Непокорный ангел - Фэйзер Джейн - Страница 77

Никто не обращал внимания на молодую женщину на пегом мерине, затерявшуюся в толпе. На закате последовала команда остановиться, пленные и конвоиры с одинаковым облегчением опустились на землю. Отличие состояло в том, что ужин пленных зависел от доброты местных жителей. Молодая женщина, весело болтая, ходила среди мужчин с корзиной яблок. Она была одной из многих. Дэниел взял у нее крепкое зеленое яблоко.

— Спасибо, госпожа.

Ее глаза скользнули по лицу Дэниела, искаженному усталостью и болью. Она оглядела лежащих на земле измученных пленных и обратилась к одному из конвоиров.

— Солдат… прошу прощения, сэр.

Тот подошел к ней:

— Да, госпожа?

— Сэр, я знаю этого человека, — сказала она. — Его имя Болт. Он друг моего брата. Я хотела бы… хотела… так как он ранен, приютить его на ночь в моем доме. Это здесь рядом, недалеко от дороги. Он мог бы получить хороший ужин и выспаться на матраце. Конечно, и вы вместе с ним, раз уж необходима охрана.

Солдат задумался. Перспектива провести ночь в доме и получить хороший ужин была очень соблазнительной, к тому же он ничего не имел против пленного, который был джентльменом.

— Хорошо, я воспользуюсь вашим предложением, госпожа, — сказал солдат. — Только предупрежу капитана, — Он побежал туда, где расположились офицеры.

— С этим тебе будет легче идти, — сказала Генриетта, протягивая Дэниелу тяжелую палку, которую прятала в складках своей юбки.

«Эта палка поможет отделаться от охранника», — подумал Дэниел, надеясь, что у него еще достаточно сил. Он тяжело оперся на палку и постарался сделать вид, будто передвигается из последних сил. Когда солдат вернулся с разрешением отлучиться вместе с пленным, он с большим сочувствием посмотрел на своего подопечного и ничего не сказал по поводу палки.

— Да, сэр, вам будет полезно провести эту ночь на приличной кровати.

— Конечно, — сказала Гэрри. — Идите за мной. — И она пошла через поле, уводя их от лагеря. — Здесь живая изгородь поперек поля, — сказала она через плечо, проворно нырнув в проход между куетарниками.

Ее спутники немного приотстали, так как Дэниел не мог идти быстро, несмотря на то что опирался на палку. Гэрри, очевидно, в спешке совсем забыла об этом.

— Сейчас перейдем поле, а затем через еще одну изгородь, — сказала она, останавливаясь, чтобы подождать их. — Дом на той стороне дороги.

— А вы говорили, здесь всего один шаг от лагеря, — проворчал солдат, оглядываясь назад, чтобы прикинуть расстояние, которое они прошли.

— Да, но большой шаг. — Генриетта улыбнулась ему и остановилась у изгороди, бросив взгляд на Дэниела. — Может быть, вам лучше пойти впереди, сэр.

Значит, это должно произойти здесь. Дэниел крепко сжал палку.

Генриетта подобрала юбки, занесла ногу через перекладину, зашаталась и то ли спрыгнула, то ли упала у края копны. Она вскрикнула, и солдат перепрыгнул через изгородь, чтобы помочь ей.

— Вам больно, госпожа? — сказал солдат, склонившись над ней.

Дэниел поднял палку и с силой опустил ее на голову охранника. Солдат рухнул рядом с Генриеттой.

Она вскочила на ноги.

— Очень жаль, он такой хороший парень. Надеюсь, ты не убил его?

— Думаю, что нет, — сказал Дэниел, приложив палец к артерии на шее солдата. — Пульс в порядке, он скоро придет в себя.

— Тогда давай поторопимся. Мерин привязан вон в той рощице. — И она побежала к деревьям на дальнем конце поля.

Дэниел отбросил в сторону палку и последовал за Генриеттой, легко догнав ее. В данный момент он не чувствовал усталости, так как был невероятно возбужден от сознания, что побег удался.

Генриетта посмотрела на мужа и усмехнулась:

— Я же говорила, что у меня есть план.

— Да, и ты осуществила его. — Он коснулся кончика ее носа указательным пальцем и улыбнулся в ответ.

Они скрылись в роще, и Дэниел вздохнул свободнее, хотя знал, что еще рано расслабляться. Потерявшего сознание солдата могут в любой момент обнаружить, и тогда поднимется шум. Они находились слишком близко от лагеря, чтобы чувствовать себя в безопасности.

