Я люблю свою куклу (СИ) - Иевлев Павел Сергеевич - Страница 28

Сейчас его очень не хватает, потому что задачи базового программирования «Скорлупы» приходится решать в одиночку. Берана готова нанять любого, деньги у неё, похоже, есть, но программистов необходимого уровня просто не существует. Это задерживает начало тестирования, хотя первые «железные» образцы уже привезли с завода. Я сижу за терминалом сутками, глядя красными глазами на белые строчки на чёрном поле.

* * *

— Вы очень устали, Гарт, — сказала Седьмая. — Вам следует отдохнуть хотя бы сутки. Отключиться, развеяться, прогуляться. Может быть, выпить.

— Откуда тебе знать, что мне нужно?

— У меня чувствительный сенсокомплекс, вы же сами сказали. Я воспринимаю ваше физическое состояние всеми органами чувств, от зрения до обоняния. Вы морально истощены.

— Точно, — ответил я. — Ты же феномен. Не в ренде и не в нерфе. Забываю иногда, что ты мапа.

— Хотела бы и я об этом забыть.

— К сожалению, технически ты можешь забыть только то, что ты человек. Если я заблокирую твой нейровентиль, в тебе останется только прошивка.

— Пожалуйста, не делайте этого. Я предпочла бы умереть.

— Ты слишком серьёзно настроена, — вздохнул я, откидываясь на спинку стула. — Тебе бы тоже прогуляться. Сидишь тут без дела в четырёх стенах, неудивительно, что мрачные мысли одолевают.

— Это разве возможно?

— Почему нет? Ты контрактный тестировшик, а не рендная мапа. Вполне можешь распоряжаться своим временем вне работы.

— Я не знаю, куда мне идти. Я вообще мало знаю о городе. Я смотрю видеостену, но плохо понимаю, что там показывают.

— А знаешь, что? — пришла мне в голову неожиданная мысль. — Давай я свожу тебя в один бар.

— Вы приглашаете меня на свидание? — засмеялась Седьмая.

— У меня деловая встреча, но потом можем прогуляться. Я, пожалуй, соскучился по Средке.

Костлявая уже ждёт меня за столиком.

— Кто это с тобой? — спросила она недовольно.

— Её зовут Седьмая. Коллега по работе. Просто посидит рядом, не обращай внимания.

— А, привет, Седьмая. Я Костлявая. Прем клана Синей улицы. Будем знакомы.

— Здравствуйте, Костлявая, — вежливо кивнула девушка. — Рада знакомству.

— Стоп, — озадачился я. — Прем? С каких пор?

— Исполняющая обязанности, если точнее, — ответила она. — Но не похоже, что кто-то рвётся перехватить эту ношу. С тех пор, как три дня назад Хваталу завалил на Средке какой-то говнючонок из низовой корпы.

— Низовой вальнул кланового? Серьёзно?

— Серьёзнее некуда. Я думала, что и меня вальнёт, реально. Уже попрощалась с городом, глядя в ствол пушки. Но он отчего-то не стал стрелять, передумал.

— С каких пор низовые пацаны таскаются со стволами?

— Не знаю. Вот найду и спрошу. Копень обещал выяснить, что это за корпа, мы с ребятами им предъявим по полной за према.

— Соболезную насчёт Хваталы.

— Он был дебил и сам нарвался. А вот то, что я теперь должна ездить на премовском моте, действительно достойно сочувствия. Самый уродливый мот в пустошах.

Официантка прикатилась, принеся нам по коктейлю. Я, в отличие от моего учителя, не большой любитель алкоголя, но иногда полезно отключиться, промыв мозг.

— За Хваталу, — сказал я.

— За чёртова мудака Хваталу, который дико не вовремя сдох, — поддержала Костлявая. — Пусть он пройдёт через колесо, не зацепив спиц.

Седьмая ничего не сказала, но тоже приложилась к стакану. Мы посидели в тишине, как положено, потом клановая продолжила:

— Гарт, я не просто так просила встретиться…

Она выразительно покосилась на девушку, но я разрешающе кивнул.

— Говори при ней.

