Доля Пути: Лето (СИ) - Пирожков Константин - Страница 58

Два месяца назад, Серёга вернулся из "отпуска". Мы встретились, но друг был не похож на себя прежнего — неразговорчив, сух — а когда я предложил посидеть, как раньше, отговорился плотным графиком. Хм... Прям, как я когда-то. Только это — Серёга, он всегда говорит правду в глаза, а тут...

Теперь вот, Марина. Может, утром рассказать ей всё? — Угу, это, конечно, сразу облегчит ситуацию. Я ей — про Сны, свою реальную жизнь, а она — мол, так ты из этих странных, про которых интернет шумит? Круто! Значит, подобные происшествия станут регулярными? То, о чём я мечтала... Н-да. И что-то я не представляю, чтобы она поверила в то, что кровосос приходил за ней, а не за мной. Я, который до Снов, не поверил бы.

Это что, судьба моя такая теперь — терять близких людей, из-за своей новой сути?

Я так и не уснул до рассвета. Думал, вслушивался в ночные звуки, вспоминал — что знаю о кровососах, из уроков Наставника и бесед с Антоном. Сам я впервые встречал этот... вид вживую и, признаться, меня неприятно удивила его мощь. По краю прошёлся. Возможно, будь я готов к схватке... А если их будет десяток? — Без шансов для меня. Сомневаюсь, что и с двумя справлюсь.

Позвонить Антону? — Если только для того, чтобы он подключил нашего конторского "участкового", но тогда — мне вставать на учёт. Остальным ребятам? — Точно нет, незачем им эти проблемы. Бежать? — А Марину в мешок и рот скотчем залепить?

Я решил ждать. Если они придут, успею отправить Антону сообщение и вызвать милицию. Надеюсь. В квартиру им так просто не попасть — я применил все охранные доли, какие знал, на окнах и двери.

Итак, кровососы. Они не настолько зависят от улья, как перевёртыши от стаи. Но, всё же, кровосос-одиночка — это, скорее, исключение. И да, как это не противоестественно, они — люди. И, в отличии от тех же перевёртышей, кровососам необходимо... питаться другими людьми. При этом, убивать им совсем необязательно — достаточно нескольких сот граммов человеческой крови в месяц, но свежей, прямиком из вен. Хотя, частенько, они выпивают жертв досуха — например, для новичков, пробуждающих грань Силы, это — аналог моего Испытания после Обряда.

А этот, которого я упокоил, был пьян — от него явственно несло алкоголем. Не окажись меня в квартире Марины, он бы точно её выпил... перед этим, поразвлекавшись с девушкой. С**а! — При одной мысли об этом, меня душит ярость

Кровососы тоже Знающие — физически сильные, быстрые, невероятно живучие и владеющие уникальными Знаниями. Например, способностью ментального вмешательства и подавления. И им для этого не нужны заклинания и артефакты, как чёрным колдунам, ведьмам и чернокнижникам. Так — тот выродок заглушил мои эмпатию и Чувство, так — он сбивал мне концентрацию в бою.

Почему никто из его "родни", до сих пор, не прибыл мстить? — Вариантов мильён. Его улей в другом городе, а это почти четыреста км отсюда — слишком далеко, чтобы почуять его смерть. Или их улей небольшой и слабый — в них может быть от нескольких кровососов до нескольких десятков — они прибыли в наш город тайно, по делам, и не хотят светиться. Или он — незначительная фигура в своём улье. Последнее маловероятно — этот был сильный, думаю, на втором пороге, возможно, третьем. Такой должен быть, минимум, советником Патриарха. Или он, всё таки, спятивший одиночка, но это — вариант-мечта.

Кровососы и перевёртыши появляются Волнами, как и остальные Гранители. Обращать других людей, как нам твердили книги и фильмы, они не могут. Но, в последствии, они начнут размножаться естественным путём. Уже начали, полагаю. У остальных видов, даже оба родителя-Знающие — не гарантия "одарённого" потомства. Хорошо хоть, у обычных людей может родиться будущий владелец Силы — в этом меня уверил Наставник. В общем, ещё кто кого будет выселять из обжитых земель...

Глава 18. Одиночество

Рассвет я встречал в зале, выполняя Упражнение и Порядок. На пробежку не пошёл, всё ещё опасаясь прибытия группы кровососов. Марина крепко спала, я использовал «Омрак», чтобы не разбудить её — порхать, как бабочка ещё не научился.

