Избранные романы. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Кронин Арчибальд Джозеф - Страница 483

– Пожалуйста, пройдите в смотровую. Я сам вами займусь.

Пять минут спустя он вошел к ней в маленькую кабинку:

– Мама!

Она сидела на продавленном стуле, жалкая фигурка, с больничным одеялом на голых плечах. Но в ее глазах была прежняя непреклонная суровость.

– Меня сюда послал доктор Логан из Ливенфорда. Я бы не приехала, если бы знала, что это ты.

Она по-прежнему упрямо отказывалась от его забот, его денежной поддержки, его предложений помочь.

– Позволь мне узнать, что тебя беспокоит, мама? – поспешно сказал он. – Доктор Логан, похоже, сомневается в диагнозе.

– Он боится, что у меня рак.

Как всегда, она не стеснялась говорить начистоту.

Когда она медленно стянула одеяло, он замер при виде небольшой глубокой язвы. Охваченный дурным предчувствием, он спросил:

– Когда это началось?

– Я ударилась о комод шесть недель назад. Тогда я не обратила на это внимания. Но потом…

Он пристально смотрел на это поражение кожи с растущим страхом, что оно злокачественное.

– Я должен исследовать несколько клеток под микроскопом. Тогда будет ясно, является ли это чем-то плохим или вообще ничем. Ты понимаешь?

Она бесстрашно кивнула.

Он взял пузырек с хлорэтаном. Ему пришлось приложить усилия, чтобы его голос не дрогнул.

– Этот спрей – местный анестетик. Я не причиню тебе боли.

– Возможно, ты подумал, что уже и так причинил мне достаточно боли.

Она отстраненно наблюдала за ним – лицо ее было усталым, измученным, но спокойным, когда несколько мгновений спустя он окрасил образец ткани, а затем сунул его под микроскоп.

Его пальцы дрожали, когда он поворачивал колесико тонкой настройки – все расплывалось перед глазами. Наконец он разглядел скопление нормальных клеток. Его сердце колотилось. И все же он продолжал поиски, так и не обнаружив никаких признаков ужасных форм рака, пока с благодарной уверенностью не выделил группу стафилококков. Язва не была злокачественной, это оказалась простая инфекция, которую, несомненно, можно было вылечить.

Глава 46

Дункан так нервничал, что не осмеливался обернуться. Склонившись над микроскопом, он собрался с мыслями и наконец сказал:

– В общем, ничего серьезного! Нет там никаких новообразований.

Выражение ее лица почти не изменилось. Но она быстро выдохнула:

– Ты говоришь правду?

– Через месяц ты будешь совершенно здорова.

На мгновение показалось, что у нее приступ слабости. Затем, выпрямив свое худое тело, она снова взяла себя в руки.

– На все воля Божья. Я благодарна Ему за то, что он избавил меня от еще одного креста.

В жажде объясниться, он проигнорировал этот намек.

– Мама! Твое появление здесь трудно считать случайным. Как будто само Провидение хотело доказать нам обоим… – Он помолчал. – Разве то, что я смог сделать для тебя сегодня, ничего не значит?

– А разве это не мог сделать кто-то другой?

Он вздрогнул:

– Неужели ты никогда меня не оценишь? Вот он я, своими собственными усилиями, в самом известном медицинском институте страны, пробиваюсь к вершине – и все же, когда нас сводит судьба, когда я отменяю подозрение на смертный приговор, ты по-прежнему полна горького предубеждения против меня.

Она изучала его без всякого выражения.

– Я не впечатлена тем, что ты мне говоришь, и еще меньше тем, что я вижу. Вид у тебя неважный – и совсем не счастливый. Ты бледный и изможденный. У тебя морщины на лбу и легкая седина на висках. У тебя тяжелый, недовольный взгляд, как будто ты что-то искал и не смог найти.

– Но я найду это, – горячо сказал он. – Я на пути к вершине. И когда я буду там, я протяну руки и возьму все, что захочу.

