"Фантастика 2024-179". Компиляция. Книги 1-30 (СИ) - Маревский Игорь - Страница 209

В это мгновение взвыла предупреждающая сирена, и на многочисленных мониторах начался отсчет до активации установки. До окончательной синхронизации генератора и открытия пространственно-временного портала оставалось девять секунд.

— Я возвращаюсь домой…

Александр подошел к массивной гермодвери, которая медленно исчезала в стене. А там разгоралось пламя открывающегося портала.

Агишев Руслан

Ненужный.

Глава 1

Размеренная жизнь Имперского приюта общественного призрения имени Ее Высочества великой княжны Анны с его милыми воспитанницами в белоснежных накрахмаленных манишках и воспитанниками в аккуратных черных костюмчиках была не так сладка, как представлялась со страниц газет. За красивым парадным фасадом скрывалось немало плохого и даже страшного. Только кто об этом расскажет? Та черноволосая девчонка с кукольным личиком и очаровательными кудряшками, с которой директор приюта, господин Эбнер, уединялся некоторыми вечерами и заставлял делать отвратительные вещи? Или может только принятый мальчишка из бывших дворян, которого за благородное происхождение всячески гнобили — портили одежду, отнимали еду и ночами колотили? Естественно, все будут молчать: одни от страха, другие от равнодушия, третьи от гордости и жадности. Такая жизнь, такие люди. Молчи, терпи, и может быть тебя не тронут или оставят в покое.

Только у него было другое мнение на все это. Рафаэлю или просто Рафу, с чем он уже давно свыкся, шел уже шестнадцатый год, а, значит, не за горами тот день, когда он станет совершеннолетним и покинет этот опостылевший приют. Вот уже почти десять месяцев, найдя подход к старшей воспитательнице мадам Калышевой, он вместе с младшей сестренкой «наслаждался» так называемым «свободным» посещением. Указанный режим по правилам приюта разрешался «благочинным» воспитанникам, имевшим в столице родственников. А за определенную сумму, как оказалось, даже наличие родственников было не обязательным условием.

—… Мадам Калышева, — Раф, специально надевший для этого случая тщательно вычищенный и выглаженный черный костюм, почтительно поклонился. Сестренка, стоявшая рядом и крепко державшая его за руку, довольно умело сделал книксен. — Мы пришли засвидетельствовать Вам свое почтение и снова поблагодарить за Вашу заботу над бедными сиротами.

На поверхность огромного лакированного стола лег небольшой серый конверт, который тут же пропал где-то в недрах выдвижного ящика. Старшая воспитательница, отчаянно молодящаяся блондинка лет сорока пяти, довольно кивнула в их сторону.

— Незачем меня благодарить, Рафаэль, — уголки ее губ чуть приподнялись, словно намекая на улыбку. — Моя обязанность, как старшей воспитательницы Имперского приюта общественного призрения, носящего имя нашей покровительницы великой княжны Анны, и состоит в заботе и помощи воспитанников. По этой причине вы выходите из стен нашего учреждения полноценными членами нашего общества.

Подросток, кончено, не мог себе позволить улыбку в такой момент. Держал совершенно приличествующую этой минуте прочувствованную мину на лице.

— Я довольна, как ты соблюдаешь наш договор, — при этих словах мадам Калышева удовлетворенно покачала головой. — Плату приносишь в полном объеме и в срок. Опрятно и чист одет. Туфли начищены, ногти подстрижены. Любо-дорого посмотреть. Признать, мне даже интересно, как тебе это удается. Надеюсь, сестра тоже в порядке. А ты, милочка, хорошо кушаешь?

Раф позволил сестренке сделать шажок вперед, что та тут же и сделала. Затем, погладив ее по головке, показал глазами на воспитательницу.

— Холосо, мадам, — пропищала та, вновь делая книксен. — Рафи валит касу с июмом. Плямо осень вкусная. А исо…

Воспитательница махнула рукой, давая понять, что не желает слушать лишнего. Она узнала, что хотела.

— Через неделю, Рафаэль, жду тебя снова, — в ее голосе появилась немного льда, что было неудивительным. Когда дело касалось личной выгоды, ни о каких сантиментах и эмоциях не могло быть и речи. — Не забудь, что через месяц все выпускники, включая тебя, должны пройти Обязательной испытание на магические способности. Формальность, конечно, но посетить придется.

