Доля Пути: Лето (СИ) - Пирожков Константин - Страница 45

Я утёрся рукавом куртки, размазывая по лицу кровь и землю.

Фигура в балахоне, в одно движение, вскочила на адского скакуна и взмахнула своим серпом. Из второго дома, из под земли между домами и хлевом — восставали мертвяки. Много. А на крышах строений вставали в полный рост упыри — я насчитал четверых.

«Нам п****ц», — спокойно заключила интуиция.

С момента, как мы увидели вооружённых мертвяков, прошло чуть больше минуты, а в моей голове уже шумело, мышцы звенели и онемело левое плечо. Но битва, видимо, только начиналась.

Баходир быстро выкрикнул три рубленные фразы. Руслан, с заострённым обломком своей булавы и большим ножом в руках, побежал к нам. Колдун медленно пятился сюда же, "сея" багровые капли тумана вокруг себя. Жрец устремился к основной группе и, вместе с ведьмаком, стихийником и двумя кметами, сиганул в ближайший дом. А орда нежити — спереди, справа, сзади и несколько големов слева — двинулась на нас. Видимо, снова заработал колдовской кровавый "магнит".

«Да они совсем...?», — додумать я не успел — с крыши дома, куда забежали ведьмак и компания, прыгнул упырь. Прямо на меня. Твою...

Мне показалось, я отклонился быстро — всё же, острия когтей чуть задели щёку. Упав на землю, я сразу начал подниматься, выставив перед собой нож и изображая на ладони второй руки «Крепость», но упырю было не до меня. — Руслан уже отсёк ему одну лапу по локоть и сейчас всаживал кол в морду. Я прыгнул и ударил ножом в спину упыря, а затем развеял рванувшего духа.

Истошный вопль сзади. — Колдун упирается своей рогатиной в насаженного на неё одержимого, но второй — всадил ему когти в бок. Антон вгоняет стальной нож упырю в шею и замахивается деревянным, но тот отшвыривает ведуна свободной рукой.

Я уже бежал к ним, но меня опередил кмет, который вихрем прошёлся вокруг колдуна, снося одному упырю голову, а того, что дёргался на копье, почти располовинив по диагонали. Я бросился к недобитку, видя, что Антон ползёт на четвереньках к обезглавленному.

«С**а, где четвёртый?».

Захлёбываясь воздухом, я шарил глазами вокруг. — Маша, бледная и шатающаяся, бормотала наговор, в нескольких метрах перед ней — живые побеги разрывали и скручивали остатки големов слева. Справа — толпа мертвяков была уже метрах в двадцати. Спереди — толпа не меньше и на таком же расстоянии.

«А ещё сзади есть, не хочу смотреть...».

Колдун на коленях что-то там колдовал над своим боком. Кмет перед ним — крутил головой, не зная от кого сначала отбиваться.

— Илья! Дай время!!! — крикнул Антон.

Никаких мыслей в голове. Раньше, чем мозг воспринял, руки начали сплетать Вязи. — «Изгиб»-«Место» трижды сорвалась с моих ладоней, превращая ряды нежити в кегли для боулинга. Последним досталось големам, заходящим с тыла.

— Ко мне!!! — проревел Антон.

Вновь на рефлексах, я схватил Машу и потащил её к ведуну, видя как кмет волочит за шиворот колдуна. Антон бросил на землю дощечку, как тогда на нашей охоте, дождался нас и сразу наступил на изделие, ломая его. Вокруг взвилось ревущее пламя. Мы стояли в центре огненного круга, метров семи в диаметре. Пламя почему-то не обжигало нас. Зато големов...

Дальше я помню плохо — картинками. Мы бились. Может быть пару минут, а возможно пару столетий. Горящие големы изредка прорывались в круг, под нож кмета. Но, в основном, мы били их на расстоянии. Маша лежала в отключке. Колдун орудовал своим копьём и швырял, сквозь огонь, камешки, которые притягивались к големам и взрывались, отрывая им конечности и куски тел. Антон что-то шептал над камнем духа, который он вы́резал из упыря. Я изображал доли, пространство вокруг сходило с ума, я терял связь с реальностью. Потом огонь стал затухать. Вроде, Антон призвал чёрный вихрь. Кмет метался вдоль линии огня. Колдун лежал рядом с Машей, в центре круга. Между домами, группа ведьмака билась с Хозяином кладбища. По-моему, основную роль там играл жрец. Кажется, я снова сплёл тройную Вязь, а потом, сквозь "вату в ушах", слышал рядом крик ведьмака.

