Шоу "Невеста для вампира" (СИ) - Максимова Адриана - Страница 25

— Почему здесь так много цветов? — снимая плащ и ища глазами, куда можно повесить, спросила я.

— Для здоровья, — сев за стол и что-то ища в верхнем ящике, ответил Вианор.

— Вроде защиты от стресса? — спросила я.

— Ну почти, — ответил Вианор, выкладывая на стол папку. — Это дело об убийстве твоего брата. Я запросил его, чтобы уточнить некоторые детали.

— Следователь, который занимался его делом…

— Очень спешила на пенсию и не хотел в нем копаться, — закончил за меня Вианор. — Здесь указано, что на шее были следы от укуса вампира, но из-за размера, они вызывали сомнения.

— Хочешь сказать, что Феликса мог убить юный вамп? — прошептала я и у меня перед глазами все завертелось. Пришлось ухватиться за край стола, чтобы не вылететь из это реальности.

— Как вариант, — ответил Вианор и наполнив стакан водой, протянул его мне. — На шее Рената были похожие следы.

— Ты подозреваешь Рому? — озвучила я свое самое страшное предположение. — Это будет слишком жестоко.

— У тебя сохранились вещи брата?

— Не все, но что-то осталось.

— Есть у меня одна гипотеза, но мне нужно одно подтверждение, прежде чем я смогу ее проверить, — с воодушевлением проговорил Вианор. — Ты знаешь, как заболевают вампирской лихорадкой?

— Как гриппом, после общения с тем, кого обратили недавно, или кто имел соприкосновение с вампирской кровью, — с готовностью ответила я.

— Не совсем так, — мягко возразил Вианор и испытывающее посмотрел на меня, словно решал, достойна я знать что-то большее или нет. — Если вампирская лихорадка, которая свирепствует уже несколько десятков лет, мужчин бы в Астерсити не осталось. Это несколько сложнее. Должно совпасть — кровь, слюна, долгое нахождение в контакте с новообращенным и, конечно же, самое важное иммунитет и ген, который трансформирует организм человека в вампира. Много кто пытался обратить и детей, и молодых юношей, чтобы те как можно раньше стали бессмертными, но не у всех это получается, даже если все важные аспекты соблюдены.

— Я…я даже представить не могу, чтобы у Ромы был с кем-то такой близкий контакт, — пробормотала я.

— Пить из одной чашки, делиться едой, дотронуться до пореза или капель крови после него — это бытовые мелочи, когда человек находится в обществе.

— Тогда почему женщины, даже если долго живут с вампами, не становятся такими же, как они?

— На женщин близость с вампиром действует крайне негативно, — сказал Виаонор и нахмурился, словно вспомнил что-то. Потер рукой лоб и отвернулся. — Пара-тройка лет рядом с вампом, и они умирают, как после облучения радиацией.

— Но тогда как же… Почему… — я растерялась и запуталась в своих мыслях, похожих на обрывки газеты.

— Ты не знала? — вскинув брови, спросил Вианор. Мне показалось он удивился. Я покачала головой. — Совсем не романтично, правда?

— Можно ли этого избежать?

— Воздержание и дистанция спасают от многих проблем и разочарований, — бодро произнес Вианор. А я думала, насколько я уже умираю от общения с Илаем и какие последствия будут потом, после шоу. Три месяца с вампами, это ведь не пятиминутное свидание. А если еще добавить Рому, который неизвестно когда переболел и в каком качестве жил с нами… Это окончательно добило меня, и я сникла. А еще мне захотелось срочно пройти полное обследование, чтобы убедиться, что я не развалюсь прямо сейчас.

— А если не так радикально?

— Такой способ еще не придумали. Вас перед шоу о таком не предупреждали?

— Нет, ни слова, — вздохнула я. — И в сети я о таком ничего не читала. Об этом запрещено говорить?

— Ну я бы не сказал, что это тайна, — пожал плечами Вианор и протянул несколько бумаг. — Заполни, это касается Ромы и его нахождения в Доме Сумрака.

Я погрузилась в заполнение бумаг. Не знаю почему, но моя внимательность всегда падала, стоило мне только взять в руки официальный документ. Я забывала, как пишутся слова, путала цифры и мне приходилось заполнять бланки снова и снова. Предвидя очередные мучения, с досадой закусила губу. Хорошо, хоть головная боль прошла после таблетки.