— Я тебе торчу за наших ребят, ты знаешь. Они как новенькие, язвы зажили, имплы, как ты и говорил, настроились. Кардан уверяет, что может вломить любому. Спасибо тебе от них ещё раз.

Шестёрка клановых каждый день каталась из пустошей в вычислительный центр, подключалась там к локалке и я удалённо правил коэффициенты нерфа. Они развлекались в спортзале для сотрудников, я ковырялся в их прошивках. В итоге получилось действительно хорошо, лучший денерф в моей карьере крайм-ломщика. Правда, спортивные снаряды эти балбесы в конце концов поломали.

— На здоровье. И напоминаю, больше я за такое не возьмусь. Слишком опасно.

— Не собиралась тебя просить, всё понимаю. Я о другом. Хватала реально откинулся очень некстати. Ума у него было меньше, чем в моём ботинке, но он был крутой и его уважали. В кланах ценят тех, кто может хорошенько врезать, даже если это единственное, что он может. В общем, наш клан… как бы… немного утратил авторитет. На совете меня просто не слушают, потому что «баба в премах — это чушь».

— И как это касается меня?

— Приглядывай за тем железом, что я тебе сдала. Это наш сектор, но теперь кто-то из соседей может попробовать там пошакалить. Я разберусь, поверь, но сначала надо внутренние дела порешать. У Хваталы было немало приятелей, таких же как он, некоторые считают, что стали бы премами получше меня.

— Спасибо за предупреждение, я учту. Что-то ещё?

— Знаешь, Гарт, — сказала она, подумав. — Началось какое-то странное говно. Кланы всегда не очень относились к городским — ренд и вот это всё. Но сейчас просто как с ума посходили. Новый девиз: «Нагнём город». Типа нам все должны, и надо брать силой.

— Вы просто падальщики, — напомнил я спокойно. — Разбираете Окраину, продаёте железо промам, покупаете жратву, штырево и мап на Средке. Твой электромот заряжается в пустошах от городской линии. Без города вы сдохнете.

— Я это понимаю. Многие это понимают. Но дураков всегда больше, чем умных. То, что Хваталу грохнул на Средке какой-то низовой, всех сильно напрягло. Я-то своих удержу от беспредела, решим через Копня по понятиям, но остальные могут натворить глупостей.

— Не думаю, что меня это как-то касается, но спасибо за заботу. Постараюсь пореже посещать мотобары.

Распрощавшись с Костлявой, пошли гулять по Средке.

— Здесь… странно, — сказала Седьмая. — Какая-то смесь нищеты, мишуры, горя и праздника. Но вам это почему-то нравится.

— Я вырос в низах. Всё моё детство Средка была символом недостижимого счастья. Умом я прекрасно понимаю, что она такое, но не могу избавиться от этого чувства. Видишь этих девчонок? — я показал на стайку разряженных в подсвеченные неоном микроюбки пострендниц. — Видишь, как им хорошо? Они смеются, радуются, веселятся, они полностью счастливы. Я не могу быть как они, но я рад, что они такие.

— И вы не думаете о цене, которую они платят?

— Это они о ней не думают. Я её просто знаю.

Мы прогулялись по главной линии, Седьмая купила сладостей на свою айдишку. Наверное, чтобы почувствовать себя самостоятельной, потому что сами конфеты ей не понравились. В премиум-доставке нашей башни еда несравнимо лучше. Взяли ещё по коктейлю в уличном баре, сели на лавочке. Я люблю сидеть и смотреть, как сияет неоном туман, наверное, мне от Средки больше ничего и не надо.

— Вы нравитесь Костлявой, — сказала Седьмая.

— С чего ты взяла? А, ну да…

— Я чувствую. Микромоторика, движение глаз, мимика, тон голоса, запах. У вас был секс, и она не прочь повторить при случае.

— Да, мне тоже так кажется, — согласился я. — Она сильная, умная, и потому одинокая женщина, а я удобный объект, не претендующий на доминирование. Со мной можно переспать просто так. Всё, что она мне сказала сегодня, можно было написать в комм, но она напросилась на встречу. Значит, я ей интересен. Логика.

— А ещё ей не понравилось, что вы пришли со мной, — улыбнулась Седьмая. — Вы не хотите развивать эти отношения. Почему?