Камень 1993. Книга 3 (СИ) - Савинов Сергей Анатольевич - Страница 14

— Выходит, что интерес ко мне есть, и весьма нездоровый, — резюмировал я. — Думаю, в Москве этому не обрадуются.

А вот теперь как раз нужный момент. Вон они как напряглись.

[1] И это действительно так. Первый альбом Круга «Тверские улицы» был записан еще в 1989-м, потом еще два в 1990 и 1991 годах. Они так и не вышли официально, но распространились пиратским способом. Видимо, в бане у Купола как раз и играла нелегальная копия «Тверских улиц».

[2] Кармановские — реально существовавшая ОПГ в Ярославле 90-х. Возглавлялась в разное время лидерами Переломом (Вячеславом Переломовым) и Лешим (Олегом Туманцевым).

Глава 7

— И кто же за тебя там, в Москве, беспокоится? — ровным голосом уточнил Купол. Как будто бы ему даже пофигу, но на смех не поднял, поверил или просто осторожничает.

— Есть люди, — я добавил туману. — Я бы предпочел их не называть, потому как мне за это предъявить могут. Но сидят они высоко, это не братва. И руки у них длинные.

— Купол, да он же п***дит! — опять не выдержал Кореец. — У меня таких, знаешь, сколько было? Всех московских авторитетов перебирали, лишь бы их не тронули! Один мне Дедом Хасаном угрожал, и где он теперь?

— А я не говорю про Деда Хасана, — я перевел взгляд на одноглазого. — Сказал же, это не братва. Давайте так. Я вам дам парочку фактов, которые легко проверить. Один сразу, второй чуть позже. И если я оказываюсь прав, мы расходимся бортами, и каждый занимается своим делом.

— Давай попробуем, — Сева Купол прищурился.

— Факт первый, — начал я. — Эти люди знают, что мэр Кондратюк завязан с братвой, и что он покрывает легализацию угнанных машин. Недавно ему дали выбор: помочь мне с организацией производства или сесть.

— А я-то думал, чего Дядя Гоша такой нервный вдруг стал, — усмехнулся Кореец. — Жаловался, что подвинуться пришлось. А оказывается, вот как мэр тебе помещение отписал. Надавили на него, значит, а он Дядю Гошу раком поставил.

— А второй факт? — уточнил Купол.

— Второй факт покажет серьезность тех, о ком я говорю, — сейчас я рисковал очень сильно, чуть приоткрыв завесу тайны о происшествии с Кондратюком, и теперь главное, чтобы у бандитов хватило терпения подождать пару недель. — Слышали, как Ельцин выражается о Верховном Совете?

— Да насрать на них, — отмахнулся было Череп, но вот остальные отреагировали. Кто кивнул, кто хмыкнул, кто процедил «ну».

— Так вот, сейчас готовится указ о роспуске парламента. Подпишет его президент в начале двадцатых чисел этого месяца. Скорее всего, 21-го. Могу даже номер назвать, запоминайте: 1400.

— Указ №1400? — задумался Север. — Ровная цифра. На другую фантазии не хватило?

— А это не фантазия, — спокойно парировал я. — Такой вот номер. И нам хорошо — запоминать легче. Хотя можете записать.

— И что дальше? — Купол внимательно смотрел на меня. — Просто возьмут и распустят?

— Скорее всего, будут сложности, — я покачал головой. — Обратите внимание на передвижения милиции, войск. Чуть позже они будут заметными. Возможно, завяжется потасовка, но в конечном счете не станет Верховного Совета. Все поменяется уже в этом году, причем очень сильно. Сменят парламент, потом конституцию. И еще кое-какая структура возникнет. Больше ничего сказать не могу. И так уже слишком много…

Именно так, нужно выдавать дозированно и поменьше точных деталей. Чтобы и выглядело реалистичней, и было похоже на то, что я осторожничаю.

— МБ-шники[1]? — тут уже задумался Череп. — Те, которые после конторы глубокого бурения остались. Скажи честно, пацан, ты с чекистами связан? А если мы тебя грохнем?

— Череп! — предостерегающе повысил голос Купол.

— Да я так, чисто теоретически, — смеясь, поднял руки широкомордый. — Мне главное, чтобы никто на мой стройкомбинат лапу не наложил. Давай так, пацан: ко мне не лезь, ладно? Остановись на АРПе.

