Доля Пути: Лето (СИ) - Пирожков Константин - Страница 92

По паре раз созванивался с Антоном, Серёгой и Анютой и всем рассказываю одно и то же, но разными словами. Ведуну просто пообещал рассказать о своём походе, когда вернусь. А другу и сестре говорю, что командировка неожиданно затянулась, но я здоров, бодр и в меру упитан.

Всего четыре месяца, а будто прожил целую жизнь, события которой напрочь вытеснили большинство воспоминаний о той — предыдущей. Тренировки, заполнение "книги" полезной информацией и Знаниями, битвы с вторженцами, сутки гарантированного спокойствия и новый круг. Ежедневно я работал над развитием своей Воли, расширял арсенал присвоенных Вязей и методично изучал уникальную боевую систему, которую использовал Суэн — рукопашный бой, чары и Слова органично дополняли в ней друг друга.

Одна группа рисунков призвана была объяснить мне — кто был учителем Суэна. Не сразу я сопоставил остров, судя по всему, где-то в Средиземноморье, осаду некой крепости или города и битвы с ужасными чудовищами. На ответ меня натолкнули три рисунка — на одном табун лошадей и радующиеся люди из города вокруг, на втором та же картина уже в городе, только лошади исчезают и воины, проникшие в город под прикрытием этой невероятной силы иллюзии, бегут на орущих от ужаса горожан. На последнем рисунке — огромная арка Врат, затянутая зеленоватой пеленой, куда бегут люди, спасающиеся от преследующих их воинов. Вот так я узнал о Троянской войне миров и о том, что Одиссей был Великим Мастером Пути и его сторона Силы была светлой. Интересно было бы побеседовать с Гомером, хех.

Разумеется, первое что я отыскал среди рисунков Суэна было руководство — как закрыть пробоину. Нашёл быстро, разобрался легко — Печать и одно из значений нового Слова «Путь» — а заминка в том, что для их использования мне нужно достигнуть четвёртого порога Силы. ВСЕГО ТО!!! Когда осознал сей факт, поначалу психанул, конечно. Но труд и распорядок дня способны сделать из обезьяны философски настроенную обезьяну. — Я просто смирился с судьбой и продолжать делать то, что должен. Кажется, я начал понимать, за какое качество характера Дыхание "наградило" меня Долей Идущего — беспробудный фатализм.

А ещё, мне вновь стали сниться сны. Нет, обычные, какие снятся всем людям. Точнее, один и тот же сон — прекрасная девушка с зелёными глазами машет мне рукой, мол, уходи, не рискуй собой... Никак не могу забыть ту девчонку. Её смерть будто оставила клеймо на моей душе — вроде не видно, а как вспомнишь, жжётся.

***

Демон рассы́пался истлевшим листом бумаги. Вокруг дымились обожжённые участки скал и два обугленных трупа Низших, а из "окна" плавно и даже элегантно выходил первый, в моей жизни, Высший. От Низшего он отличался более внушительными габаритами, размерами рогов и обманчивой медлительностью движений. Но главное отличие не внешнее — этот обитатель Пекла опасен не мускулами, а Знаниями.

«Когда-нибудь это должно было случиться», — подбодрил я себя мысленно.

Страха не было — я готовился к такой встрече. Несколько секунд назад, я раскрыл Печать «Тропа» — и сейчас видел мир искажённым, будто находясь под водой — только мало различимые тени вокруг. Но местоположение демона выдавал багровый сгусток, каким, посреди серых тонов подпространства, пульсировало его сердце. Одновременно, я видел мир и глазами своего образа, который как бы компенсировал моё телесное отсутствие на Слое Порядка — даже такая, казалось бы, абсолютная невидимость имела побочный эффект.

Демон обвёл взглядом поле битвы и не один мускул не дрогнул на его крокодильей роже. Он уставился на мой образ — снова ноль эмоций — ни злобы, ни ярости, ни даже жажды мести. А что испытываете вы, прибивая таракана на своей кухне?

