Желая дракона (ЛП) - Мило Аманда - Страница 2

Дрожащая улыбка пытается сиять на моем лице, когда я думаю о частой жалобе Йорана на то, что однажды ему не придется ткать или стирать. Когда он достигнет совершеннолетия, для него больше не будет женской работы. Он просто будет лежать на спине и заставлять женщин делать всю работу.

«За это заявление он часто получал добродушный подзатыльник по своей белокурой голове».

Теперь я боюсь, что он не смеется. Я боюсь, что, где бы он ни был, он, вероятно, привязан и не наслаждается всей работой, происходящей на нем сверху, как он был уверен. Что это не просто «бездельничать и расслабляться», как он шутил.

Потому что его похитило племя Киппик. Жестокие, грабительские когти племени Киппик имеют обыкновение погружаться в молодых людей и оставлять им пустую оболочку, которую они не утруждают себя сжиганием или захоронением. Однажды мы наткнулись на их мужчин. Они оставили их мертвыми на равнинах для падальщиков, этих обиженных отцов своих детей, этих человеческих существ, которые заслуживали полноценной жизни, даже если их целью было просто оплодотворить каждую подходящую женщину, которая посещала их.

Я хлещу своим крючком-на-веревочке по молодому деревцу, ловлю лист и сердито наматываю его обратно на себя.

У нас недостаточно сил, чтобы спасти Йорана от Киппиков.

Пока что.

Но как только у наших ног окажется дрессированный дракон, возможно, у нас будет шанс. По факту…

Гарь.

Я наклоняю голову, улавливая запах ветра.

Пожар. Ятанак сказал мне следовать за пожаром.

Я не знала, что он имел в виду. Половину времени, я подозреваю, он говорит загадками, чтобы звучать мудро, но прикрывает тот факт, что он забыл ответ на чей-то вопрос.

Я втягиваю воздух, легкие бьют меня по ребрам, я чувствую запах гари, которой здесь быть не должно; на этой горе нет других племен, не так высоко.

Я ищу нору или логово.

Я не ожидаю увидеть пещеру.

Такую огромную.

Мои ноги спотыкаются, когда я подхожу ко входу. Камни скалистые, и обязательно сломаю себе чертову шею, если не буду смотреть под ноги. Но я пытаюсь просканировать местность, высматривая маленькое чешуйчатое существо, которое проскользнет мимо меня, чтобы спрятаться.

Я иду на компромисс, медленно двигаюсь, смотрю на землю, чтобы сделать следующий безопасный шаг, а затем оглядываюсь в поисках застенчивого, редкого существа.

Не могу дождаться, чтобы начать его тренировать. Ятанак сказал, что драконы верны тому, кто их схватит. Видит бог, нам бы не помешало верное, заботливое создание.

Без этого мы застрянем, будучи почти беспомощными.

Я стискиваю зубы.

Не долго.

Я поймаю защитника.

Я собираюсь завоевать для нас дракона.

Глава 2

Налле

Я не была готов к путешествию в темноте. Так далеко от входа в пещеру я почти ничего не вижу. Я задаюсь вопросом, стоит ли мне рискнуть вытащить свечу и зажечь фитиль. Без сомнения, это насторожит мою добычу. Предполагается, что драконы очень наблюдательны и реагируют со скоростью побега травяной змеи.

После обучения они могут атаковать со всей быстротой незаметной травяной змеи. Я молча молюсь, чтобы это было правдой. Запряженные, это будет именно то, что нам нужно: маленький, но жестокий компаньон, который будет за нами следить. Как дрессированный волк, но с чешуей.

Скрежет камня о камень заставляет мои уши насторожиться.

Волнение бьет меня по груди, как молот. «Пожалуйста, будь драконом». Сердце бешено колотится, я смотрю в угол, кажется, я слышала звук оттуда. Все, что я вижу, бесконечная чернота.

Нет, подождите… Я прищуриваюсь. Немного блеска…

Я слышу царапанье, и сначала мне кажется, что я вижу гигантское, чернильно-темное создание, похожее на змею. Достаточно плохо. Каменный питон — опасный зверь. Но по мере того, как мои глаза прослеживают длину предмета и становятся очевидными треугольные клинья, когда предмет изгибается вверх, вверх, вверх — я вижу, что формы на самом деле вырастают из жилистой формы, как у крокодила.

