Кошмарной летней ночью (сборник) - Стайн Роберт Лоуренс - Страница 8

– Меня тоже, – вздохнула Крис. – Чертовщина какая-то. Думаю, надо рассказать маме.

Линди застегнула пиджачок. Потом уселась на кровать, посадила Слэппи себе на колени и стала надевать на него ботинки.

– Да. Наверное, надо, – согласилась она. – Это… это просто кошмар какой-то.

Их мать уже лежала в постели с романом Стивена Кинга. В спальне было темно – лишь ночник над изголовьем кровати отбрасывал узкий треугольник желтого света.

Когда девочки вышли из темноты, миссис Пауэлл вскрикнула от неожиданности.

– Ой, напугали. Такая жуткая книга, а я как раз собиралась спать…

– Можно тебя на пару слов? – нервно прошептала Крис.

– Творится что-то странное, – добавила Линди.

Миссис Пауэлл зевнула и закрыла книгу.

– В чем дело?

– В Мистере Вуде, – прошептала Крис. – Он какие-то странные штуки выкидывает.

– Что? – Миссис Пауэлл вытаращила глаза. В ярком свете ночника она выглядела бледной и уставшей.

– Он душил Слэппи, – сказала Линди. – А после обеда наговорил всяких гадостей. И…

– Стоп! – Миссис Пауэлл вскинула руку. – Довольно.

– Ну мам… – начала Крис.

– Все, девочки, хватит, – устало проговорила мать. – Я сыта по горло вашим глупым соперничеством.

– Ты не понимаешь, – настаивала Линди.

– Нет, я прекрасно все понимаю, – отрезала мать. – Теперь вы соперничаете из-за болванчиков.

– Мам, ну пожалуйста!

– Я хочу, чтобы вы немедленно прекратили, – настаивала миссис Пауэлл, бросив книгу на прикроватный столик. – Я серьезно. Больше ни слова, ни от кого из вас, не желаю слышать об этих болванчиках. Если у вас проблемы, решайте их между собой.

– Мам, послушай…

– А если не сможете, я заберу болванчиков. Обоих. Я не шучу. – Протянув руку, она выключила ночник, и комната погрузилась в темноту. – Доброй ночи.

Пришлось девочкам возвращаться в свою комнату несолоно хлебавши. Не говоря ни слова, они поспешили назад.

У двери в спальню Крис замешкалась. Она ожидала увидеть, что Мистер Вуд снова душит Слэппи. И облегченно вздохнула, обнаружив обоих болванчиков на кровати, где они с Линди их и оставили.

– Как-то мама не особо нам помогла, – с досадой сказала Линди, закатывая глаза. Взяв Слэппи, она начала устраивать его в кресле перед окном.

– Наверно, она уже засыпала, а мы ее разбудили… – Крис взяла Мистера Вуда и направилась с ним к креслу, но вдруг остановилась. – А знаешь что? Посажу-ка я его на ночь в стенной шкаф, – сказала она задумчиво.

– Хорошая идея, – ответила Линди, забираясь в постель.

Крис взглянула на болванчика, почти ожидая, что он как-нибудь отреагирует. Начнет возмущаться. Оскорблять ее.

Но Мистер Вуд лишь ухмылялся, а глаза его были пусты и безжизненны.

Крис почувствовала холодок страха.

«Я начинаю бояться дурацкого чревовещательского болванчика», – подумала она.

«Я запираю его на ночь в шкафу – потому что боюсь».

Она отнесла Мистера Вуда к шкафу, кряхтя, подняла высоко над головой и затолкала на верхнюю полку. Аккуратно закрыла дверь, убедившись, что замок щелкнул, и вернулась в кровать.

Спала она урывками, все время ворочалась поверх одеяла, ее мучили тревожные сны… Она проснулась оттого, что ночная сорочка перекрутилась, сдавив правую руку. Крис с трудом расправила сорочку – и снова провалилась в беспокойный сон.

Проснулась она рано, взмокшая от пота. Небо за окном было еще серым.

В комнате стояла духота. Крис медленно села, чувствуя усталость, будто и не спала вовсе. Поморгала, разгоняя сон, и тут ее взгляд упал на кресло у окна.

Там сидел Слэппи, ровно на том же месте, куда его посадила Линди.

А рядом с ним сидел Мистер Вуд, обнимая Слэппи рукой за плечи, и торжествующе ухмылялся, словно выдал отменную шутку.

– Итак, Мистер Вуд, вы ходите в школу?

