Ведьма для Серебряного Дракона (СИ) - "Ева Гения" - Страница 58

Следующей, кого уничтожил Зиг была Эдель — она не сопротивлялась, всё что она успела крикнуть демону, который бежал за ней следом и умолял остановиться — «Антеус спаси его, он не виноват — это магия! Я люблю вас!» и её крик смолк в общем гомоне, который разносился по территории кампуса ледяного княжества, которое когда-то уничтожил Антеус, а теперь уничтожал Зиг.

Увидев, как Эдель кинулась на встречу смерти, Антеус бросился за ней! Он уже уничтожил всех напавших не него вампиров и озирался по сторонам, чтоб понять куда делся Зиг, как над ним пронеслась Эдель. Он увидел, что она летит на встречу Зигу, глаза сына были стеклянными она будто не узнавал никого, даже мать! Антеус бросился в след за любимой, не взирая на раны, которые залили кровью всю его изорванную одежду. Он бежал, не разбирая дороги — спотыкался, оступался, но бежал и звал, кричал. Умолял остановиться, но она летела спасти сына! На глазах Антеуса, Зиг уничтожил «его любовь» — оставив от неё лишь пепел.

Крик демона от ужаса и горя оглушил всех, кто ещё находился в саду. Крик полный боли, такой, что невозможно сдержать слёз. Антеус кричал и ловил руками пепел, который сыпался с неба — всё что осталось от его любимой. От той, которую всегда боялся потерять. Это был страшный сон, который он всегда гнал прочь! Будто разом выключили свет, и он остался один в темноте — он не слышал того, то происходило вокруг, ничто больше не волновало его, будто кто-то выключил и его сердце — вытащил батарейку или отключил питание. Он мёртв! Он больше не живёт! Всё пропало в один момент — пропала боль от кровоточащих ран; звуки ужаса, окружавшие его; запах гари от сожжённой почти дотла территории кампуса. Осталась только пустота — огромная дыра внутри него! Это то место, где жила Эдель в его душе. Упав на колени, он прижимал к груди ладони, которыми он только что ловил пепел.

Зиг пролетел мило Антеуса, он не слышал его крика, Зиг не слышал ничего! Взгляд его был остекляемым, он никого не узнавал — всё и все для него были чем-то в роде бездушной мишени, которую он поражал. Снова пустил столб огня и стал дожигать тех, кого не сжёг первой волной. Всё происходило так быстро и неожиданно, никто из магов не мог понять, что движет этим драконом, у них просто не было времени на размышления! Драконы с обожжёнными спинами и сгоревшими до дыр крыльями, не могли кинуться в бой с Зигом, они уже и укрыть собой мало кого могли! И снова, не смотря на раны, драконы раскрыли крылья, подставили раненые спины и укрыли беззащитных своими телами. Новая волна ужасающего звериного крика пронеслась над кампусом, но Зиг был оглушён магией — снова все звуки боли и мучения пролетели мимо него, словно их не было вовсе!

— Антеус останови его! Останови его! — кричал кто-то, но демон, который был убит горем, не обращал внимания на просьбы окружающих,

Он стоял на коленях, спиной ко всему происходящему, глядя на свои ладони, на которых оставались остатки пепла. Он перебирал пальцами пыль, которая осталась от его любимой и не мог поверить в произошедшее. Ни крика; ни стона; ни слезинки в глазах — будто ударили обухом по затылку, и он теперь пытается опомниться и вспомнить, что случилось.

Остановить Зига смогла только Раум! Она вернулась в империю, как только спрятала Хайли и Хельгу в своей пещере. Она знала, что Грэй что-то замыслил и понимала, что обязана вернуться сразу, как только спрячет девушек! Её не было совсем не долго, но к тому времени, Зиг, уже успел многих уничтожить и покалечить, испепелить всю территорию кампуса, оставив горы перла и руины, от некогда красивых и величественных зданий, легендарной Ледяной Академии.

То, что она увидела вернувшись, повергло её в шок, ком подкатил к горлу и ей хотелось разреветься так громко, как только она могла, но слабости она себе не позволила. Больно прикусив нижнюю губу, она заставила себя собраться с духом и приступить к спасению империи от заколдованного дракона, который сейчас напоминал безжалостного убийцу!