Мгновенно, демон ускорился и в "меня" полетел кроваво-красный шар, пылающий жаром и злобой. Эта субстанция, меньше чем за секунду, поглотила меня и... мой образ исчез без следа. Если где-то убыло, значит где-то должно при́быть. — В тот же миг, меня выкинуло с "тропы" и я появился рядом с противником, одновременно всаживая «Аспирин» ему в плечо, а второй рукой впечатывая крупицу Солнца в рогатую башку. Демон заревел, его руку скрутило судорога, а голова вспыхнула. Он попытался отмахнуться второй лапой, но я уже отскакивал, оставив нож в теле врага и отгораживаясь Волей — «Смута» и «Кользь» дезориентировали высшего, отчего он потерял равновесие и инерция унесла его в сторону.

Кристалл на браслете опустел, демон вновь прыгнул на меня, но в моей руке уже пылал «Пересвет», на который демон и налетел своей тушей. Его тело начало рассыпаться я схватился за один рог и отбросил голову себе за спину, а затем метнул своё Копьё в «окно», откуда уже лезли новые демоны. Сразу несколько ящеров завизжали от боли, а я, выхватив «Гром», добавил им четыре повода для дискомфорта.

Хотелось бы отправить туда какую-нибудь Вязь, но у меня перехватило дыхание, грудную клетку сжало в тисках и рёбра затрещали — я пробил четвёртый порог.

***

Последняя доля запечатлелась на своём месте в Круге. Я разогнул спину, помассировал переносицу и оглядел Обряд — вроде, закончил. Сегодня, наконец, я закрою пробоину. Почти пять месяцев минуло с того дня, когда я сошёл с электрички и начал свои поиски. Все Знания из пещеры перенесены в Книгу, трофеев набралось на две большие сумки, но главное полученное мной наследие — это изменения, произошедшие с моей личностью.

Сомнения, когда-то мешавшие мне сосредоточиться на обучении, теперь казались мне детскими. Кстати я узнал, что третий порог — это не конец ученичества, а его начало. Достигших именно этого порога брали в ученики мастера прошлого. Вообще, далеко не все Знающие способны достичь звания ученика. Не достигших третьего порога называли словами, по смыслу, означавшими но́вик, неофит, адепт и так далее. Далее шли ученики, а с четвёртого порога, Знающие именовались достойными, что-то вроде бакалавра или «знатного» с добавлением специализации — например, знатный Идущий или знатный служитель Стихии, или знатный Воин... Шестого порога достигали уже мастера, умельцы, в общем, полноценные специалисты, к званию которых добавляли номер достигнутого порога Силы. Суэн носил звание Великого Мастера десятого порога — так я понял по рисункам.

Здесь, в этой долине и этом ущелье, я, по сути, только начал своё обучение и, судя по рисункам Суэна, проходил я его экстерном. — Столько битв многим Знающим, из прошлого Лета, даже не снилось. Наставник однажды сказал — мне никогда не стать воином. Теперь я знаю, что он имел ввиду — воины живут ради битв, а я научился биться ради выживания и не только своего.

Отойдя на пару шагов я в последний раз окинул взглядом Круг, выискивая неточности. Как вдруг, Чувство сообщило мне о том, что через тридцать семь минут пробоина вновь откроется. Я замер, раздумывая — следует ли закончить Обряд? А если нельзя закрывать пробоину в момент её активности? Руки сами достали из разгрузки телефон и включили секундомер. Я сел на пол ущелья по-турецки, достал кисет и начал набивать трубку. — Время подумать есть.

Время высыпалось, как песок из порванного мешка, а я не мог принять решения. Очень хотелось поставить точку в своём затянувшемся походе, но мысль о возможном риске останавливала меня от активации Обряда. Когда секундомер показал тридцать пять минут, я поднялся и пошёл на свою привычную позицию — в середине каменного коридора.

«Только не Слой Жизни, лучше уж Пекло, а в идеале — другой мир», — думал я, разворачиваясь и готовясь к бою.

Калейдоскоп цветов набрал скорость и, как всегда, резко остановился — пелена обрела цвет светлого золота.