Юрисдикция Такаши Сайто (СИ) - Костров Константин - Страница 55

Председатель согласился, что это все выглядело слишком странно. Слишком резкая перемена личности для человека, просто получившего травму. Даже если эта травма и пробудила в нем необычные способности.

- Насколько Сайто сможет повлиять на текущий статус операции? – спросил Председатель.

- По версии аналитиков Сайто – элемент, который может поставить под угрозу всю операцию, - ответил собеседник, - Рекомендована ликвидация по сценарию номер три.

Председатель задумался. «Сценарий номер три» - инсценировка несчастного случая. Номер один – тихое устранение, два – публичная акция. Собеседник тем временем продолжил:

- Иные сценарии спровоцируют полицию усилить контроль. Несчастный случай же выиграет для нас некоторое время.

- Хорошо, - согласился Председатель, - Сценарий номер три санкционирован.

***

- Закройте дверь, - приказал я Хикари и Кенджи, как только они зашли за мной в пустующий кабинет. Ребята посмотрели на меня выжидающе, - В общем, Рицука определенно не врет. Она никого не предавала, ни на кого не работает, и даже случайно никому не сливала информацию."

Я мог поручиться за каждое слово - во время нашего разговора тщательно сканировал её эмоциональный фон своими эмпатическими способностями. За время службы я научился использовать свой дар как своеобразный детектор лжи, хотя найти закономерности в эмоциональных всплесках собеседника было чертовски непросто.

Я опирался на тот же принцип, что и полиграф - ложь всегда вызывает стресс, который отражается на физиологических показателях – пульс, потоотделение. Правда, это работает только с обычными людьми. Психопаты или патологические лжецы, искренне верящие в собственную ложь, стресса не испытывают - для них такие критерии бесполезны. Но Рицука Хаяши, благослови её Аматерасу, была нормальным человеком, и я легко считывал её эмоциональные реакции.

Звучит просто - раз и поймал на лжи. На деле всё гораздо сложнее. Помимо того, что это выматывает, не всегда можно однозначно трактовать эмоциональные реакции. Спроси человека, крал ли он шоколадки из магазина - получишь целый букет эмоций: тут и праведное возмущение ложным обвинением, и страх, потому что крал, но в другой раз и не шоколадки. Нюансов столько, что я пользовался этой способностью крайне редко и очень осторожно.

Но с Рицукой всё было кристально ясно. Я знал её достаточно долго и хорошо изучил все её реакции, поэтому определить правду или ложь в её словах труда не составляло.

Она была чиста. И это, пожалуй, единственная хорошая новость за последнее время.

- Такаши, - начал Кенджи, - Я понимаю, Хаяши тебе не безразлична, но все указывает на нее.

Хикари с тревогой посмотрела на меня. Я ответил тяжелым взглядом. Всё это было чертовски сложно. Рицука значила для меня больше, чем просто коллега. Нет, никакой романтики - просто она стала первым человеком, с которым я смог нормально общаться после выписки из больницы. Именно Рицука, заливаясь смехом, объясняла мне то, что я якобы "забыл": как совершать покупки в роботизированных маркетах, как пользоваться современной техникой, которая для меня выглядела как инопланетные технологии. Она показывала город, рассказывала о местах и людях, помогая мне заново освоиться в этом мире.

Она стала моим проводником в новую жизнь, даже не подозревая, насколько буквально это было правдой. И теперь мысль о том, что она может оказаться предателем, причиняла почти физическую боль.

Я понимал, что Кенджи воспримет мои аргументы как проявление эмоций. Его можно было понять - тщательно спланированная операция дала результат, и признать, что ты сел в лужу и схватил не того человека, было чертовски сложно.

Сейчас передо мной стоял выбор: либо остаться один на один со своим знанием и действовать самостоятельно, либо получить надежных союзников, но для этого придется раскрыть часть правды о себе.

В Хикари я был уверен безоговорочно. Кенджи знал меньше, но одно я знал точно - он никогда не сделает ничего, что могло бы навредить сестре или даже просто расстроить её. Взвесив все "за" и "против", я решил раскрыть часть своих способностей. В конце концов, иногда стоит рискнуть, чтобы получить надежных союзников.