– Конечно, хожу. Я же болванчик, а не болван!

– А какой ваш любимый урок?

– Конечно, урок труда!

– А что вы мастерите на уроках труда, Мистер Вуд?

– Я мастерю себе болваночку! А что же еще? Ха-ха! Думаешь, мне охота остаток жизни просидеть на твоих коленках?

Крис сидела за туалетным столиком с Мистером Вудом, глядя на себя в зеркало – готовилась к весеннему концерту.

Последние два дня Мистер Вуд вел себя хорошо. Ничего пугающего и таинственного больше не происходило, и Крис потихоньку начала расслабляться. Наверное, теперь все будет в порядке…

Она склонилась к зеркалу, следя за губами, когда заставляла болванчика говорить.

Буквы «м» и «б» оказалось невозможно произнести не шевеля губами. Она решила по возможности избегать их в своем выступлении.

«Я уже получше переключаюсь с голоса Мистера Вуда на собственный, – отметила она с радостью. – Но надо быстрее. Чем быстрее мы с ним разговариваем, тем забавнее получается».

– Давай попробуем еще разок, Мистер Вуд, – сказала она, придвинув стул поближе к зеркалу.

– Работа, работа, работа, – проворчала она за болванчика.

Но не успела Крис начать репризу, как в комнату влетела запыхавшаяся Линди. Крис увидела ее в зеркале: волосы рассыпались по плечам, на лице играет счастливая улыбка…

– Знаешь что? – с ходу выпалила Линди.

Крис хотела было ответить, но Линди ей не дала.

– Миссис Питри была на именинах у Эми Маршалл, – затараторила она. – Она работает на Третьем канале. Ну, на телестудии. И она думает, что я достаточно хороша, чтобы выступить в передаче «Ищем таланты», которую крутят по выходным.

– Что? Правда? – только и смогла выдавить Крис.

Линди подпрыгнула, издав ликующий клич.

– Мы со Слэппи будем выступать по телику! – верещала она. – Ну разве не сказка?!

Глядя на сияющее отражение сестры, Крис вдруг почувствовала себя так, словно ее пырнули ножом.

– Пойду маме расскажу! Эй, мам! Мам! – Линди выбежала из комнаты. Крис слышала, как она с радостными воплями понеслась вниз по лестнице.

– А-а-а-а-а! – Крис больше не могла сдерживаться. – Почему все хорошее случается с Линди! Я веду идиотский концерт для дай Бог сотни родителей, а она попадет на телевидение! Я ничем не хуже ее. Может, и лучше!

В ярости вскинула она Мистера Вуда над головой и с размаху швырнула об пол.

Голова болванчика гулко стукнулась о половицы. Большой рот распахнулся, словно в беззвучном крике.

– Ой… – Крис с трудом смогла взять себя в руки.

Мистер Вуд, скорчившийся у ее ног, смотрел на нее с укором.

Крис подняла его и прижала к груди.

– Ну-ну, Мистер Вуд, – ласково зашептала она. – Я тебе больно сделала? Да? Прости, мне так жаль… Я не хотела.

Болванчик продолжал смотреть на нее. Улыбался как ни в чем не бывало нарисованными губами, но в холодных его глазах не было прощения.

Поздняя ночь. Ни ветерка. Не колыхались занавески на окне спальни. Бледно-серебристый свет луны лился в окно, образуя длинные лиловые тени, которые, казалось, ползут через спальню девочек.

Линди спала некрепко, ее сны были полны ярких, красочных образов. Из сна ее вырвал какой-то звук. Тихое «бух!»

– Что? – Оторвав голову от пропитанной потом подушки, она обернулась.

Кто-то двигался в темноте. Его-то шаги и разбудили ее.

– Эй! – прошептала она, окончательно проснувшись. – Кто здесь?

Фигура повернулась в дверном проеме – тень на фоне темноты.

– Это всего лишь я, – прошептала она.

– Крис?

– Ага. Меня что-то разбудило. И в горле пересохло, – прошептала сестра. – Я на кухню, водички попить.

Она исчезла в темноте. Приподняв голову над подушкой, Линди слышала, как она спускается по лестнице.

Когда звук шагов стих, Линди закрыла глаза и опустила голову на подушку.

А через несколько секунд Крис завопила от ужаса.

С колотящимся сердцем Линди вылезла из постели. Одеяло запуталось у нее в ногах, чуть не свалив ее на пол.

Душераздирающий вопль Крис звенел в ушах.