– Какое это имеет значение? – Она накинула на плечи свое старое пальто. – Тридцать шиллингов в неделю или тридцать тысяч в год? Носишь ты одежду из тонкого сукна или из домотканого твида? Главное – это когда на улице люди провожают тебя взглядом и говорят себе: «Вот идет прекрасный, достойный человек!»

Он уже собирался ответить, когда ширма в кабинке отодвинулась и появился доктор Хеддл с группой студентов за спиной.

– Там один случай, который вы должны посмотреть. Мы считаем, что там требуется полное серологическое исследование. Может, кто-нибудь из нас закончит за вас здесь?

Дункан покачал головой. Из-за того что рядом толпились его ученики, дальнейший разговор был невозможен.

– Я должен сейчас идти. У тебя нет никаких причин волноваться, – успокоил он свою мать.

Взяв блокнот, он быстро написал:

По привычке или из угрюмого упрямства он поставил подпись: «Дункан Стирлинг, доктор медицины».

В тот вечер, хотя Дункан долго и нетерпеливо ждал ее, она так и не появилась. В глубине души он знал, что она не придет, но тем не менее удар был жестоким. Горькое желание куда-нибудь сбежать – вот в основном то, что заставило его вспомнить о вечеринке Маргарет.

Глава 47

Была уже половина десятого, когда он поднялся по ступенькам дома Овертонов в одном из лучших районов Эдинбурга. Наверху, в гостиной, оформленной в кремовых тонах, было полно народу. Когда он вошел, Маргарет подбежала поприветствовать его.

– Дункан! – воскликнула она. – Я так рада. Я боялась, что ты не придешь.

Он попытался выглядеть веселым:

– Разве можно скучать по мне в такой компании.

– Можно! – тут же возразила она.

Она какая-то взвинченная, подумал он. Ее глаза были очень яркими, и под ними залегли слабые тени. В ней было что-то новое, беспокойное, провоцирующее, что могло бы участить пульс любого мужчины.

– Ты здесь всех знаешь, – сказала она.

Он равнодушно оглядел комнату, узнав около тридцати человек. Доктор Овертон в окружении гостей со стаканом в руке, миссис Инглис, профессор Ли из Фонда, полковник Скотт, молодой доктор Хеддл, Анна, несколько врачей из Уоллеса и несколько адвокатов из здания парламента.

– Не беспокойся, Маргарет. Я сам тут разберусь.

В этот момент прибыли еще двое гостей. Отходя от него, она тихо сказала:

– У нас будет возможность поговорить позже.

Он постоял немного, взял с подноса предложенный ему стакан виски с содовой. Хотя он терпеть не мог эти скучные, претенциозные вечеринки, он заставлял себя посещать их. Они были частью его нового существования, средством достижения цели, ступеньками на лестнице его амбиций.

Полковник Скотт, стоящий с миссис Инглис, дружески кивнул ему, когда он оказался рядом. Полковник, поседевший, похудевший с годами, выглядел озабоченным. Его, по слухам, участие в проекте строительства гидроэлектростанции Линтона, которое теперь наконец близилось к завершению, по-видимому, сильно сказалось на его финансах и жизненной энергии. Возможно, осознание того, что его тревоги подходят к концу, придало его приветствию дополнительную живость.

– Добрый вечер, Стирлинг. Отлично выглядишь!

– Вы слышали новости? – спросила миссис Инглис. – Профессор Ли только что объявил о своей отставке.

Поначалу Дункан не понял, о чем речь. Затем его скуку как рукой сняло.

– Это официально?

– Вполне. Через три месяца у Фонда будет новый директор. С моей стороны как жены ректора было бы нескромно предсказывать, кто им станет.

Он сразу понял, кого она имела в виду. Ее благосклонность к Овертону ни для кого не была секретом! После женитьбы на ее племяннице он открыто стал ее протеже. Она торжествующе улыбнулась Дункану, который не смог скрыть своей досады.

– Я думала, тебе понравится эта информация, – сказала она Дункану, уводя полковника с собой.

Он почувствовал на себе взгляд Анны, которая наблюдала за ним с другого конца гостиной. Не об этом ли она уже предупреждала его? Он должен был узнать больше, и как можно скорее. Он подошел к группе, окружавшей доктора Овертона.