Юрисдикция Такаши Сайто (СИ) - Костров Константин - Страница 6

- Я дежурил в тот день, уже вечером пришли мать с дочерью. Мать рассказала, что со слов дочери ей известно, якобы ее изнасиловал парень по имени Андрей. Дочь – девочка лет четырнадцати на вид все это подтвердила. С ее слов выходило, что она шла по парку вечером, когда ее ударили по голове, затащили в кусты, ну и все с ней сделали. Она узнала, что мужика зовут Андрей, потому что после всего этого, ему позвонили. И в трубке девочка услышала, что к парню обращались «Андрей». Я как обычно стал проверять, направил ее на экспертизу, подробно опросил. Все было «в цвет», на девочке побои, следы спермы на одежде и половых органах. Пока мы проверяли, нашли этого Андрея, но не трогали его и не давали знать, что мы его ищем. Но потом все пошла крахом. – после этих слов Бурков достал сигарету и закурил, уже не стесняясь меня. Я чувствовал, как от него исходит злость и гнев. Сделав пару затяжек, Бурков продолжил, – Уже под конец проверки, когда я хотел возбуждать дело, ко мне пришли мать и девочка и сказали, что все было не так, что у нее все было добровольно, что ее никто не насиловал, а побои получила, когда подралась с подружкой из-за мальчика, в общем несла полный бред. Я не поверил ей, естественно, и стал спрашивать, что произошло, но кроме этого бреда ни мать, ни девочка мне ничего не сообщили. Я конечно пошел к начальнику, тот мне сказал, чтобы я не лез не в свое дело и отказывал в возбуждении уголовного дела. Сволочь! – Бурков после рассказа смял сигарету и со злостью бросил окурок в мусорку, после чего продолжил рассказ – Я конечно отказал в возбуждении дела, да и выбора у меня не было, если бы не я, дак кто-то другой, только меня бы выперли из органов, сами понимаете. После этого были еще подобные заявления, но все они даже не проходили регистрацию. Всем потерпевшим оперативно затыкали рты, а начальник отдела делал вид будто и не было никаких изнасилований. Думаю, вы уже знаете, чьим сыном был этот Андрей. Думаю, на потерпевших и родителей надавили, поэтому они и поменяли показания.

После этих слов, я почувствовал, что Бурков опустошен и выговорился, что ему больше нечего добавить. Я заверил его, что его это никак не коснется, после чего покинул отдел и направился в штаб следственной группы, который находился в здании управления МВД области, в 50 километрах от района преступления.

Пока я ехал, в голове у меня сложилась цельная картина. Как и Бурков, я тоже считал, что на потерпевших надавил папаша Андрюши. Сученыш Андрюша, окончательно спятив от вседозволенности, доступности женщин, решил попробовать свои силы на девочках помладше. Но простых изнасилований, которые сходили ему с рук благодаря папаше, ему оказалось мало. Папочка, не желая, что бы его больного ублюдка упекли в уютную комнату с мягкими стенами, используя весь свой немалый административный ресурс, как мог отмазывал сынка. Однако, тому перестало хватать и он решил перейти к более жестоким забавам.

Андрюшу надо было брать, пока еще кто-нибудь не пострадал. Но взять легко, нужно еще и доказать его причастность. Поскольку Андрюша был классическим маньяком, то у него однозначно должны были быть трофеи. Причем, учитывая не слишком высокий интеллект злодея, я бы поставил на то, что его трофеями будут вещи, принадлежавшие жертвам. Учитывая, что Андрюша при совершении преступлений, прямо-таки кричал «Вы меня не поймаете», думаю трофеи мы найдем на самом видном месте в доме Андрюши.

А как это найти? Правильно, устроить обыск в жилище. Здесь же имелась еще одна сложность, которая заключалась в административном весе его папочки. Если бы я попросил разрешения у суда, как того требовал закон, то это стало бы известно папочке Андрюши почти мгновенно и я бы поручил по рукам. Но имелся и другой способ, а именно сделать неотложный обыск и обратиться в суд, чтобы он признал его законным. Здесь я шел ва-банк, если я ничего не найду, то мы крупно облажаемся, а я поеду в какой-нибудь условный Усть-Пердинск и в лучшем случае стану коллегой по несчастью Буркова, а в худшем отправлюсь принудительно работать в лесодобывающей промышленности. С другой стороны, если прижать Андрюшу и все будет на видел, то даже административный вес его папаши не поможет вытащить Андрюшу, а мне поможет избежать посещения лесов в условной кировской области.