После душа, я заварил чай, сел у кухонного окна и закурил трубку. Мои подношения до́мнику — конфеты, хлеб, молоко — оставленные ночью, исчезли со стола, это хорошо. А вот йогурт известного бренда, самого дорогого в своём сегменте, остался нетронутым. — Мол, сами свою химию кушайте. Запомним.

Ночь — лучшее время для акции возмездия — прошла. Можно ли считать, что инцидент исчерпан? — Не уверен.

Сильный улей, группа членов которого находится в столице или поблизости — отметаем. — Эти бы уже несколько часов назад штурмовали квартиру. Вчерашний кровосос, всё таки, входит в сильный улей, но в наш город прибыл один. — Этот вариант уже не страшен, ибо солнце развеет все следы и никто не сможет найти даже место смерти потеряшки. Слабая группа, которая почувствовала смерть "родича", но затаилась, чтобы ударить изподтишка — вот какая версия тревожила меня.

Проверил трофейный телефон — ни пропущенных звонков, ни "кричащих" сообщений. Неужели, повезло и мне попался одиночка? Н-да. Аналитика никогда не была моей сильной стороной.

Чувство кольнуло в груди, предупреждая что один Знающий, по крайней мере, равный мне по Силе, приближается. Я встал и отступил за штору, продолжая глядеть в окно, которое выходило во двор соседнего дома.

Никого. Видимо, тот, о ком предупредило Чувство, с другой стороны — у входа в подъезд. Я прошёл ко входной двери и глянул в "глазок". На лестничной клетке тоже никого не было. Чувство стабильно указывало, что Знающий рядом.

Ждёт у подъезда? Или ждут? — Один равный, но с ним может быть и толпа из Знающих чуть слабее.

— Три, — набатом прогудело сзади.

Тело развернулось так резко, что в глазах, на мгновение, свет померк. Левая рука, с долей «Грожь», выставлена вперёд, правая — отведена назад — так, чтобы мгновенно ударить, снизу вверх, ножом — самый коварный и трудно блокируемый удар. Сердце — бешеной птицей бьётся в рёберной клетке, в висках стучат молоты о наковальню, дыхание — сбитое.

В центре прихожей, парил местный до́мник и сверлил меня своими буркалами, в которых мелькали весёлые искорки.

«Ма-а-ать! Напугал до предынфаркта и веселится», — внутренне я завёлся, но смог сохранить внешнее спокойствие. Я, всё таки, гость здесь.

— Здравствуй, Хозяин дома! — решил поучить его манерам, хоть так отомщу за испуг.

— Здравствуй, жодугар! — нехотя протянул он.

Пакостник, всё же, надеялся, что я психану. Выкуси, хех.

— Снаружи трое знатцев?

— Да. Ждут.

«Надо полагать, меня».

— Кровососы?

— Нет. Элеман углы, игыт, игыт.

«Ага, стихийник и два кмета».

— Благодарствую, до́мник, — я обозначил полупоклон. — Про долг свой помню, скажи, как будешь готов стребовать его.

Местный Хозяин медленно моргнул — мол, не сомневайся, ещё и с процентами стребую — и растворился в воздухе.

Я прошёл к спальне, приоткрыл дверь и убедился, что девушка крепко спит. Запечатлённые Вязи тускло светились на оконной раме, видимые только мне — своему создателю. Надев полупальто, я сунул в левый карман расстёгнутые ножны, чтобы, при необходимости, вытащить нож в два движения. Напитал Волю «Крепостью» и «Смутой» — сбивает концентрацию противника, попавшего в зону действия — и вышел из квартиры.

Час был ранний. Бо́льшая часть жильцов ещё спала — на лестничной клетке я никого не встретил. Перед выходом из подъезда, я остановился. На лавочке сидели трое, как и сказал до́мник. Я узнал их — местная группа Гранителей в полном составе. Выходить из подъезда я не спешил, они не торопились вставать со скамейки. Молчание затягивалось.

— Говорить будем, драться или я пошёл? — предложил я им выбор.

Сидящий ближе ко мне, видимо лидер, не вставая и не вынимая рук из карманов куртки, ответил:

— Поговорить надо.

Это не было проявлением неуважения. Просто, они, как и я, старались не делать лишних движений, которые можно расценить как угрозу. Кажется, действительно поговорить хотят. Эмпатия "передавала" их нервное состояние и отсутствие агрессии ко мне.