что он уже увидел какую-то часть правды.

Я задохнулась:

— Пожалуйста.

— Он один из охранников Таркана.

— Пожалуйста.

Умоляюще. Жалкая. Все, что я могла придумать.

У тебя нет брата, снова напомнил мне голос. Если его смерть — воля Ткачихи, то это воля Ткачихи.

И все же я.… я не могла. Не могла.

Я ненавидела, когда Атриус так смотрел на меня. Этот неумолимый стальной взгляд, пронизывающий меня до самого нутра. Он не спрашивал, кто этот человек. Он не спрашивал, почему я хочу пощадить его.

Что-то в его ауре смягчилось.

Он не произнес ни слова. Он просто повернулся к телу Таркана, схватил его за волосы и отрубил ему голову несколькими смачными УДАРАМИ топора.

Он повернулся ко мне. — Ты был прав, — сказал он. — Этот путь был чище.

Затем он направился к балкону с головой в руке, чтобы отправиться на завоевание своего нового города.

ГЛАВА 25

Да, я была права. При других обстоятельствах, возможно, я бы больше превозносила то, что Атриус его узнал.

Город Таркана развалился без него. Рухнул почти мгновенно. Воины Атриуса были готовы зачистить город, как только Таркан погиб. Они сделали это эффективно и, по большей части, бескровно. Мало кто из воинов Таркана был готов сражаться за кого-либо, кроме него, а если их выживанию ничего не угрожало, то они не представляли угрозы и для других.

В считанные дни Васай был прочно закреплен под властью Атриуса.

Я даже ничего не почувствовала, когда Атриус уступил мне в этом, или под впечатляющий свист Эреккуса. Я безропотно выполняла свои задания, а когда освободилась, отправился к Наро.

Атриус не стал его убивать. Я не знала, как относиться к тому, что он пощадил его ради моего блага. Я знала, что Атриус не создан для милосердия.

Я отложила этот вопрос на другой день.

Вместо этого я села рядом с Наро и стала ждать.

Мое успокоительное должно было быстро подействовать, но он оставался без сознания несколько дней. Только начало этого было связано с моей магией. Остальное, скорее всего, последствия действия лекарств. Он вздрагивал и задыхался во сне, пот тек по его лбу, испещренному шрамами. Я вытерла пот салфеткой и капнула воды ему в горло.

Никогда еще я так сильно не надеялась одновременно на противоположные вещи: на то, что он проснется, и на то, что он не проснется.

Ближе к рассвету первой ночи Эреккус вошел в комнату и остановился в дверях. Я повернулась, затем поспешно поднялась.

Атриус. Я совсем забыла.

— Прошу прощения, — сказала я. — Я опоздала, чтобы…

Но Эреккус покачал головой.

— Нет. Он послал меня сюда, чтобы сказать, что ты ему сегодня не нужна. — Его взгляд задержался на мне, потом на Наро, безвольно лежащем на кровати.

— Ты нашла себе питомца, — сказал он.

— Он не… — Я не успела возразить. Что я могла сказать? Я даже не знала, что ответить.

— Я просто присматриваю за ним, — сказала я.

Эреккус никогда не старался скрыть свое выражение лица. Он не утаивал, насколько запутанной кажется ему эта ситуация.

— Остальные празднуют, — сказал он. — Наверное, тебе не стоит присоединяться. Не то чтобы ты этого хотела. Но если ты хочешь чего-то особенного…

Я снова повернулась к Наро.

— Нет. Я в порядке.

— У меня тут есть немного еды для…

— Я не голодна.

Постоял немного. Потом он сказал:

— Я должен следить за тем, чтобы ты ела. Если ты этого не сделаешь, у меня будут неприятности.

Моя рука опустилась на грудь и надавила на странное ощущение.

Я снова повернулась. Эреккус протягивал чашку с рисом и мясом.

— Просто возьми это, — сказал он. — Богиня знает, что он не захочет возвращать.

Я взяла у него чашку. Она была еще горячей — совсем свежей.

Атриус.

Я сглотнула, преодолевая комок в горле.

— Спасибо.

— Не меня надо благодарить. — Он снова взглянул на Наро. Потом снова на меня. Его выражение немного смягчилось, как будто он увидел что-то невольное в моем лице.

— Я знаю, что мы… другие. Вампиры. Люди. Но нет ни одного из нас, кто не знал бы, каково это.

— Это?

Мне не следовало открывать дверь. Я пожалела об этом, как только слово слетело с моих губ.

Эреккус грустно улыбнулся.

— Мы привыкли прощаться со своими, — сказал он. — Больше, чем большинство вампиров.

В груди у меня заклокотало от внезапно нахлынувшего гнева. От злости, потому что я не хотела показывать, что Наро «свой». Злость оттого, что, даже если это так, я не собиралась с ним прощаться.

— Спасибо за еду, — сказала я и закрыла дверь.