Как опекун Ромы, я должна была ответить на десятки вопросов о его здоровье, вкусах, привычках и контактах с другими детьми и взрослыми. Вчитываясь в бездушные предложения, я вдруг с ужасом поняла, что почти ничего о нем не знаю. Вернее, знаю, но не так, как должна по мнению специалистов. Мне стало страшно, что один неверный ответ и я могу навсегда потерять Рому, а вместе с ним и двух других мальчишек. Я не переживу этого. Что, если их отнимут у меня и отправят в приют? Меня бросило в жар и стало тяжело дышать. У Вианора зазвонил телефон и потянулся к трубке, чтобы ответить.

— Да, очень жду, — крутя пальцами карандаш, с оживлением проговорил он. — Да, слушаю. И на почту тоже пришлите! Ага, понял. Другие анализы могут этот опровергнуть? Вообще отлично. Спасибо, я твой должник!

— Что? — подаваясь вперед, спросила я, кон он отложил трубку в сторону.

— Рома переболел вампирской лихорадкой около десяти месяцев назад, — потирая виски, сказал Вианор. — Ее удалось нейтрализовать каким-то препаратом, поэтому вирус притих, и он выглядел здоровым. Если бы не стресс, который он пережил, возможно, о том, что Рома вамп никто бы и не узнал.

— Не понимаю, — устало проговорила я. — А как же жажда крови? Изменения в теле?

— Из-за неизвестного нам препарата произошла мутация, — задумчиво проговорил Вианор. — Так что развивалось не по привычному сценарию.

— Получается, что лекарство от вампиризма все -так есть? — с надеждой спросила я.

— Лаборатории то и дело тестируют что-то новое, но безопасное средство пока не создано, — вздохнул Вианор.

— Получается, Рома заболел, когда Феликс был еще жив…

— Похоже, что да.

— И я вместе с младшими детьми много месяцев жила рядом с вампом, — озвучила свой страх я. — Значит ли это, что нам всем не долго осталось?

— Судя по твоему цветущему румянцу, с твоим здоровьем все в порядке, — взглянув на меня, успокоил Вианор. — Детей обязательно проверят.

— Если Роме дали препарат от вампирской лихорадки, значит, Феликс знал, что он болен, — сделала вывод я.

— Он не обращался с этим вопросом ни в одну из клиник, я уже проверил.

— Решил, что справиться сам. Это в духе моего брата. И тогда становится понятно, для чего он взял деньги у Реджи.

— Но все еще непонятно, кто его убил, — напомнил Вианор. Я кивнула. Дверь за моей спиной тихо скрипнула и открылась, По коже пробежал прохладный воздух от сквозняка.

— Вы сказали, зайти позже, — услышала я знакомый голос и обернувшись увидела Рената. На нем был белый свитер, из-под ворота на шее виднелся толстый бин, из-за чего двигался он так, словно она у него сломана. — Что она здесь делает?

— Явно не предвкушает встречу с вами, — оживленно проговорил Вианор, забирая у Рената несколько листков, небрежно скрепленных скрепкой. Он пробежал по написанному глазами и откинулся на спинку стула. — Так-так, вы обвиняете Николь Марию в сокрытии опасного существа и тебуете компенсацию в размере…

— Сколько⁈ — вырвалось у меня, когда я услышала сумму. — Да не стоит ваша шея таких денег!

— Это должен решить суд! — зло бросил Ренат. — И я уверен, он будет на моей стороне.

— Фокс, сколько стоит нанять киллера? — раздраженно спросила я, даже не успев подумать, как это прозвучит.

— Вы слышали? Она мне угрожает! — рассвирепел Ренат.

— Скорее, выражает свою обескураженность, — дружелюбно проговорил Вианор, бросив на меня строгий взгляд. — Это очень большая сумма.

— Меня такие вещи не волнуют, — холодно ответил Ренат. — Я пострадавшая сторона. И я очень надеюсь, на ваш профессионализм лейтенант Фокс, а не личную симпатию к красивому личику ответчицы.

— Конечно, — заверил его Вианор и оставив свою подпись на документах, вернул их Ренату. — Можете идти в суд.

Ренат вышел, хлопнув дверью. Я поморщилась от вибрации, прошедшей по помещению.

— У меня нет таких денег, — шмыгнув носом, сказала я.