— Ну, вот. — Генриетта остановилась на полянке, где мирно пасся пегий мерин. Она прислонилась к стволу дерева и на минуту закрыла глаза.

— Ты хорошо себя чувствуешь, Генриетта? — Дэниел взял жену за подбородок здоровой рукой и приподнял ей голову.

Она кивнула:

— Вполне. Это от волнения.

Он внимательно посмотрел ей в лицо и удрученно воскликнул:

— Боже милостивый! Я же хотел, чтобы ты оставалась дома! Это неподходящее дело для беременной женщины.

— Не думаю, что это подходящее дело для кого бы то ни было, — парировала она. — Но ты снова пошел на войну, что же мне оставалось делать? — Она освободилась от его руки. — Пойдем, нам надо сменить одежду.

Он вынужден был согласиться, что взаимные обвинения были напрасной и бессмысленной тратой времени при данных обстоятельствах.

— Что ты задумала?

Она озорно и в то же время смущенно взглянула на него.

— Я полагаю, они будут искать женщину и раненого мужчину, но никак не юношу и его старую бабушку. — Генриетта вытащила из седельной сумки сверток. — Вот это для тебя.

Дэниел ошеломленно смотрел на жену. Она достала широкое ситцевое платье, нижнюю юбку и грубый плащ.

— Ты это серьезно? — медленно спросил он.

— О, не будь таким щепетильным, — резко сказала Генриетта, предвидевшая такую реакцию. — Надеюсь, ты не будешь говорить мне о чести Драммондов? Речь идет о спасении жизни, Дэниел! Думаешь, король позаботится об этом? — Она сунула одежду ему в руки и повернулась к седельной сумке, доставая оттуда сверток поменьше.

— Черт побери! — Дэниел потряс платьем, с отвращением глядя на него. — Где ты достала это, Гэрри?

— Стянула с веревки сегодня рано утром. Я чувствовала себя немного виноватой, воруя одежду, но у меня не было выбора.

— Пожалуй, — пробормотал Дэниел, наблюдая, как Генриетта начала снимать платье и нижнюю юбку. Она дрожала в одной рубашке, натягивая шерстяные штаны и возясь с крючками на талии.

— Какая нелепость, — с досадой воскликнула она. — Кажется, я располнела. Я была уверена, что они мне подойдут, а теперь не могу застегнуть.

— Твоя фигура изменилась, — спокойно напомнил Дэниел. — Оставь крючки незастегнутыми.

— Придется. Я выпущу рубашку наружу, чтобы прикрыть штаны. — Она так и сделала, затем подошла к Дэниелу, чтобы помочь ему надеть через голову нижнюю юбку и застегнуть ее на талии. — Думаю, твои штаны будут невидны. Ты же не собираешься их снимать?

— Нет, не собираюсь! Я не желаю бегать по полям в нижнем белье!

— Какой ты смешной! — Генриетта натянула ему через голову платье, осторожно вставив раненую руку в рукав, и застегнула корсаж. — Из тебя получилась замечательная старуха. — В ее голосе звучал смех, глаза блестели, и, несмотря на свое отчаянное положение, Дэниел тоже не удержался от улыбки, вообразив картину, которую он собой представляет.

— Ради Бога, дай мне скорее плащ, — сказал он. — По крайней мере я смогу спрятать под ним свой позор.

— Ты должен надвинуть капюшон на лицо и ходить сгорбившись, — поучала она. — Если повезет, тебе не придется долго идти пешком. Но на лошади ты должен ездить в дамском седле. — Она надела грубую шерстяную куртку, подобрала волосы под глубоко натянутую вязаную шапку и наклонилась, чтобы взять горсть земли.

— Измажь мне лицо. Так я больше буду похожа на мальчишку.

— Ты и есть мальчишка, несносное создание. — Он взял комок грязи и, не скупясь, намазал ей щеки и кончик носа, а затем наклонился и поцеловал ее. — Надеюсь, в скором будущем и в более подходящей обстановке, я поцелую тебя как следует.

— Вряд ли, если ты будешь терять драгоценное время. — Ее голос звучал тихо, на губах дрожала улыбка. — Ты сможешь сесть на лошадь с одной рукой?

— Если не запутаюсь в юбках. — Он сел в седло и протянул здоровую руку Гэрри. — Ставь ногу на мой сапог.

Она так и сделала. Дэниел крепко сжал руку Генриетты, и она подпрыгнула вверх, усевшись впереди него.