Иной мир. Разведчик - Шарипов Никита - Страница 2

Чуть не сбив с ног хозяина квартиры, подполковник влетел в коридор и с ходу рыкнул:

– Почему телефон выключен, боец?

– Так это… – Макс озадаченно почесал макушку, взглянул на руку, которая была пуста от часов, снова посмотрел на подполковника и лениво ответил: – У меня, если что, отпуск, поэтому и выключаю телефон, я выспаться хочу…

– Кончился твой отпуск, старлей Ефименко. Минута на сборы, жду тебя внизу!

Собираясь, Максим думал только об одном: случилось что-то настолько серьёзное, чего не случалось никогда ранее. Все прежние внештатные ситуации, а их было не мало, можно было назвать полной ерундой, потому что только задница высокой степени могла заставить Синицына приехать в три часа ночи к Максу. Будь ситуация попроще, то за ним бы приехал кто-то рангом пониже. А будь ситуация совсем простой, то за Максом бы вообще никто не приехал. Ему бы просто позвонили утром, как это делалось в прежние разы.

Очутившись в салоне старой Лады, Макс вопросительно уставился на подполковника. Тот, тут же сорвав машину с места, начал нехарактерно для его привычного поведения тараторить:

– Сегодня вечером Зайчик собрал у себя всех шишек и решал, что делать с «Бегущими в никуда». Если кратко, то он попёр против Светлого Будущего. Ещё более кратко: он полез туда, куда не стоило, поэтому три часа назад Зайчика не стало. Убили, застрелив прямо в кабинете. В КГБ раскол, головы летят с плеч одна за другой, чистят всех причастных и причастных к причастным. Задница, лейтенант, крупная задница! Сукина падаль!

Макс, выслушав подполковника, попытался понять хотя бы часть информации, но лишь пришёл к выводу, что ему непонятно вообще всё. С подполковником творилась какая-то хрень, которой никогда прежде не было. Он даже звания перепутал, впервые в жизни такое за ним было замечено, назвал вместо старлея лейтенантом. Может он пьян или того хуже под какими-то веществами?

Нет, с виду подполковник был нормальным и перегара не чувствовалось. Может все таки под наркотой? Всякое было возможно, конечно, но именно такое совсем маловероятно, и даже граничило с фантастикой. Синицын до мозга костей болел здоровым образом жизни, и почти всегда пропагандировал его. Неужели просто крыша съехала? От работы поплыл? Ну вот говорили же, что нужно было больше отдыхать!

Все говорили подполковнику, что нужно больше отдыхать, все говорили, Макс в их числе был, но никого Синицын не слушал, отдавался работе весь и полностью, а теперь вот результат отдачи пожаловал…

Или все таки может быть реально что-то серьёзное случилось? Разобраться не помешало бы, в лоб за это ведь никто не даст.

Вытащив из кармана пачку сигарет и зажигалку, Макс поработал мясорубкой, приделанной к двери, и тем самым опустил окно ровно на половину. Закурив, он спросил:

– Подполковник, вы точно в порядке? Я, если честно, из того, что вы сказали, понял, что я ничего не понимаю. Зайчика правда убили? А Светлое Будущее, это кто, какие-то религиозные фанатики? Мы что, не можем ликвидировать секту? Или она того, западом финансировалась долгое время, мощная настолько стала?

– Сукина падаль! – взревел Синицын и почти вырвал крышку бардачка. Показав на содержимое, это были фонарь и кучка скомканных листов бумаги, он приказал: – Читай!

Максим взял пачку листов, по возможности разгладил их прямо на ногах, включил фонарь и даже успел прочитать заголовок, а затем тут же забыл его, потому что мир закрутился. Успев подумать о том, что подполковник во что-то врезался, Макс потерял сознание от сильной перегрузки и ударов.

Открыв глаза, Макс понял, что его тело побывало в мясорубке. Не сдержав стона, он попытался определить, где теперь находился. Высокий потолок, плывущие в глазах металлоконструкции, раздваивающееся огромные станки, запах мазута. Странно…

Нет сомнения, что он находился в каком-то цеху, а ведь должен был находиться в одной машине с подполковником. Последнее, что он помнил, это удар в заднюю часть машины, после которого был вылет на обочину и лобовое столкновение с деревом. Макса и Синицына что, вместо скорой помощи бригада литейщиков подобрала и на завод увезла?