Я смотрю на хвост существа.

Над моей головой загорается мягкое свечение, освещая мое поле зрения.

Мое бешено колотящееся сердце?

Замирает.

Страх льется по моему позвоночнику, как ледяная вода в озере. Я смотрю на массивное бедро. Чешую, вот что блестело и бросалось в глаза. Мерцающие черные чешуйки.

У драконов есть чешуя.

Я смотрю на задницу дракона.

И сразу понимаю, что информация Ятанака была немного неточной. Драконы могут быть по колено, но только когда они гребаные младенцы.

Боюсь дышать. Боюсь двигаться. Боюсь закрыть глаза. Я смотрю на задницу дракона и пытаюсь понять, чувствую ли я свои ноги. Потому что мне нужно будет бежать быстрее, чем это существо может развернуться и укусить.

Или выдохнуть огонь. «Ятанак отправил меня с заверениями в размере — ложь! — и с рыболовным крючком? Старик — сумасшедший гуано-летучая мышь!»

Свечение, исходящее сверху меня, меняется.

Втягивая в себя тихую, испуганную икоту, я запрокидываю голову и смотрю высоко-высоко.

На меня светят два гигантских глаза, окрашивая все вокруг в ярко-зеленый цвет.

Кожистый шепот сигнализирует о том, что за спиной огромного существа настраиваются крылья, невидимые для всего черного. Невидимый даже в зеленом сиянии, потому что именно на мне сосредоточен весь грозный взгляд дракона.

Сдавленный крик застревает в моем горле.

Голова дракона длинная, с крючком-клином на конце морды. Его верхняя челюсть выступает с клыками, а зубы торчат и перекрывают губы с нижней стороны. За его головой находятся два рога, и, если я не ошибаюсь, легкая оборка на его горле на самом деле является смягченной оборкой.

Я смотрю на большого Хохлатого Мерлина. Легендарный дракон, которого никто из моих людей никогда не видел — или, по крайней мере, никогда не возвращался домой, чтобы подтвердить, что сказки правдивы.

У степных племен есть все легенды о драконах, заявления настолько диковинные, что им никто не верит. Говорят: высокий, как гора. Крылья быстрее орла. Огненное дыхание настолько горячее, что может растопить женщину в полной броне на месте.

Одетая только в шкуру животных и легковоспламеняющийся мех, я сглатываю.

Две треугольные чешуи, расположенные выше ноздрей существа, расширяются, как носовые щиты. Они дергаются назад, когда дракон вдыхает, существо тяжело дышит, даже когда раздвигает свои челюсти. «Дракон нюхает меня». Глаза узкие, цвета стеблей ранней степной травы.

Зрачки, которые сидят, как черные прорези в глазах, похожих на драгоценные камни, фокусируются на мне и расширяются, и по моей коже пробегают мурашки.

— Извини, что беспокою тебя, — хриплю я, сдавив горло. — Я собираюсь уйти…

Морда зверя обрушивается вниз, его пасть широко раскрыта.

Без раздумий действуют мои руки.

Я бью крючком.

Мой крошечный, неэффективный крючок.

Горячий пар обрушивается на меня — и челюсти дракона дергаются в противоположных направлениях, когда он поворачивает голову и фыркает, вытягивая шею, когда смотрит вниз своим длинным носом, чтобы определить, что я бросила.

Веревочка моего крошечного крючка рвется без всякой борьбы. И с чего бы это? У паутины больше прочности на растяжение, чем у крошечного шнура. Я не собиралась заводить небесного монстра.

Каверок трясется с потолка, когда дракон издает рычание с такой низкой частотой, что его даже не слышу — я только чувствую.

Когти зверя сгибаются, царапая каменистую землю с болезненным визгом, заставляя меня пригнуться. С ужасом я вздрагиваю и смотрю вверх, пытаясь понять, что я зацепила.

Нос зверя.

Я поймала этого монстра за нос.

Массивный дракон замер, его ужасно умные глаза на мгновение пересеклись, когда он рассматривает блестящий металл, пронзающий его тонкочешуйчатый носовой щит.