И темнота.

В себя я пришёл мгновенно, резко открыв глаза и увидев безоблачную лазурь неба и солнце — почти в зените. Получается, был в отключке часа четыре. Я лежал на утрамбованной земле, кто-то подложил мне под голову свёрнутый в рулон баул. Чувствовал я себя относительно неплохо, поэтому сразу поднялся и огляделся вокруг себя. У стены правого дома, я увидел весь отряд — рядом со мной сидел жрец и что-то писал в свою книгу, у стены полулежал бледный колдун, торс которого бинтовала Маша, здесь же спал Руслан, а Антон поил зельем Феруза, который был, видимо, сильно ранен, но в сознании. Мурад лежал рядом, не мигая глядя в небо. Все были вымазаны в земле, имели царапины, рассечения и гематомы. Но явных увечий и предсмертных хрипов не наблюдалось.

«Где ведьмак?».

Баходир обнаружился у дощатого хлева, справа от него. Он стоял и смотрел куда-то на юг. Смыв водой, из своих запасов, засохшую кроваво-глиняную корку с лица, я пошёл к нему. По пути, я думал о том, что, несмотря на свой брутальный и даже бандитский вид, ведьмак показал себя отличным командиром. — Он больше других рисковал собой, всегда оказываясь на острие битвы, быстро сориентировался, когда стало ясно, что придётся идти вглубь вражеской территории. То, что он "бросил" нашу группу, как приманку? Сейчас, я понимал — это было единственно правильным решением. Хозяин кладбища являлся дирижёром и кукловодом неживой орды, с его уничтожением, скорее всего, големы превратились в более слабых противников и быстро пали под нашим совместным натиском. Я почти уверен, что Баходир и его люди не ожидали столь многочисленного противника, но пошли на разумный и допустимый риск, в итоге одержав победу.

Поравнялся с ведьмаком и почувствовал приятный терпкий запах — он курил короткую трубку с небольшим чубуком. Я повернул голову на юг, куда смотрел наш рейд лидер.

— Жодугар, — он, без эмоций, приветствовал меня тюркским аналогом названия моего вида Знающих.

— Сехерчи, — вспомнил я, как называют ведунов в Азии.

Ведьмак хмыкнул.

«Блин, а как будет ведьмак?».

— Это всё, конец? — спросил я.

— Да, — ответил он после паузы. — Умар чистит. Потом. Надо... Хабар, ха-ха.

Он тихо засмеялся этому слову, в ответ я тоже улыбнулся — слово с арабским корнем, но кто в СНГ об этом помнит? Ведьмак достал из кармашка в разгрузке щепоть табака, добавил прямо в дымящийся чубук, чуть прижал и протянул трубку мне.

«Это — не табак», — подумал я, затягиваясь терпковатым дымом, в котором раскрывался целый букет ароматов и вкусов. Кофе, вишня, мёд — я не мог уловить всех нот — совсем не приторно, а как надо. Явно ощущался древесный аромат. Дым лишь слегка царапнул горло, проходя по гортани как тёплое молоко. Что удивительно, "нетабак" очень медленно прогорал — той щепотки хватило на несколько затяжек. Магия, угу. В голове появилась приятная лёгкость. Не табак, надеюсь не наркотик, тогда что? — Мне было пофиг — натуральный кайф.

— Хорошо? — ухмыльнулся ведьмак, заметив мою довольную физиономию.

— Отлично, — ответил я выдыхая ароматный дым.

— Джодугар хорошо, — утвердительно произнёс он и я почувствовал его взгляд.

Повернувшись я увидел в его глазах, что он имел ввиду не качество табака, а битву. Ведьмак коротко кивнул мне, а я ответил тем же.

Глава 15. Владение

Неожиданности, в этот день, сыпались как из рога изобилия. Да, «Изобилие» — вот подходящее название для второй части нашего "марлезонского балета". Феруз и Далер, как боевые единицы, выбыли из наших стройных рядов, а остальные принялись за дело. — Начался сбор добычи, которая, мягко говоря, соответствовала во́йску его охранявшему. Три баула забили, под завязку, черепами нежити — это были готовые заготовки под множество ценных изделий, особенно востребованные у колдунов и поводырей мёртвых, сиречь некромантов. Причём, изделия эти могли быть самого широкого спектра применения — от боевого до бытового.