"Фантастика 2024-179". Компиляция. Книги 1-30 (СИ) - Маревский Игорь - Страница 438

— Присаживайтесь, барон Ульберг. Будете чай, кофе?

— Кофе, пожалуйста. Без сахара. Благодарю.

Я сел напротив хозяина кабинета. Он по телефону попросил секретаря сделать два кофе, после чего обратился ко мне.

— Барон Ульберг, вы знали, что господин Босстром завещал вам свой виноградник и завод по производству виноградного сока?

Я поперхнулся слюной от потрясения.

— Карл завещал мне… свой виноградник и завод? — переспросил я, не веря услышанному.

— Именно так. Вам знакомо имя графа Викара Нильсона?

— Знакомо, — процедил я сквозь зубы.

— Он попытался выкупить виноградник и завод у Анни Босстром, и она подписала договор, однако он аннулируется. Анни не знала, что ее отец завещал дело своей жизни вам.

— Разве по закону все не должно отойти Анни — единственной наследнице Карла?

— По закону госпожа Босстром должна получить минимум половину отцовского состояния. Ей отошли все накопления господина Босстрома, а также его дом и магазин. В сумме своей она получила по закону достаточно, чтобы господин Босстром мог завещать остальное свое имущество кому-то другому.

— Странные дела творятся… — пробормотал я задумчиво.

— Как вы думаете, барон Ульберг, почему господин Босстром завещал свое дело вам?

— Вы ведь нотариус, а не сотрудник полиции, верно? — с улыбкой спросил я. — К тому же, я и сам хотел бы получить ответ на этот вопрос. Впрочем, мы с Карлом были друзьями, он еще дружил с моим покойным дедом. Так что…

— Господин Босстром прописал одно условие. Вы получите виноградник и завод в том случае, если согласитесь выплачивать содержание Анни Босстром. Сумма фиксированная — сто тысяч крон в месяц.

— Никаких проблем, я бы и сам не оставил дочь друга без помощи.

— Тогда вы можете вступить в право владения завещанным сию секунду, барон. Осталось лишь подписать бумаги.

Форсберг выудил из папки связку документов и передал мне. Я провалился в изучение написанного. Подписывать, не прочитав каждое слово? Так делают только глупцы.

Убедившись, что все чисто, я подписал документы, после чего нотариус передал мне мой экземпляр вместе с ключом от заводского кабинета Карла, и мы распрощались.

Я вызвал такси и продиктовал адрес завода Карла. Надо осмотреть свои новые владения и познакомиться с подчиненными.

Завод Карла оказался небольшим двухэтажным зданием. У ворот стоял лишь один охранник.

— Это частные владения, господин, посторонним вход воспрещен, — этими словами он встретил меня, когда я направился в его сторону.

— Здравствуйте. — Я вытащил из папки документ, подтверждающий мое право на завод, и сунул под нос мужику. — Будем знакомы: я — новый владелец этого завода. Барон Аксель Ульберг.

Не дожидаясь ответа от впавшего в ступор охранника, я направился ко входу в здание. Отворив крепкую металлическую дверь, вошел внутрь и оказался в маленьком пустом холле. Справа от двери поднималась лестница на второй этаж, впереди маячили огромные двойные двери в другие помещения.

— Кто вы и как сюда попали? — По лестнице спускалась миловидная женщина средних лет, одетая уж чересчур неуместно для работы в таком месте — облегающее платье едва доставало до колен и сильно открывало обзор груди.

Дамочка подошла ко мне.

— Доброго дня, госпожа. — Я сунул ей документ и стал дожидаться, пока она ознакомится с ним.

— Так вы теперь наш новый начальник?

— Именно так, — одобрительно улыбнулся я. — А вы кто такая будете?

— Ваша правая рука, барон, — обворожительно улыбнулась она, протягивая руку в такой манере, словно бы для поцелуя. — Ингрид Эриксон.

Я пожал ее руку, от чего дамочка слегка поморщилась, и спросил:

— Я хочу все осмотреть здесь и познакомиться с моими подчиненными. Кто может мне это устроить?

— Конечно, я, господин, ведь я ваша правая рука.

— А мужчины здесь работают? Боюсь, в обществе столь прекрасной дамы мне будет трудновато сосредоточиться на деловых вопросах, — подтрунивая над ней, сказал я.