– Тут этот старлей очнулся, вполне живёхонький. Не скажешь, что скоро сдохнуть собирается. Тимох, его куда, ко всем или все таки в печь?

Звонкий и при этом тянучий голос прозвучал в стороне. Макс, терпя боль, повернул голову и увидел его обладателя, молодого человека в камуфляжном костюме с автоматом на поясе. Боец неизвестной принадлежности смотрел на него внимательно, одновременно с этим дожидаясь ответа по рации.

– Подполковник не очнулся? – прилетел ответ хрипящим голосом. – Если нет, то тащи старлея ко всем, будем им про ближайшее будущее рассказывать, самое время начинать инструктаж.

Парень с автоматом пропал из виду, скрывшись за здоровой железной бочкой. Через несколько секунд Макс с трудом разобрал то, что им было сказано:

– Хана подполковнику, не дышит. Сейчас приволоку к вам старлея, а грузчиков отправлю труп забирать, пусть к печи его тащат…

Максу пришлось забить на боль, потому что в противном случае его ждало одно: пуля и последующая смерть. Он так и не понял, в какой заднице очутился, но кое-что даже понимать не нужно было. Подполковник Синицын был мёртв, а его, Макса Ефименко, взяли в заложники неизвестные. И эти неизвестные, можно было догадаться об этом уже сейчас, наверняка работали на организацию Светлое Будущее, о которой подполковник успел рассказать совсем немногое.

Что Макса ждало впереди можно было лишь предполагать, но делать этого не хотелось, потому что всё затмивала боль. ДТП было серьёзным, целым и невредимым Максу остаться не повезло. Радовало, что не было переломов. С остальным всё было посредственно, болело везде, где могло болеть. Всего зашибло, без преувеличений.

Семь вооружённых людей охраняли почти три десятка пленников, среди которых Макс тут же узнал многих. В одном подразделении на благо родины служили. Все свои ребята, и все в заложниках.

Две трети пленных не имели нормальной одежды и стояли на коленях в трусах и майках. Остальным с одеждой повезло больше, но этого нельзя было сказать о лицах, избиты были все до одного. Кто-то сильно, а кто-то очень сильно. Лица двоих превратились в кровавую кашу, смотреть было тошно. Один человек, это было несложно понять по куску фарша, в которое превратилась его голова, был однозначно мёртв. Ногами топтали, долго и упорно. А может и битами били…

Ткнув стволом автомата Максу между лопаток, конвоир приказал:

– На колени!

Пришлось выполнить команду. Макс понимал, что сопротивление бесполезно.

Широкоплечий низкорослый мужик заговорил сразу же после того, как последний пленник был доставлен:

– Вы все тут благодаря одному человеку, можете сказать подполковнику Синицыну большое спасибо. Он поделился с вами запретной информацией и тем самым подписал вам приговор. Одни получили письма на электронную почту, другие просто поговорили с подполковником по телефону, а третьи увиделись лично. Всё это ерунда, на суть дела не влияющая. Кто-то из вас, я уверен, скажет мне, что писем не читал, и никакой запретной информацией не владеет. Я буду краток, мне на ваши оправдания глубоко наплевать, потому что у меня есть приказ, который мне нужно выполнить. В общем так: у вас всех два варианта. Первый – это сдохнуть прямо здесь получив пулю в голову. Второй – это попытаться выжить и, возможно, обрести новый дом. Мы не звери, умеем давать второй шанс. Благодарите нас и вспоминайте подполковника, благодаря которому каждый из вас сейчас находится здесь. Желающие получить пулю в голову могут поднять правую руку вверх. Я жду!

Желающих не нашлось. Широкоплечий, довольно усмехнувшись, сказал:

– Всё как обычно, уже надоедать начинает, никакого самопожертвования. Пакуем их, мужики, нам это мясо до полудня на границу с Украиной надо доставить, а затем ещё и в портал запихать…