- Кенджи, послушай, во мне говорят не эмоции, а точное знание, - он скептически посмотрел на меня, - Прозвучит странно, но у меня есть способность определять ложь.

- Ага, - саркастически улыбнулся Кенджи, - А я умею летать. Кстати, где мой плащ и красные трусы?

Хикари пристально посмотрела на меня. В отличии от брата, она меня знала дольше и понимала, что я не бросаю слова на ветер. Но ничего не сказала, позволив мне продолжить.

- Просто проверь.

- И как?

- Придумай историю из жизни, где правда и ложь будут перемешаны, а я укажу на ложные элементы рассказа.

- Ну, можно, - с сомнением сказал Кенджи.

Он сел за стол и несколько минут что-то записывал на листе. Закончив свой литературный опус, приготовился к чтению. Я сосредоточился, настраивая свои эмпатические "сенсоры" на его эмоциональный фон. Сейчас главное - не пропустить те микроскопические всплески, которые выдадут ложь в его рассказе. Однако, эксперимент не удался. Когда Кенджи дошел до момента, где известная певица Мизуки Аояма пригласила Кенджи поужинать, а он отказался, мы с Хикари синхронно ударили себя ладонями по лицу.

- Кенджи, какой же ты придурок! – сказала Хикари.

- А что? – возмутился ее брат.

- Кенджи, понимаешь ложь не должна быть настолько топорной, что ее способен распознать даже твой четырехлетний сын, - терпеливо объяснил я другу.

- Ты хочешь сказать, что Мизуки Аояма бы не пригласила меня на ужин? – упорно не сдавался Кенджи.

Хикари поднялась со стула, наградила брата подзатыльником и забрала у него листок. Несколько минут она что-то быстро писала, потом стала рассказывать свою историю о том, как Хикари однажды провалила важное задание, но выкрутилась благодаря случайности. Некоторые детали казались правдоподобными, другие вызывали сомнения. Сосредоточившись на её эмоциональном фоне, я начал указывать на ложные элементы.

С каждым моим попаданием глаза Кенджи становились всё больше. Когда я закончил, Хикари посмотрела на брата:

- Ну что, всё ещё думаешь, что он шутит?

Кенджи откинулся на стуле, качая головой:

- Чёрт возьми... Это действительно работает. Но как?

- Мы обязательно вернемся к этому вопросу, - терпеливо сказал я, мысленно желая оттянуть этот момент как можно дальше.

В груди поселилось неприятное чувство тревоги. Я только что раскрыл часть правды о себе - пусть даже такую малую. Для человека, который привык держать все карты при себе, это было сродни прыжку с парашютом - вроде знаешь, что всё рассчитано, но внутри всё равно ёкает.

Но выбора не было. Иногда приходится рисковать, чтобы двигаться дальше. К тому же, я доверял Хикари и Кенджи - насколько вообще мог доверять кому-то в этом мире. Они были не просто коллегами или друзьями - они стали частью моей новой жизни.

Конечно, я рассказал им лишь о способности различать ложь, оставив при себе главную тайну - о своём истинном происхождении и проекте "Иггдрасиль". Некоторые секреты должны оставаться секретами, если не хочешь подвергать опасности тех, кто тебе дорог.

В конце концов, даже самые близкие люди не должны знать всей правды. Иногда ложь во спасение - единственный способ защитить тех, кого любишь.

Теперь, когда я доказал свои способности, можно было переходить к основной повестке дня – спасению Рицуки Хаяши.

- И что дальше? - Кенджи явно был настроен на действия.

- Теперь нужно понять, как информация утекла через Рицуку, - я задумчиво потер подбородок, - Она явно не предатель, но кто-то использовал её. И нам нужно понять как. Тогда мы поймем кто это делал.

- Нужно разделиться, - Хикари включила режим старшего детектива, - Такаши, мы с тобой проверим квартиру Рицуки. Кенджи, забери её телефон со склада и просмотри его вместе с ней – возможно мы сможем найти какую-то зацепку в ее круге общения. Такаши, может ты знаешь с кем она общалась в последнее время?