Еще раз скажу, я не ангел и не святой и не поборник нравственности, но насиловать и убивать детей, это не просто перебор, это не может быть допустимо даже в самых диких племенах. Воспитываясь в детском доме, я не раз видел, как воспитатели продавали воспитанниц толстым дядям на иностранных машинах, даже совсем детей. То что, не могли после таких встреч жить дальше, думаю объяснять не нужно. Сегодня ты играл со своей подругой в догонялки, а завтра он смотрела на тебя глазами сломанной куклы.

Вспомнив эти события, я усилием воли подавил в себе мрачные воспоминания и злость, после чего, с холодной головой начал составлять план. Я понимал, что моя карьера будет кончена, независимо от успеха или провала задуманного, но остановиться я не мог и не хотел. Деньги у меня есть, на спокойное существование мне хватит до конца жизни. Надавить на меня через родных не получится. Ни женой ни детьми, я так и не обзавелся. Хата в центре Москвы и машина? Мне натурально наплевать. В последние годы работа не приносила мне какого-то удовольствия и удовлетворения, только деньги, но их уже достаточно на безбедную жизнь до самой старости. Терять мне было абсолютно нечего. Если бы я знал тогда, как сильно ошибаюсь, и какие риски я не просчитал.

Все эти мысли у меня проносилась в голове, пока я ехал от Буркова в штаб следственной группы. Приехав в штаб, у меня в голове уже созрел план, который я довел до подчиненных. Я видел, что местные, кто входил в состав следственно-оперативной группы, понимали, кто такой Андрюша и по своей воле бы связываться с ним не решились, но поскольку я был главным и взял всю ответственность на себя, а сами они были заинтересованы в том, чтобы прекратить убийства детей, никто не стал мне препятствовать или пытаться сообщить о произошедшем «наверх», чтобы снять с себя ответственность.

Вечером того же дня, когда Андрюша на своей БМВ приехал уставший домой, я с понятыми, найденными в соседнем поселке, вошли в дом, устроив в нем обыск, осуществляя при этом запись видео. Мои прогнозы оправдали себя, в доме, обставленном на подобии охотничьего ранчо из какого-нибудь американского штата, прямо на камине, перед которым лежала шкура какого-то зверя, лежали какие-то предметы, не подходящие под общий антураж дома. Там были какие-то пеналы, зеркальца, детская косметика и тому подобные вещи в основном в розовом цвете. Они был аккуратно расставлены на камине, а над ними на стенах были головы оленей, волков и медведей. Все эти розовые вещи были тем же, что и головы зверей над ними – трофеями. Андрюша сразу понял, зачем к нему пришли. Стал хохотать. В последующем, Андрюшу на месте допросили, где тот с безумной улыбкой рассказывал подробности убийства девочек и говорил про свой великий план, даже показал, где закопал тела. Потом Андрюшу побили, естественно за попытку скрыться, и направили в изолятор временного содержания.

Естественно, потом, вся подноготная семьи Андрюши, вместе с видео обыска и допроса, «совершенно случайно» утекла в сеть, где произвела эффект информационной бомбы. Общественность жаждала справедливого суда. И возмездия для Андрюши. Но все было не так просто. Его папаша не сдавался, наняв ему кучу адвокатов, которые пытались оспорить каждый чих следствия. Но я этим не стал заморачиваться, сделав основную часть работы и передав уголовное дело в отдел попроще. Я был готов столкнуться с местью папаши ублюдка, полагая, что в итоге, меня тихо уволят «по собственному желанию» 2 недели назад. Но не тут то было, я недооценил злобность родителя этого чудовища.

После задержания Андрюши и до сегодняшнего момента прошел месяц. Меня никто не трогал, мне никто не звонил. Но вчера мне позвонили из приемной Председателя и сообщили, что завтра он ждет меня на личный прием к 10 часам.