Уж не знаю, почему, но не вызывала у меня моя «правая рука» ни доверия, ни симпатии.

— Как вам будет угодно, хозяин. — Ингрид не смогла скрыть недовольства. — Но, вы уж извините, господин Босстром нанимал к себе на работу в основном всякий сброд, поэтому знатному человеку, такому, как вы, вряд ли будет приятно в обществе кого-либо из них.

— Позвольте мне самому решить это, госпожа Эриксон, — холодно отозвался я. — Приведите ко мне одного из рабочих завода, и можете вернуться к своим обязанностям.

Обдав меня холодом презрения, Ингрид направилась к двери в конце холла. Когда она отворила ее, выпуская сюда шум, я успел увидеть какие-то аппараты и людей в рабочей одежде. Значит, там производственное помещение, как и следовало ожидать.

Спустя минут семь «правая рука» привела ко мне маленького, но крепкого мужика с усами и залысиной на макушке. Он поздоровался и сообщил, что работает на заводе управляющим.

Дождавшись, пока Эриксон уйдет, я обратился к подчиненному:

— Где мы можем спокойно поговорить? Знаете… чтобы без лишних ушей.

— В подвале никого. Ступайте за мной, барон.

Мужик повел меня в производственное помещение. Оно было огромным — относительно, конечно, так-то завод в целом небольшой. Я пробежался глазами по трудящимся фигурам и насчитал вместе с моим проводником семь человек. Негусто. Видать, у Карла дела обстояли еще хуже, чем мне представлялось.

В помещении было множество аппаратов для переработки винограда.

Мы шли в дальний угол. Мой спутник открыл высокую дверь и стал спускаться по лестнице вниз. Я затворил дверь за собой и последовал за ним. Мы оказались в прохладном помещении. Мужик нажал кнопку на стене, и тусклый свет залил подвал. Оказалось, что здесь довольно просторно.

Вдоль одной из стен стояли деревянные бочонки, нагроможденные друг на друга.

— Использовались раньше, для хранения вина, до закона этого… — пояснил мой проводник, проследив за моим взглядом. — А эти… — Он подошел к пластмассовым бакам, выстроенным вдоль противоположной стены: — … здесь мы храним виноградный сок.

— Как тебя зовут? — спросил я первым делом у него.

— Боб, господин, то есть Роберт.

— Хорошо, Роберт. Я хочу, чтобы ты честно и прямо отвечал на каждый из моих вопросов — безо всяких опасений. Единственное, чего тебе стоит опасаться здесь — сказать мне неправду. Уволю, если узнаю, что кто-то из моих подчиненных что-то скрывает от меня.

— Понял, барон, — кивнул Роберт. — Я человек простой, что думаю — то и говорю. Господина Босстрома ни разу еще не подводил — и вас не подведу.

— Отлично. А теперь первый вопрос — что ты думаешь об Ингрид Эриксон?

— О вашей помощнице?

— О ней самой.

— Она чужая среди нас. Мы тут все годами друг друга знаем. А она тут без году неделя и уже пыталась новые правила устанавливать. Троих уволила.

— Вон оно как… Но как же она чужая? Откуда взялась?

— Новый хозяин… до вас который был, недолго, правда… нанял ее. Граф который. Большой человек, говорят. Мы уж тут перепугались, как бы он всех нас не поувольнял, или еще чего не сделал… и зачем ему понадобился этот скромный завод… при его-то деньгах…

— Все интереснее и интереснее… Значит, говоришь, Ингрид нанял он?

— Так точно, барон.

— И кого же она уволила?

— Миранду Ванг. И Гарольда и Йоргена Скау. Это отец и сын. Гарольд всю свою жизнь проработал на господина Босстрома, затем сына сюда привел. Преданнее их господину было не найти. Семья Скау прекрасно разбирается во всем, что касается винограда. Они помогали господину Босстрому ухаживать за виноградником и собирать урожай.

— За что же Ингрид выгнала их?

— Эта женщина имела наглость о господине Босстроме очень грязно отозваться… Гарольд и Йорген люди прямые, вот они и высказали ей пару «ласковых»…

— Ясно все… А остальные? Здесь есть еще кто-то, кому нельзя доверять?

— Нет, господин, все остальные работают тут по меньшей мере лет пять, за это время косяков ни за кем обнаружено не было.