— Ничего не могу обещать, — я покачал головой. — Но мне он точно не нужен, этот ваш комбинат, да и АРП целиком тоже. У меня другие планы. Электроникой заниматься. Вот здесь прошу мне не мешать.

— Ты смотри, какой шустрый, — усмехнулся Купол. — Проблемы с чекистами нам не нужны, если это, конечно, все правда… Но давай так. Стройный у тебя рассказ получается, я за то, чтобы подождать. Если фантазии все, о чем ты нам поведал, вновь разговор заимеем. Но уже по-другому… Не так гостеприимно, — он обвел рукой стол. — А если правда, то расклады обсудим с учетом всего. Потолкуем, порешаем. Трогать тебя пока не будем, занимайся своей электроникой.

— Я услышал, — кивнул я.

— Короче, дело ясное, что дело темное, — Вано налил в высокий бокал красного вина и отпил. — Кто тогда того пацана грохнул, который малолеток на поджог подбил? И кто подослал мокрушников? Те же люди, что нашего Бешеного убили? Ты, Вадим, не знаешь?

— Нет, самому интересно, — ответил я. — Меня ведь, напомню, тоже грохнуть хотели. К счастью, не вышло.

— Да, Камень, без тебя грустно было бы, — хохотнул Север, вгрызаясь в кусок свинины. — Кто еще на старой кляче миллионы поднимет, а потом всех городских школьников в очереди поставит, чтоб те радостно бабки несли. Ты прав, мои парни за тобой следили. Сам понимаешь, доверяй, но проверяй. Они же мокрушников и срисовали.

— И что, сразу же организовали комитет спасения? — уточнил я. — Лестно, конечно…

— Не дерзи, парень, — покачал головой Купол. — У нас, деловых людей, есть сферы влияния. И машины с номерами 69-го региона в них не вписываются. Особенно такие, откуда по людям палят в моем городе и моем районе. Это, чтоб ты понимал, дело чести..

Надо же, подумал я, дело воровской чести. Звучит-то как!.. Понятно, что тверские, кем бы они ни были, нарушили бандитские понятия, когда полезли в Ярославскую область со своими самоварами. И неважно, кто на самом деле их нанял. Но если бы они грохнули меня, Жогина или еще кого-то, получилось бы, что Сева Купол со своими обязанностями не справляется. Район не держит.

— Что ж, — я задумался. — Получается, удачно Серый именно к вам завернул.

— Удачно, — кивнул, улыбнувшись, Север. — Жогин вообще парень удачливый.

Что-то в этой фразе меня насторожило. Неужели мои подозрения все же верны?

— Нажрусь сегодня, — покачал головой Жогин, когда «бэха» вырулила на трассу и помчала нас обратно в Новокаменск.

Я тоже почувствовал, как ушло напряжение, не покидающее меня все то время, пока мы собирались. Хоть и расстались мы с бандитами в хрупком нейтралитете, но находиться на их территории было сомнительным удовольствием. Кстати, я даже не попарился в итоге, только чаю попил.

Дюсу наверняка тоже было неуютно, хоть он и остался в компании Жогина. И сидели они оба в зале ресторана, где им прислуживали как раз-таки «вертихвостки». Да, симпатичные у Купола официантки на базе. Вот только рожи бойцов, охранявших зал а заодно и Дюса с Серым, портили все впечатление. Едва я вышел, замолкли, проводили нас троих взглядами, от которых в спину будто бы дрель вгрызалась…

Вот и не хотелось нам говорить до того момента, когда мы выехали с территории базы «Оникс». Как будто у стен и даже осенних деревьев были уши. А еще из моей головы не шли слова Севера про удачливость Жогина. Все-таки он, похоже, вез меня именно на бандитскую сходку, а киллеры на «Чероки» просто попались невовремя по дороге. Хотелось спросить прямо сейчас, в лоб, но я удержался. Во-первых, разговор такой уже был, и наш партнер, если он в чем-то замешан, сейчас точно закроется. А во-вторых, может, я еще что из прошлой жизни про него вспомню, и это поможет мне разобраться. Но ухо теперь с ним нужно держать востро.

— Да я бы, пожалуй, тоже принял чего-то крепкого, — сказал я, подумав. — Чуть-чуть, просто чтобы расслабиться. Ты как, Дюс?

— Честно? — отозвался друг. — Дел много, но, с другой стороны, они и так никуда не денутся. А нервяк долбит.