Подросток тут же горячо ее заверил, что непременно явиться на испытание. Совершенно не о чем беспокоиться, ведь, это в его интересах. Пока это нужно для их с сестрой безопасности, он придет туда и сделает то, что нужно. Ведь, остался какой-то год, и все это закончится.

— Хорошо, Рафаэль. Можешь быть свободен, — женщина поднялась из-за стола, сделав чрезвычайно деловой вид. Значит, их встреча окончена, и его нужно уходить.

— Большое спасибо Вам за все, мадам, — подросток еще раз поклонился. Как говориться, спина не переломиться, а хорошее отношение непременно останется. — Хорошего вам дня, мадам.

— Спасибо, мадам, — пропищала и кроха, выглядывая из-за ног Рафа.

Выйдя из кабинета старшей воспитательницы, Раф облегченно выдохнул. Снова у них все получилось, и впереди еще две недели свободной и спокойной жизни. Его отнюдь не вводили в заблуждение эти договоренности с мадам Калышевой и ее внешнее к нему расположение. Договор в любой момент мог быть расторгнут или плата могла взлететь до небес. Могли от него потребовать и исполнение каких-то особых услуг, о чем среди старших воспитанников в приюте ходили весьма многочисленные слухи.

— Лана, хватит вертеть головой. Пошли же, — парень окрикнул любопытствующую сестренку, застывшую у стены с большим числом грамот и благодарственных писем. — Не забыла, что обещала мне сегодня помочь? А что я обещал принести самой умненькой и послушной сестренке?

Кроха с взъерошенной челкой, услышав про обещанный подарок, тут же отвернулась от стены и вновь схватила его за руку. На что он усмехнулся: прием с подарком, как и всегда, действовал совершенно безотказно.

— Рафи, а сто мы седня будем делать? Пойдем к мадам Елене клан делать, да? Или к мадам Катерине колонку смотлеть?

Раф машинально кивал, смотря больше на дорогу, чем на сестру. Середина дня, и улицы были полны вечно спешившими людьми. Особо раздражительные господа могли и толкнуть, если зазеваешься. Одежду порвешь, все себе до кровянки разобьешь, а в ответ и слова сказать не сможешь. Потому что ты для них никто. Обычный сирота, которых тысячи в столице. Пыль под ногами.

— Дас мне поделжать ключ? Я могу, я сильная, — Лана даже руки напрягла, показывая свою силу. — Я буду ключ делзать, а ты чинить.

Он снова кивнул, ничего не говоря. К счастью, девчушке и этого было достаточно. Привыкла уже, что ее брат иногда впадает в такое задумчивое состояние и не всегда быстро отвечает на ее вопросы.

— Холосо, сто дас. Мы тогда быстло все сделаем. А мадам Катерина нам вкусные пилоски даст?

Причина его молчания объяснялась не только дорогой, но, собственно, и предстоящей работой, о которой так активно расспрашивала Лана. Починка и настройка разной мелкой бытовой техники, как раз, и была заработком Рафа, позволяющим им выживать на улице.

Благодаря его настойчивости и рукастости в это части города, где жили средней руки купцы, торговцы и кое-кто из дворян, у него уже сложилась своя клиентура. Это были кухарки, горничные, домоправительницы и даже пара мажордомов, которым срочно требовался починка какой-то бытовой мелочи. Вызывать целого мастера было долго, да и, если честно,довольно дорого. За замену самой простенькой прокладки в кране такой мастер с легкостью запросит три, а то и четыре рубля. Если же новый поставить нужно, то, вообще, десятку готовь, в лучшем случае. Про печку с магическим источником и говорить нечего. Парнишка же с радостью за все брался, и горячо благодарил за каждую лишнюю монетку. Кому такой работник не понравиться?

— Осень хочется пилосков… Как думаес, будут у нее пилоски с капустой и валеньем? — продолжала разговаривать девочка, время от времени поднимая взгляд на брата. Получав в ответ кивок или утвердительное гугуканье, отворачивалась, и снова начинала что-то говорить. — Исо песенье хосу.