Руки и тело Раум трясло, всё холодело от ужаса, пытаясь справиться с неуправляемой тряской, не теряя ни минуты, она кинулась на Зига — первым делом, она заковала его в магические оковы, чтоб остановить, не просто было на лету выяснить, чем он околдован. Но даже остановив его, не просто было разгадать хитрую магию Грэя — он был лучшим учеником Дюка! Всё же и Раум очень хорошо знала Дюка и смогла путём исключения догадаться, что именно Грэй использовал для того, чтоб околдовать Зига.

Движения ведьмы были резкие, чёткие, она не давала себе ни одного шанса на ошибку — холодный и точный расчёт! Как только Раум сняла с Зига марок, он упал в бессилии о землю, словно мешок с крупой, с сильным грохотом, подняв высокие клубы пыли, шлёпнулся он о землю всем своим огромным драконьим телом. Находясь под воздействием магии, он не чувствовал усталости и выкладывался по полной, но, когда марок был снят силы, которые он давно истощил, тут же покинули его.

Зиг лежал на земле в облике дракона, у него не было сил принять человеческий облик. Дыхание его было слабым, сердце почти не билось, дракон стонал. Раум подошла ближе, чтоб убедиться, что магия Грэя полностью снята и на нём не осталось дурмана, который может дать побочный эффект. Раум сняла с него оковы и не теряя ни минуты времени исчезла в портале, на очереди была Хайли.

То, как Раум расколдовала Зига никто не видел, всё происходило среди всеобщей паники и балагана — кто-то кричал от боли жгучих ран; кто-то оплакивал испепелённых; кто-то просто пытался скорее убраться прочь с открытой местности, чтоб не попасть под очередную огненную волну обезумевшего дракона. Лишь, когда дракон шумно грохнулся о землю, вокруг возникла тишина, все замолчали и уставились в направлении падения дракона, в ожидании — что же дальше?! Из-за поднявшейся пыли никто не видел Раум, которая стояла возле Зига и проверяла его состояние, после снятия марока. А когда пыль осела, Раум уже не было, она была на пути в царство, к своей пещере!

Наконец, после того, как дракон упал в бессилии, руины уничтоженного кампусы зашевелились. Маги стали вылезать из своих укрытий, кто из-под обломков, кто из-под раненых или уничтоженных драконов. Все кинулись на помощь друг другу. Маги, которые могли восстанавливать силы, помогали раненым, а те мучительно стонали, оставаясь в облике драконов, чтоб быстрее прошла регенерация их тел. Ожоги, оставленные Зигом, регенерация заживляла, но шрамы эти не затягивались и теперь они оставались вечной памятью о произошедшем, на телах драконов.

В империи многие маги могли помочь в заживлении ран и восстановлении сил, но только Эва могла воскрешать уничтоженных, и только тех, чьи тела оставались целыми — воскресить пепел она не могла! Она сидела на обломках разрушенной стены и безучастно смотрела в даль, она ждала Берга, что он покажется на горизонте, раненый, но живой — она надеялась. Никто не решался подойти к ней, заговорить. Все понимающе ждали, уже никто не сомневался, что их императора больше нет! Это стало понятно, когда Зиг вернулся из долины гор один, и тут же сжёг мать, вставшую ему на пути — это привело всех в дикой ужас!

Антеус поднялся с колен и медленно осмотрелся — раненые, стонущие драконы; маги, которые пытаются облегчить раны драконов; плачущие над телами уничтоженных. Когда-то империя ненавидела его, за что он уничтожил Ледяное княжество — тех драконов, которые враждовали со всеми другими, тех, кого все недолюбливали! И тем не менее все драконы из своей гордыни и солидарности не прощали демону такой поступок. А сейчас его сын уничтожил тех, кого любили, кем дорожил! Как сильно возненавидят его, что ожидает Зига, когда он придёт в себя?!

Камнем ком застрял в его горле; в груди давило, будто он в тисках, и кто-то сдавливает их сильнее с каждым его новым вдохом. На мгновение Антеус подумал, что разучился дышать, и теперь он будто учился этому заново, но у него не получалось — словно рыба, которую вбросило из воды на сушу, он хватал ртом воздух, но проглотить его не мог и задыхался! Он смотрел на остатки кампуса и задыхался от горя, от досады, от бессилия что-либо изменить, вернуть!